Логово
Шрифт:
— Что вы хотите сказать? Как это не просто работа? — не скрывая любопытства, спросила она.
— Для Лука это что-то вроде вендетты. Он ненавидит крыс.
— Но почему?
— Разве вы не знаете? Я думал...
Не договорив, Леманн вновь уставился в окно, и на лице у него появилось безразличное выражение.
— Пожалуйста, расскажите, — попросила Дженни. Леманн тяжело вздохнул.
— Родители и младший брат Лука были убиты крысами во время лондонского Нашествия четыре года назад. Он тогда работал на
Дженни закрыла глаза. Она знала,инстинктивно чувствовала, что за легкомысленными репликами Лука о его работе кроется что-то серьезное.
— Через несколько месяцев Лук стал работать в «Крысолове». Думаю, эти месяцы он приходил в себя. Стивен Говард — его старый друг. Он все знал и, прежде чем пригласить его на работу, разговаривал со мной. Должен сказать, я был против, хотя в то время нам были очень Нужны люди. Но мне не хотелось, чтобы кто-то бессмысленно рисковал. Вы понимаете? Так или иначе, Говард уговорил меня, сказал, что Лук профессионал, какими бы мотивами он ни руководствовался. Когда мы с Луком познакомились, я вынужден был признать его правоту.
Дженни покачала головой.
— Я не знала.
— Извините. Я был уверен, что вы в курсе. По моим наблюдениям за последние пару дней, вы... э... довольно близки. Правда, Лук редко об этом говорит, хотя мне кажется, ему самому было бы легче. Он бы стал другим. Может, он еще сам вам расскажет, я не буду ему говорить, что я...
Дженни опять покачала головой.
— Я тоже не скажу, но теперь я, по крайней мере, знаю, почему он занимается этой гнусью. Извините, я не хотела...
— Все в порядке, — ухмыльнулся Леманн. — Вы правы. Работа у нас собачья. Но слава Богу, что кто-то ее делает. А теперь мне пора возвращаться и начинать газовую атаку. Мы хотим, чтобы все установки заработали одновременно, тогда ни одной крысе не удастся сбежать.
Леманн улыбнулся учительнице.
— Не беспокоитесь за Лука. Для него так лучше. Пора ему начать избавляться от ненависти, которую он накопил за эти годы. Но одно вы должны помнить. Лук не сможет быть счастливым, пока не уничтожит всех крыс до одной.
Они распыляли мышьяк по подземным коммуникациям и молились. У крыс не было шанса выжить, они были пойманы и заперты в своей будущей могиле, однако ни один человек не чувствовал себя спокойно, словно он имел дело не с обыкновенным зверем, а с чем-то чужеродным в этом мире. Они не снимали наушники, вслушиваясь в то, что происходит под землей, ибо сумели установить там микрофоны. До них доносились стоны погибающих тварей, топот их лап, когда они в панике бросались в перекрытые лазы, царапанье когтей о толстые, непробиваемые стены, ужасный визг, когда они в панике прыгали друг через друга, пытаясь спастись от смертельно ядовитого газа.
Некоторые, их было совсем немного,
Люди наверху не могли видеть, что происходит внизу, но они чувствовали запах смерти в воздухе и могли вообразить безнадежную борьбу за жизнь в подземных катакомбах. Даже лес, казалось, хранил почтительное молчание.
На лицах людей в наушниках можно было прочесть и отвращение, и жалость. Крики, доносившиеся до их ушей, казалось, принадлежали сотням и сотням младенцев, визжавших от отчаяния и плачущих в предсмертных муках. Газ быстро добрался до самых удаленных уголков, и то один, то другой радист малодушно снимал наушники, не в силах торжествовать победу. Они оглядывались на молча стоявших вокруг них людей и кивали. Да, крысы погибли.
Глава 16
— Лук, у вас убитый вид. Пойдемте со мной, нам надо кое-что обсудить.
Пендер устало стянул с головы шлем, бросил его в угол приемной и только тогда поглядел на улыбающееся лицо Стивена Говарда.
— Если вы не возражаете, я бы хотел вернуться в отель и полежать )( горячей ванне. Не могли бы мы встретиться попозже?
— Боюсь, нет. Но обещаю, долго вас не задержу. — Говард повернулся на каблуках, не переставая довольно улыбаться, и широко зашагал по коридору к кабинету Алекса Милтона.
Пендер последовал за ним наг едва гнущихся из-за полученных утром ушибов ногах.
В маленьком кабинетике были только Майк Леманн и Энтони Торнтон. Говард сразу же направился к тому месту, где на столе были расставлены бутылки.
— Хозяин кабинета прислал нам это из собственных запасов, — пояснил Говард, но его улыбка уже начала раздражать Пендера. — Виски? Без льда и воды?
Пендер кивнул и уселся в кресло возле единственного окна. Он снял толстые перчатки и бросил их на пол, потом стал разминать пальцы, самым внимательным образом рассматривая красные отметины.
Говард подал ему виски, явно не желая ничего замечать.
— После сегодняшнего кошмара, уверен, у вас найдется не один синяк. Слава Богу, что мы еще усовершенствовали защитные костюмы после Нашествия.
Пендер хлебнул из рюмки и закрыл глаза, чтобы насладиться растекающимся по телу теплом.
— Я уже говорил, что они должны быть прочнее. Материал не выдерживает большой нагрузки.
— Конечно, конечно. Теперь, когда опасность миновала, мы ими непременно займемся.