Линия горизонта
Шрифт:
Именно партии должны взять на себя значительную долю ответственности за повышение гражданской и политической культуры народа. Некоторые «представители элиты» взяли за правило рассуждать о «ментальном» недемократизме наших граждан. Это чушь. Конечно, не прошли бесследно десятилетия, когда людям внушали, что они – всего лишь колесики и винтики системы. Да и рыночным беспределом 90-х годов врезали по народной инициативе, словно электрошокером. Но вечевое, общинное начало живет в нашем национальном характере. И главная беда не в «природной инертности» россиян, а в том, что во многих местах чрезвычайно плохо ведется информационная и разъяснительная работа с населением. Люди из-за непрофессионализма чиновников, а иногда и из-за «фиги в кармане» скрытых противников самоуправления плохо знают свои права, не понимают
А возьмем ТСЖ – товарищества собственников жилья. Не очень-то охотно люди идут на их создание. Почему? Потому что гражданин пока видит здесь рисков для себя больше, чем выгод. Сложна процедура создания ТСЖ, да еще и налоги надо платить. А ведь интересы дела взывают совсем к иному подходу. Заинтересованное государство должно сказать: «Вот вам, граждане, бесплатное межевание, кадастровый план, вот пакет необходимой документации. И никаких налогов. Только организуйтесь, объединяйтесь…».
Говорить нужно не только о совершенствовании конкретных законов и управленческих решений. Это само собой. Главное, чтобы мы и в стратегическом плане вели дело к качественным изменениям в цепочках «государство и гражданин», «государство и общество». Если уж говорить о будущем, то очень хочется, чтобы постепенно преодолевалось привычное восприятие государства, как сугубо бюрократической машины. Чтобы последовательно утверждался имидж «государства-партнера», готового поддерживать самые различные и индивидуальные и общественные проекты. Тут, разумеется, есть фундаментальное условие: общество по-настоящему откликнется на призывы к участию в решении общенациональных задач только тогда, когда убедится, что государство работает не на некую узкую прослойку богатых, а на большинство населения. Что оно на деле утверждает принципы социальной справедливости. Трудно рассчитывать на народный энтузиазм и общественную инициативу пока усугубляется социальное расслоение, сохраняется неприемлемо высокий уровень бедности, и само понятие «социальное государство» остается лишь лозунгом. Нужны зримые, существенные подвижки, и это сразу же даст эффект.
Когда мы говорим об инновационном развитии, ни в коем случае нельзя сужать это понятие, ограничиваться научно-технической и производственной стороной. Инновации нужны и в образовании, и в культуре. Они могут быть и социальной сфере, и в политике. Не все согласятся с тем, что многое из программных документов «Справедливой России», из тех идей, которые мы сегодня разрабатываем в рамках концепции «третьего социализма», социализма XXI века, – это тоже инновации, которые могут послужить и обязательно послужат России.
Недавно мне из Финляндии прислали любопытный информационно-аналитический материал. Группа экспертов разработала его в интересах парламента Финляндии. Речь там тоже идет о сценариях будущего России. Северные соседи пытаются понять, что же у нас будет происходить, с кем им придется иметь дело в перспективе. Анализируют, конечно, со своих позиций. Но многое совпадает с тем, что мы и сами о себе думаем. Есть у них сценарий, когда все в России продолжает зиждиться, как сейчас, на нефти и газе. Есть сценарий с «завинчиванием гаек» и отказом от демократических свобод. Но есть и вариант развития, который они назвали весьма своеобразно: «Россия-мозаика». Что это значит? Если упрощенно, логика финских экспертов примерно такая: «Русские, – размышляют они, – по природе своей чрезвычайно креативны. А что, если возьмут, да включат свой творческий потенциал на полную мощь? Да насоздают всевозможных исследовательских и внедренческих центров, да запустят на всю катушку малый и средний бизнес, да в каждом регионе, в каждом городском и сельском поселении разглядят возможности для конкурентоспособного развития, разработают умные, инновационные программы и начнут их реализовывать? Вот и получится многоцветная, гармоничная, уникальная
Прямо скажу: такой сценарий меня лично вполне устраивает Более того, полагаю: так и должно быть. Такой и должна стать Россия.
