Лимитерия

Хог Лимит

— Эх, роль старших — тяжёлая ноша.

— Соглашусь с тобой. Кстати, Эл, а можно задать тебе откровенный, личный вопрос?

Эрийка вмиг распахнула глаза и пристально посмотрела на эрийца, после чего улыбнулась. Неужто начал расслабляться от вина? В принципе, выпили они немного, но этого должно было хватить, чтобы парочка расслабилась. Слегка опустив брови, Элли прикусила нижнюю губу и кивнула. И постаралась не выдавать волнение, которое ей обеспечил усилившийся стук в груди.

— Ты наконец-то встретилась со своим младшим братом, — неуверенно промолвил Бёрн, опуская взгляд вниз. — А… эм… что насчёт твоей родной матери?

А вот это сильно ошарашило уверенную в себе девушку, которая тут же убрала улыбку с лица и округлила глаза. Она ожидала от Бластера действий — любых — к ней, но никак не вопрос об её семье. Лёгкое удовлетворение снизилось,

зато появилась сильная тоска в душе.

Когда Элли и Орфей только-только познакомились, они ведь даже не догадывались о том, кем являются друг к другу. А потом эрийка долгое время чувствовала себя неуверенной перед младшим братом, стараясь этого не показывать. По сути, у неё ведь не было никого из братьев или сестёр раньше. Владимир воспитывал свою дочь в одиночестве, погружал её в изнурительные тренировки, а потом даже начал брать на задания вместе с собой. У Элли не было того, что было у других: друзья, подруги, развлечения, прогулки, парни и так далее. Девушка выросла без родительской ласки, потому что Владимир больше времени уделял работе, чем дочери, занимаясь её воспитанием лишь на выходных. Но Элли не смела его ни в чём винить, поскольку основатель кордона «Луч» дал ей роскошь в этом мире, силу, научил выживать в сфере охотников, и просто поставил на ноги. Однако в отличие от других девушек, у синеволосой эрийки не было интересных моментов в жизни. В возрасте Юлии она познакомилась с одним парнем, который был старше её на три года, и беспамятно влюбилась в него. Однако тот хотел воспользоваться ею в своих интимных желаниях, на что эрийка не согласилась и едва не была изнасилована. Спасло умение защитить себя, после чего они разошлись по разные стороны: Элли продолжила тренироваться, а парень… был убит её отцом. Но женское сердце было разбито, из-за чего эрийка разочаровалась во всём и ушла в депрессию.

Вот тогда и появился лучший друг, который помог ей — это Бёрн. Во время депрессии Элли не желала никого видеть и слышать, предпочитая отдавать себя жестоким тренировкам и проверкам на прочность. Военный не стал её восхвалять, как делали другие. Он просто подошёл и протянул ей руку со словами:

« — Товарищ полковник попросил меня побыть твоим напарником на некоторое время. Меня зовут Бёрн Бластер, я буду очень рад поработать в паре с тобой, Элли. Сделаем так, чтобы твой отец был доволен».

И тогда рубиновые глаза вновь зажглись огнём, и Эрия пошла за Бластером, который стал на тот момент её фонариком в темноте. Он был весёлым и, одновременно, грубым. Справедливым, но в то же время жестоким. Циничным, но очень добрым. Бёрн не смотрел на неё влюблёнными глазами, как остальные парни, и это придало эрийке уверенность во многом. Они стали лучшими друзьями. А потом женское сердце вновь застучало с удвоенной силой.

Но сейчас Бёрн не был похож на шестнадцатилетнего себя. Многое случилось и в его жизни, отчего Бластер снизил свою жизненную активность. Раньше парочка эрийцев веселилась от души, ходила на прогулки и задания, и делали что-нибудь совместное: кормушку для воробьёв, отчёты для союза «Медведь» и небольшие подарки для Алисы. А потом Бёрн стал частью союза «Медведь», поскольку преступность и несправедливость начала окончательно захватывать Россию. Он не поддерживал лимитерийские понятия, но жил душою русской, желая сделать дом свой отчий намного лучше и прекраснее.

Поэтому Элли и полюбила такого грубого, но в душе справедливого Бёрна. Как и она, он никогда не показывал своих искренних чувств, прячась за циничной оболочкой, но в душе Бластер был борцом за справедливость. Он в одиночку воспитывал Алису, оставшись без родителей в раннем возрасте, и многого добился сам. Был повод уважать этого военного. Огромный!

— Эм… прости, — виноватый тон Бёрна вывел эрийку из воспоминаний. — Я не хотел тебя обидеть.

Бластер вытащил из кармана пачку сигарет и встал с кровати. Затем открыл нараспашку дверь и остановился в коридоре, решив покурить в окно. Он не собирался уходить далеко, так как рядом со своей лучшей подругой чувствовал себя значительно лучше, чем в одиночестве. Молчание Элли дало ему понять, что она пока не готова к встрече со своей мамой.

