Ликвидатор
Шрифт:
— Ещё хоть раз скажешь неправду… — «главный» подошёл ко мне вплотную и погрозил толстым пальцем прямо перед моим носом, — твоей красивой девочке сделают совсем больно. Но сначала она посмотрит, как ты будешь плеваться пеной, как эпилептик, оттого что тебе в рот засунут электрический провод от утюга! Не пробовал такое? По-моему, давно пора.
— Я всё вам сказал, больше нечего. — Мне пришлось мобилизовать весь остаток воли, чтобы ни одним движением мускулов не выдать охватившего меня страха. Завтракать
— Альберт, поищи провод и ближайшую розетку, — равнодушно приказал кому-то «главный». — Валерий Николаевич оказался куда большим кретином, чем я о нем думал ещё двадцать минут назад.
Оказалось, что помимо Соловья и громилы, неотступно «пасущего» Рамону, здесь находился ещё один представитель их «организации», небольшого роста, с рыжими вьющимися волосами и носом-рубильником он напоминал римского инквизитора. И тоже был одет в чёрный деловой костюм. Просто инкубатор какой-то.
Расторопный Альберт между тем довольно быстро сориентировался в доме, нашёл в ближайшей комнате удлинитель, оголил один его конец, аккуратно освободив от изоляции при помощи ножниц, растянул два металлических уса больше чем на полметра в стороны и дал знак Соловью, который тут же заехал мне «кувалдой» прямо по кровоточащему месту на голове, уже испытавшему силу и вес его кулака. Я охнул и снова провалился в черный колодец, успев утащить с собой в бездну лишь обрывок отчаянного крика Рамоны.
— Эй, жмурик! — первые слова, услышанные мной после пробуждения, не вселяли никакого оптимизма. Я уже не сомневался, что скажи я им местонахождение дискеты, головорезы все равно оторвали бы мне сначала руки, затем ноги, а потом — проломили бы череп. Но это в случае, если разбирались бы они со мной одним. Но рядом Рамона, вынужденная теперь расплачиваться за вновь вспыхнувшие ко мне чувства и предоставленный кров. Несправедливо.
«Думай, майор, соображай! Ищи выход!» Как только я открыл глаза, настроение моё моментально сошло на нет. Я крепко привязан к стулу, раздет догола, если не считать носков и порванной рубашки без пуговиц. Один отвод оголённого на конце провода держит в волосатой рыжей лапе садюга Альбертик, а второй закреплён на мне… чуть ниже паха. Сволочи!
Я почувствовал, как тело начинает трясти, будто ток уже включен.
— Где дискета? — спросил «главный», и его лицо расплылось в гадкой улыбочке. Он достал из карма на пиджака деревянную трубку, кожаный мешочек с табаком и не спеша стал набивать им допотопный курительный прибор. Пижон хренов. Сигареты его не устраивают. Попадаются же еще на свете такие показушники.
— Куда вы дели Району?! — рявкнул я, неожиданно обнаружив ее отсутствие на прежнем месте. Не было и одного из громил.
— Волнуешься? — «Трубочник» с надеждой заглянул мне в глаза. — Скажи
Надо признаться честно и без бравады — чувствовал я себя полным кретином. Рамону увели неизвестно куда, а я, герой, сижу привязанный к стулу, с опутанным электропроводом концом! Тут есть только два выхода — молчать, как Зоя Космодемьянская, и позволить медленно и мучительно изжарить себя на электрическом стуле, или — рассказать всё и…
— Приведите её! — рявкнул я что было силы. — Иначе никакого разговора не будет.
Громилы переглянулись, «главный» кивнул, и Соловей направился к ведущей на второй этаж лестнице. Он сделал буквально три шага, как до меня донесся сверху крик Рамоны. Я чисто машинально дернулся, едва не опрокинув стул вместе с собой, а Соловей бросился бегом по ступенькам. Заволновались и двое оставшихся. «Главный» нервно поднес к трубке две зажженные спички, раскурил, свистя воздухом, и выругался.
— Маньяк, в рот ему ноги! Не может просто так на баб смотреть…
Я ещё раз, опять по инерции, дернулся и сразу же кулак с рыжими, как кляксы, веснушками въехал мне в челюсть.
— Сиди, падла, — сквозь зубы процедил Альберт, нагнувшись к моему уху. — А то разом гланды вырву.
— То-то я смотрю — тебе уже вырвали, картавишь! — не сдержался я.
— Ах ты-ы… — зашипел от ярости рыжий и уже размахнулся для очередного удара, но на его запястье легли пальцы «главного».
— Поаккуратней! Зачем он мне мертвый и без дискеты? Всему своё время, успеешь ещё, — он выпустил в лицо Альберта мутный клуб синеватого дыма. — Вон, и дамочку уже ведут… Сейчас разговор будет.
Рамона в сопровождении Соловья и другого мордоворота спускалась по винтовой лестнице. Она дрожащей ладошкой размазывала по лицу слезы и искала глазами меня. Наконец наши взгляды пересеклись. Секунды хватило на то, чтобы я несколько расслабился. Все в порядке, Соловей успел вовремя. Взглянув на второго «гангстера», я с удовлетворением отметил распухающую ссадину у него под левым глазом. В их «организации» все-таки следили за порядком.
Соловей подошёл к «главному», хотел что-то сказать, но тот небрежным движением руки заставил его замолчать.
— После будем решать, что с ним делать, — он мотнул головой в сторону получившего в глаз коллеги. — Надо с Валерием Николаевичем закончить и ехать обратно. Давай, Альберт, за работу.
Я даже не успел сжать зубы, чтобы не прикусить язык во время конвульсий, как рыжий инквизитор вставил сетевую вилку в розетку и свободным концом провода полоснул меня по спине…