Лимитерия
Шрифт:
Классическая Эпоха.
Бёрну пришлось расстаться со своим одеколоном, которым он прыскался каждый раз перед выходом в люди. Было досадно, но военный отдал флакон Элли, позволив ей собрать со стены странную смазку. Пока эрийка занималась сбором, Бластер стоял в стороне и угрюмо ворчал.
— Милая, тебе холодно? — Орфей подошёл к девочке и взял её руку, боясь за неё.
— Ну, немного, — призналась Юлия. — Хочу побыстрее покинуть это место.
— Ну волнуйся, моя любимая, скоро всё закончится.
— Спасибо, милый, я верю тебе.
— У-у-у! Юлька,
— Ну да, я хочу согреть свою любимую женщину. А что? — бодро воскликнул Орфей, не врубившись в извращённый смысл Корта. Зато поняла Юлия и сразу же выдернула руку из тёплых ладоней венерийца, отчего тот удивился. Девочка смутилась.
— Оу, так ты ещё и не отрицаешь этого? Похвально! Ну, понятно, почему ты решил согреть её именно здесь, — похотливо улыбнулся юноша, и только сейчас Якер начал понимать, что телекинетик вновь взялся за старое. — На этих стенах можно собрать смазку, так ведь? Ай, какой шалун! Скользкое он любит, вуа-ха-ха-ха!
— ЧТО?! З-ЗАТКНИСЬ, ТВАРЬ! НЕ СМЕЙ ГОВОРИТЬ ТАКИЕ ГНУСНЫЕ ВЕЩИ В ПРИСУТСТВИИ МОЕЙ ДРАГОЦЕННОЙ ЮЛИИ!
— Вуа-ха-ха-ха!!! Ловко же ты выкручиваешься, слащавый. Понял, что Юлька тебе не даст, вот и оправдываешься.
— Д-ДА Я НЕ… Юля, ты чего? — опешил Орфей, когда девочка от него отошла на несколько шагов.
— Орфи… н-ничего, — мило улыбнулась Юлия, хотя брови её дрогнули. — П-просто стой там, ладно?
— В смысле? Ты думаешь, что я… — венериец покраснел до кончиков ушей, а потом злобно посмотрел на смеющегося до слёз телекинетика. — ЭТО ТЫ, ГАД, НАПУГАЛ МОЮ ЮЛИЧКУ! Я НИЧЕГО ТАКОГО С НЕЙ ДЕЛАТЬ НЕ СОБИРАЛСЯ!
— А-ХА-ХА-ХА!!!
Тем временем…
— Они всегда такие шумные? — спросил Бёрн, наблюдая за склокой младших из команды «Серп».
— К сожалению, — устало вздохнула Элли, закончив со сборкой. — Не команда, а детский сад какой-то.
— Хм… если всё так, зачем ты водишься с ними? Переводись в мою команду.
Эрийка подавилась воздухом и закашляла, после чего подняла удивлённый взгляд на эрийца, думая, что он шутит. Однако серьёзный рубиновый взгляд совершенно был невесел, да и Бёрн не относился к тем людям, которые могли пошутить на пустом месте. Юноша выгнул бровь и слегка наклонил голову вбок, ожидая ответа.
— Эм… спасибо, но нет, — почему-то смутилась Элли, и, опустив взгляд, положила ладонь на рукоять рапиры.
— Но почему? Ты ведь сама хочешь стать военным охотником.
— Да. Хочу.
— Тогда в чём проблема? — не понимал Бёрн, хмуро глядя на девушку.
— В моём отце! — Элли подняла голову и серьёзно посмотрела в глаза Бластеру. — Я хочу добиться военной карьеры своими силами, а не помощью кого-либо. Понимаю, ты хочешь мне помочь, и за это я тебе очень благодарна. Но нет. Прости.
— Понятно, — эриец улыбнулся, закатив глаза. — В тебе амбиции играют, хе-хе.
— Мне всё равно, амбиции это или нет. Отец купил для меня дом в центре Москвы, обеспечил всем необходимым — не хочу большего просить.
— Ну, как бы, товарищ полковник — твой отец — дал тебе жильё, популярность,
Новая Эпоха.
Это было самое лучшее время в жизни Элли. Когда-то этот шум, гам и ругань, царящие в команде «Серп», дико злили её и выводили из себя. А сейчас Элли готова была отдать хоть всё своё богатство, лишь ещё раз вернуться в прошлое и насладиться этими днями, когда они вели себя, как дети. Когда был жив Орфей и часто ругался с Эсом. Когда Хог не был мрачным и искал веселья во всём. Когда не было подлого обмана со стороны Бёрна. Когда не было той грязи, испортившей прекрасные воспоминания жестокой реальностью. Элли грустно улыбнулась: если Эс и Юлия смогут вернуться к прежнему образу жизни, то Хог уже никогда не станет прежним раздолбаем-хэйтером. Он слишком много горечи впитал в себя.
Из воспоминаний её вывел толчок в плечо. Моргнув, эрийка посмотрела на Инферно, которая с хитрой улыбкой протягивала ей пустой флакон.
— М?
— Признайся, тебе тоже приходила в голову эта невинная мысль, хи-хи-хи, — загадочно улыбалась красноглазая блондинка, продолжая протягивать ей флакон. — Персиковая смазка — что может быть лучше? Возьми себе на дорожку, принцесса! — а затем вкрадчиво добавила, блеснув огоньком в глазах: — Женская интуиция подсказывает мне, что тебе она пригодится.
Элли спокойно посмотрела на Инферно, принимая флакон из её рук. Затем опустила глаза и… улыбнулась краем губ. Да, эта сумасшедшая мысль приходила ей в голову, только осуществить её никак не получалось. Развернувшись, эрийка подвела флакон к стенке, и густая, гелевая жидкость персикового цвета стала наполнять сосуд. Затем закрыла его и спрятала в нагрудном кармане рубашки, предварительно похлопав по нему. Демоница следила за этим процессом со скрещёнными под грудью руками.
— Если действительно хочешь получить от отношений всё — действуй, как самая сумасшедшая сука, — хитро улыбнулась Инферно, посмотрев в рубиновые глаза. — Поверь, это поможет не только развить отношения, но и подарит надежду на счастливый конец. А по рассказу, как я поняла, он в него совершенно не верит. Хи-хи! Пусть прочувствует тогда.
Синеволосая поняла, о чём говорит блондинка, и загадочно улыбнулась, прижав два пальца к подбородку. Конечно, для начала бы не помешало узнать о том, когда Хогу удалось сделать то, чего бы он не сделал. Всё-таки эта новость очень сильно заинтересовала эрийку, из-за чего она вдвойне горела желанием побыстрее увидеть его.
— Спасибо, — поблагодарила Элли, когда Инферно посмотрела в другую сторону. Демоница усмехнулась.
— У меня была почти похожая ситуация, когда я ещё была человеком. Но мой избранник оказался трусом и подлецом, поэтому я без всякого сожаления послала его. Но твоя история — она сильно отличается от моей, — блондинка снова посмотрела на неё, а потом подмигнула ей. — Тебе есть, за что бороться. Реально бороться, а иначе надежды на светлое будущее не будет. Одиночество в человеческой сущности может быть серьёзным сдвигом к тому, чтобы стать анти-человеком и влиться в унылую стаю. Так что дерзай! И мне реально жаль, что ты всё-таки не пополнишь наш культ. Из тебя бы вышла хорошая демоница.