Лопата
Шрифт:
— Дед, а чего это ты со всеми знакомишься? — спросил Серега, когда они шли домой и дед тащил на спине мешок с саженцами. — Ты же их первый раз видишь и не увидишь больше никогда… Думаешь, он к тебе в гости поедет…
— Глупый ты еще у меня, Серега… — засмеялся дед. — Мы же все люди, а значит, все родня…
Дед шумно вошел в прихожую, торжественно внес мешок, пристроил его под вешалкой
— Ну вот… Посадим во дворе кусты, и будет совсем другое дело…
— Зачем вы тратились? — робко сказала Серегина мать.
— Я тратился? — удивился дед. — Ни копейки не заплатил. Эту смородину мне Петр Иваныч дал…
— Какой Петр Иваныч? — не понял отец.
— Очень простой… — дед достал пачку папирос. — С улицы Беговой.
— У тебя тут разве друг живет?
— Теперь живет. Мы с ним на базаре познакомились. Несите лопату и ведро воды. Надо смородину посадить, а то она заморилась….
— У нас нет лопаты… — пожал плечами отец.
Перехватив гневный взгляд деда, мать предложила:
— Может, совок для муки подойдет? Он железный…
— Эх, Пашка… Садова твоя голова… — печально пропел дед. — Мужик ты или кто? У тебя мальчишка растет, а в хозяйстве такой нужной вещи нету… Стыд-то какой, лопату просить по людям…
Дед послал Серегу к соседям. Но лопаты не оказалось ни в одной квартире на площадке. Дед прямо расстроился. Он сел на табуретку, закурил и, повесив низко седую голову, вздыхал:
— Не знаю, как люди живут… Развели бесполезных вещей — тьму… А лопаты не держут. Без нее ведь, как без рук! Это вот вам на что? — дед ткнул прокуренным пальцем в фарфоровый подсвечник.
— Для красоты… — сказала мать.
— Для красоты…
Дед пошел по этажам. Он звонил во все квартиры и, когда щелкал замок, приглаживал седой чуб, обдергивал полы пиджака и спрашивал вежливо:
— Извините, конечно… У вас лопаты не найдется на полчаса?
Люди смотрели на него так, будто он спрашивал зимой живую бабочку. Чем выше поднимался дед, тем несчастнее становилось его лицо.
— Надо же… — горько сказал он, прислонившись к перилам на девятом этаже. — Серега, на Агафоновке расскажи — не поверят! Хоть совковая, хоть саперная, хоть штыковая,
Когда старичок с девятого этажа вынес деду лопату, завернутую в цветастую тряпку, Серега просиял. Пусть не думает дед, что у них и городе живут такие уж никчемные люди…
— Вот это хозяин… — похвалил дед. — Вот это я понимаю! А то ведь я к вам к тридцать шестому позвонил, нарочно посчитал…
— А как же… — хихикнул старичок. — У меня весь инструмент в порядке. Что хочешь могу предложить — плоскогубцы, пилку по железу, напильник любой…
— Смородина вянет… — развел руками дед. — Другой раз приду!
Серега с дедом сажали под окнами смородину, а отец лил в ямки воду и утаптывал землю вокруг саженцев. Собрался народ. В основном старушки да женщины, которые гуляли с ребятишками. Они хвалили Ветровых и говорили, что двор сразу красивее стал.
— Я еще вам черемуху посажу… — подмигнул дед.
Все размечтались, глядя на пустой двор, по которому летал мусор и обрывки газет. Решили разбить клумбы, посадить груши, а одна старушка предложила посеять лен. Серега с дедом и отцом ушли домой, и жильцы еще долго мечтали вокруг смородины. Кто-то колышки вбил и оградил саженцы веревкой.
За ужином дед сказал:
— Хочешь, Пашка, обижайся на меня, хочешь не обижайся, но я тебе прямо скажу… Так нельзя! В квартире у себя все украсили, а во дворе — шут ногу сломит. А двор — он тоже ваш… Можно и подмести когда. И лавочки для старух в холодке поставить…
Отец деду не возражал. Это было бесполезно.
Наутро дед чуть свет ушел из дому. Никто не знал, куда он пошел и скоро ли придет. Но завтракать не садились. Серега то и дело выглядывал в окно. На смородиновых кустах чистили перья воробьи и галдели на весь двор.
Дед пришел к обеду. Он молча выложил на кухонный стол молоток, пилу и лопату без черенка.
— Вот, Серега и Пашка… — серьезно сказал дед. — Черенок к лопате вырежу. Теперь вас можно считать за мужиков. И дом у вас теперь настоящий. А то так было… не знаю что…