Лимитерия
Шрифт:
Теперь же оставался другой вопрос: как всё это представить тем, кого Макс решил включить в свою команду? С Элли никаких проблем не было, так как со стороны Владимира была гарантирована поддержка. Но… Что делать с Орфеем и Эсом? Если первый ещё может колебаться, но потом согласится, второй может смело послать к чёрту.
«Я бы Вам сказал, какой у него характер, Мэри… Но лучше не стоит ворошить это дело».
«А это мысль!» — подумал Сахаров. Пожалуй, такой способ поможет ему добавить телекинетика в свою команду. А заодно и тому пойдёт на пользу.
С этими
Россия. Москва. 2013 год.
1. Столица России отличалась от остальных городов тем, что являлась самым крупным мегаполисов за всю страну. Здесь проживало очень много людей, в особенности охотников или охотников из основных семей (кто читал пролог, поймёт, что за семьи). Прекрасные архитектуры, здания, а также бассейны с кристально-чистой водой и блестящие дорожки. Из разных сторон подъезжали машины; деловые люди даже тратились на кареты с повозкой, так как ценили гармонию и красоту царских красот. У Кремля находилась своя дружина, защищающая главный проход в том случае, если какой-нибудь хулиган попытается пройти на визит к президенту без приглашения.
Макс вышел из аэропорта и сразу же направился в сторону великолепного дома, который выделялся среди остальных тем, что был выложен в виде современного дворца, с золотистого цвета крышей и тёмно-коричневого покрытия наружных стен. Он знал этот адрес. Впервые с этой девушкой Макс столкнулся месяц назад, когда был в гостях у своего старого друга Владимира, по совместительству основавшего коллектив «Луч». Теперь предстояла вторая встреча, но когда рядом нет её отца, договариваться будет тяжелее.
Семён решил подождать Сахарова в придорожном кафе, так как боялся второй раз вызвать агрессивную реакцию. В первой же встрече, Семён использовал крайне зря «Луна-глаз», за что Владимир его едва не распял на кресте. Спасибо профессору Сахарову — заступился.
Остановившись около двери, Макс ещё чуток колебался. Сложно было предлагать молодой девушке вступить в команду «Серп» и стать её лидером, даже не познакомив с командой. К тому же, он совершенно не знал, как она отреагирует на появление младшего брата, о котором ни сном, ни духом не знала. Но всё же Макс не собирался чуть что отступать от своей идеи и, сглотнув, постучался в дверь.
«Надеюсь, мы сможет договориться», — подумал Сахаров.
Жительница этого прекрасного дома не заставила себя долго ждать.
2. Через несколько секунд дверь открылась, и на пороге появилась молодая, с приятной внешностью, девушка. Как и на фотографии, одета она была в белую рубашку с короткими рукавами, окрашенными в голубой цвет, синюю юбку выше колена, чёрные полупрозрачные колготки, идеально подчёркивающие красоту её стройных ног, и голубые балетки с жёлтой оправой.
«Повезёт же её избраннику», — подумал Сахаров, оценив по достоинству внешность будущего лидера команды «Серп».
— Вы? — слегка удивилась синевласка, оглядев с ног до головы профессора, который по прежнему был одет в белый халат поверх своей одежды.
— Я, —
«Чёрт! Как мальчик, блин!», — выругал себя профессор мысленно, ибо на парочке фраз попросту запнулся.
Дочь основателя «Луч» нахмурилась, не выдавая ни тени улыбки. Алый взгляд прожигал профессора насквозь, отчего тому становилось неуютно. Нет, Макс, конечно, знал, что эрийцы — такие люди. Что их взгляд всегда смотрит подозрительно и угрожающе, но постарался сделать вид, будто его совершенно это не заботит. В конце концов, он не лимитер, чтобы вызывать злобную реакцию со стороны эрийца/эрийки.
— Что ж, проходите, — прохладно сказала Элли и отошла от прохода, пропуская гостя внутрь. — Можете не разуваться. Чай будете?
— Спасибо. Эм… не откажусь, — по-прежнему улыбаясь, ответил Макс и закрыл за собой дверь.
Да-а… Элли знала толк в моде и комфорте. Хоть обои и были окрашены в тёмный цвет с красными очертаниями, пол был выложен в ярком коричневом цвете кристально чистой древесины и закрыт белоснежными коврами. На одной стене Макс присмотрел даже картину с голубой вазой и множеством алых роз в ней. Видно, любимая картина Элли была, так как её можно было сравнить с этой вазой: цвет волос — синий; глаза — красные.
Прямо располагалась деревянная лестница с металлическими периллами, ведущая на второй этаж. Жила Элли действительно зажиточно, раз её «хоромы» выглядели так внушительно и брутально. Пускай росла без матери, отец Владимир сумел дать дочери много чего хорошего и полезного. И это при всём, при том, что этот дом целиком и полностью принадлежал Элли. Владимир специально покупал этот дом в подарок на совершеннолетие своей единственной и любимой дочери.
«О… хо-хо… Мой старый друг — щедрый человек!», — подумал Сахаров.
Но долго задерживаться в гостиной нельзя было, иначе это вызвало бы отрицательную реакцию со стороны хозяйки. А Макс не нуждался в проблемах…
На кухне его тоже ждала атмосфера с явным вкусом и характером девушки. Макс уже понял, что Элли любит полу-мрачную атмосферу с лёгким вызовом. Об этом говорил чёрно-красный цвет широкого дивана, рядом с которым стоял светло-коричневый цвет. Еле голубого цвета плитки под ногами отдавали прохладой и белизной, а канделябр, висевший над головой, продолжал крутиться по часовой стрелке. Такая тишина… И такая напряжённая атмосфера. Дом полностью отражал характер своей хозяйки.
— Что? — Элли не смотрела в сторону Сахарова, продолжая разливать чай. Однако поймать на себе взгляд профессора умудрилась и затылком, что насторожило его.
— Да нет, ничего, просто любуюсь апартаментами, — с улыбкой выдал Макс.
С разрешения Эрии, профессор присел на мягкий диван и стал ждать, когда хозяйка закончит с чаем. Элли быстренько справилась с напитком, и, поставив золотую чашечку на золотое блюдце, развернулась и грациозной походкой подошла к столу, поставив её рядом с Максом.