Эрийка налила себе ещё вина, после чего принялась его пить медленными глотками и думать о том, что будет дальше. Вся ночь впереди, поэтому времени у неё было предостаточно, чтобы очаровать своего друга. Бёрн, быть может, и камень, но даже он треснет в слишком горячих условиях. К тому же, что он, что Элли — оба владеют стихией Огня. И чем больше

пламени, тем больше сгорает границ в отношениях.

«Ты всё равно будешь моим!», — твёрдо для себя решила Элли.

7. Бёрн как раз закончил курить и выкинул окурок в окно, после чего зашёл в СВ, закрыл за собой дверь и… остановился. В помещении было темно, но он отчётливо увидел силуэт девушки, что стояла напротив него. Присмотревшись повнимательней, Бёрн заметил на щеках Элли яркий румянец, который делал эрийку ещё больше красивой. Атмосфера и так была ощутимо горячей, поскольку вино, приятные разговоры и проведение времени наедине не напрягало парочку, а наоборот, расслабляло. Бластер невольно засмотрелся на красоту лучшей подруги, но потом быстро откатился к той мысли, что друзей в интимном плане не рассматривают. И шумно выдохнул.

— Эл, с тобой всё хорошо? — Бёрн наклонился поближе, чтобы посмотреть ей в глаза. — Ты какая-то странная.

— Угу, — послышалось в ответ.

— М? Что-то не так?

— Всё хорошо, — рубиновые глаза эрийки полыхнули пламенем. — А ты чего застыл? Присаживайся.

— Эм… — Бластер послушался, после чего сел на кровать и удивлённо посмотрел на синеволосую. — Эл, ты обиделась на…

И резко замолчал, округлив глаза.

То ли дело было в расслабленном состоянии, которое сделало юношу менее бдительным, то ли глаза к темноте не привыкли (в коридоре горел свет), то ли всё дело в Абсолютном Опыте лидера команды «Серп»? Впрочем, бесполезно было искать ответы, так как случившееся… уже случилось. Как только Бёрн сел на кровать, Элли тут же наклонилась к нему, после чего положила ладони на основание его бёдер и сжала пальцы. Именно это и заткнуло товарища майора, который округлил глаза и искоса посмотрел вниз: ладони девушки очень-очень близко расположились к мужскому достоинству.

— Я… могу тебя неправильно понять, — осторожно прошептал Бёрн, зачарованный огнём в глазах своей подруги.

— Я знаю, — томно выдохнула ему в губы Элли, улыбаясь хищной улыбкой. — До Москвы ещё семь часов ехать, так что у нас времени предостаточно.

— Эл, я… не хочу терять подругу. Я лучше вый…

Эрийка тут же впилась в губы эрийца хищным, страстным поцелуем, заставив его замолчать и вновь округлить глаза. Чтобы тот не сопротивлялся, девушка перевела руки на его плечи и аккуратно зажала карио-узлы в его системе, отвечающие за контроль над телом. Продолжая пользоваться удивлением Бёрна, Элли забралась к нему на колени, после чего повалила его на кровать и властно заняла верх. Небольшая доза алкоголя помогла ей расслабиться и перестать волноваться, а хищный характер ясно дал понять, что от желаемого она уже не отступится, как бы сильно Бёрн этого не хотел. Последний, к слову, пребывал в огромном шоке, так как по его телу бродили шаловливые ручки Элли, которые очень быстро проникли под его одежду и прикоснулись к тёплой коже. Способность двигаться к нему вернулась, но сейчас он настолько был шокирован происходящим, что не мог даже пошевелить пальцами на руках. А пока Бёрн пытался собрать все свои мысли воедино, Элли уже покрыла его шею горячими поцелуями, а её руки уже сняли с него плащ и расстегнули синего цвета рубашку, оголив рельефный пресс и мускулистую грудь. Увиденное заставило эрийку похотливо прикусить нижнюю губу.

В этот момент мысли Бёрна собрались воедино, после чего парень резко схватил девушку за плечи и слегка отстранил от себя, чем немного удивил её. Оба с красным румянцем на щеках, они смотрели друг друга пламенным взглядом, чувствуя нарастающее возбуждение. Но если Элли специально всё вела к этому, то Бёрн даже не знал, что ему делать: останавливать её или нет.

— Теперь понятно, почему ты попросила меня поехать с тобой в одном СВ. Что же ты со мной делаешь-то?

— Пытаюсь совратить человека, который мне очень нравится, — мило улыбнулась Элли, после чего слегка приподнялась, а потом снова села на его низ живота. — Ты ведь не против?

— Против?! После случившегося ты ещё спрашиваешь у меня разрешения? — и его губы неожиданно изогнулись в хищном, улыбчивом оскале. — Я тоже тебя хочу!

Бёрн резко принял сидячее положение и накрыл сладкие губы своими, протиснув внутрь горячий язык. Элли слегка приподняла брови, так как это уже было из разряды «взрослых поцелуев», но вместо того, чтобы растеряться, пылко ответила на страсть любимого человека страстью. Она убрала руки с его живота и обхватила ими за шею, а потом стала очень горячо отвечать на поцелуй, чем окончательно поработила Бластера. Элли мечтала об этом с тех пор, как полюбила этого огненного человека/