Лора
Шрифт:
Лора помчалась вверх по еще одному длинному лестничному пролету, чтобы занять более выгодную позицию. Скалы там были укреплены каменными блоками, и Лоре казалось, будто она взбирается по стенам древнего замка. Наконец она оказалась на смотровой площадке, на самой вершине и перегнулась через бетонную ограду, осматривая парк. Страх поднимался в ней, как туман.
«Вот они где», – ахнула Лора. Афина и Кастор преследовали Артемиду, которая уводила их с нижней тропы, и вскоре все трое исчезли под покровом листвы.
Лора
Боги снова оказались у водопада, в рощице на его вершине, неподалеку от одной из пешеходных троп. Скальные обнажения по обе стороны от обрыва больше походили на сросшиеся валуны с плоскими вершинами. Они выступали над прудом, как небольшие утесы, и подпитывали водопад обильным дождем.
Афина обнаружилась чуть поодаль – богиня сражалась с прочной сетью из шипов, лоз и ветвей, которую сплела сестра и накинула на нее.
Продираясь сквозь деревья, Кастор и Артемида ходили по кругу, примеряясь к противнику. Артемида уже намеревалась вскинуть свой лук, но, потянувшись за спину, обнаружила, что у нее закончились стрелы.
Отбросив лук в сторону, она выхватила маленький охотничий нож, пристегнутый к руке. Кастор был вынужден лавировать, уклоняясь от ее беспорядочных ударов. Он зашипел, когда лезвие рассекло его предплечье. Удары замелькали чаще, и богиня бросилась вперед, чтобы вонзить лезвие ему в горло.
– Нет! – Лора нырнула за дори, которое выронила Афина, и метнула копье в сторону Артемиды.
С сухим коротким смешком богиня легко отразила удар, но Лора не пыталась ее убить. Ей нужно было дать Кастору второй шанс.
И он им воспользовался. Когда Артемида отклонилась назад, чтобы спастись от копья, Кастор ударил ее по запястью, заставляя выронить нож, и повалил на землю.
Наконец высвободившись из сети, Афина бросилась к богам, но раздался хищный вопль Артемиды. Свирепость этого звука заставила птиц отозваться визгливой какофонией. Артемида отшвырнула Кастора, и он приземлился на спину, проскользив по грязной мокрой траве.
Богиня снова схватила нож и выставила его перед собой, отгоняя Кастора и сестру.
– Послушай меня… – сказал Кастор, сжимая бок. – Пожалуйста… нам нужна твоя помощь…
Артемида двигалась с грацией оленя и неконтролируемой свирепостью разъяренного кабана. И, если Лора иногда замечала в расчетливости Афины намек на человечность, в Артемиде не было ничего, кроме инстинктов животного. Она была непостижима в том, что один из древних писателей назвал ее жестокими тайнами. Она была непредсказуема и безжалостна, как сама природа.
– Прекрати, Артемида! – крикнула Афина. – Охота – такой же наш враг, как
– Ох, ну и дура же ты! – Артемида усмехнулась. – Не видишь очевидного. Агон нельзя выиграть. Его нельзя избежать. Это наш Тартар[64].
– Я в это не верю. – Афина сделала еще один шаг к сестре и предупреждающе подняла руку, чтобы Лора не последовала за ней.
Лора подавила возглас разочарования, но понимала: Артемида разозлится еще больше, если окажется в ситуации «трое против одного».
– Успокойся, сестра, – просила Афина. – Послушай, что я тебе сейчас скажу. Ты потерялась в своей ярости, позволь мне вывести тебя оттуда еще раз. Я понимаю…
– Ты не понимаешь! – выкрикнула Артемида. – Иначе ты привела бы его ко мне! Мы должны были убить их – всех самозванцев! Всех до единого!
Вода струилась вокруг лодыжек Лоры, стекая вниз и выливаясь с водопадом. Но, когда Артемида сделала шаг в сторону, Лора заметила, что часть стока исчезает в ближайшем островке листьев и грязи. И пока она наблюдала, слой грязи смыло, и обнажился край ямы, поверх которой было аккуратно уложено сплетенное из тонких веток покрывало.
В то же мгновение что-то тяжелое врезалось в нее сбоку. Большой лабрадор накинулся на нее, и следом подскочил еще один, рыча и огрызаясь.
– Прекрати!.. – выкрикнула она, сражаясь с их безумием. Горячая слюна разлеталась во все стороны.
Лабрадор вонзил зубы ей в предплечье, и Лора вскрикнула от боли, швыряя его на другого пса. Все больше и больше собак собиралось вокруг. Лора вскочила на ноги, вооружившись большой веткой, чтобы отогнать животных подальше от себя и остальных.
– Конечно, ты права, – Афина не отрывала глаз от сестры, медленно приближаясь к ней, показывая, что у нее нет оружия, словно Артемида и не сжимала в руках нож. – Сестра, разве ты забыла? Неужели ты не видишь этого даже сейчас? Вот первый свет пробивается с лазурной высоты над облаками, проносится над садами и залами нашего дома для истинных богов… воздух, сладкий от благовоний и дыма… очаг, вечно горящий… мир под нами, такой зеленый и полный обещаний… наш непобедимый отец, другие…
Лора была потрясена чувственностью этих слов, обнажавшей бездну глубоко скрытой боли.
Артемида застонала, вцепляясь в лицо, качая головой. Ее непримиримость дала трещину. Афина пробила ее броню.
Но внезапно Артемида выпрямилась, и когда она снова взглянула на сестру, ее глаза сузились, и в них больше не было ничего кроме ненависти.
– Ты, – проговорила она. – Ты украла это у меня.
На один краткий миг воительница оказалась спиной к Кастору, и он рванулся к ней сзади. Богиня дернулась, но он оказался быстрее, сковывая ее руками и прижимая к себе.