Испытание на прочность
Испытание на прочность ныне проходит не только экономика, но и политическая система. Пока она демонстрирует достаточную устойчивость. В то же время следует признать, что многие демократические институты, в том числе партийная составляющая, увы, не адекватны вызовам времени. Сложившаяся в последние годы в России система, основанная на доминировании одной крупной силы, которая именует себя «партией власти», все более и более пробуксовывает.
Апологеты концепции «доминирующей партии» любят ссылаться на опыт Швеции и Японии. Дескать, там правящие партии пребывали у власти по 40–50 лет, и страны очень успешно развивались. Это так. Но только мы – не шведы и не японцы. У нас другая жизнь, другие проблемы, другой менталитет. И самое главное – у нас иная история. Когда в 1917 году большевики пришли к власти, они тоже не были полными монополистами, декларировали готовность делить власть с другими политическими силами. А чем все обернулось? ГУЛАГом, репрессиями, потом глухим застоем и развалом страны. Политический монополизм в любом виде категорически противопоказан России. Да и не может он быть воспринят народом, в памяти которого слишком свежи воспоминания о том, что такое партократический режим.
Нынешняя «партия власти» – «Единая Россия» – позиционирует себя в качестве силы, основывающейся на консервативных ценностях. Зададимся вопросом: можно ли только на базе консервативных подходов (пусть даже обильно сдобренных либеральными и социальными приправами) ответить на все те вызовы, которые поставил сегодня мировой финансово-экономический кризис? Конечно, нет. А можно ли одним партийным зонтом накрыть такую огромную страну, как Россия, с ее социальным, национальным, географическим разнообразием, сложнейшим переплетением различных интересов? В рамках демократических методов это абсолютно нереально. Есть только одна одиозная возможность – вновь выстроить что-то наподобие КПСС.
Вот потому-то так живуча эта самая ностальгия по КПСС среди той части нашей политической и деловой элиты, которая мечтает на десятилетия сохранить статус-кво, обеспечивающий ей контроль над властью и собственностью. Отзвуки этой ностальгии проявляются в демонстративно высокомерном отношении парламентского большинства к законодательным инициативам оппонентов, в нежелании вести дискуссии по актуальным вопросам, в нетерпимости к чужой точке зрения.
Нынешний кризис, словно холодный душ, многих все-таки протрезвит. Легко было «доминировать» в благополучные годы, когда экономика росла. Сладостно было приписывать себе в заслугу экономические успехи, когда в страну шел мощный поток нефтедолларов: «Прошла весна, настало лето, спасибо партии за это». Но ныне впору припомнить другой политический афоризм: «Партия, объявляющая своей заслугой хорошую погоду не должна удивляться, что с нее спрашивают за грозу и засуху».
Многопартийность, политическое многообразие – не чья-то прихоть, это конституционный принцип, гарантированный статьей 13 Конституции РФ. Пока понимания этого нет даже у некоторых представителей власти, которые вообще-то призваны проводить этот принцип в жизнь. А что мы наблюдаем в ходе избирательных кампаний? Вся мощь административного ресурса зачастую направляется на одну цель – достижение высокого процента голосования за «партию власти». Тошно видеть, как солидные начальники во имя этого готовы заниматься дурно пахнущими делами, вплоть до выкручивания рук руководителям бюджетных организаций и организации банальных подтасовок результатов голосования.
Один из соцопросов ВЦИОМа показал недавно тревожную тенденцию. Растет число граждан, которые считают, что России вообще не нужны никакие партии. Таких почти треть. А вот число твердых сторонников многопартийности за последние 4 года упало на 10 процентов (было 48 процентов, стало 38). Вот чем мы расплачиваемся за политический монополизм! Демократическими ценностями, дискредитацией институтов парламентаризма, избирательной системы. Ничего хорошего это не сулит никому – ни власти, ни партиям, ни обществу.