Лора
Шрифт:
— Ты ничего не слышал, ясно?
Корни кинул на хозяина оскорбленный взгляд, когда это он выдавал его тайны.
***
Макс, держа за руку Анаис, под всеобщее ликование вступил в парадный зал для празднования собственной свадьбы. Церемония прошла по плану, не вызвав у него никаких особенных эмоций. Они ее накануне столько раз репетировали, что принц даже особо не вдумывался в произносимые заученные слова и совершаемые обряды, а лениво скользил глазами по фамильному дому святынь и думал, почему обязательно все это так затягивать.
Проведя свою теперь
— Рад видеть тебя, Агор, — сказал принц, впившись в него глазами.
Император только усмехнулся, от него не ускользнуло, как дрогнул голос племянника от нетерпения.
— Поздравляю со свадьбой, ваше высочество, уж думал не доживу то столь знаменательного дня, — Агор делал вид, что не замечает пронизывающего вопрошающего взгляда молодого человека.
Макс близко наклонился к дяде:
— Где она? — тихо спросил он напрямик.
— Нууу, я решил, что негоже приводить ее на свадьбу и смущать твою новоиспеченную жену и толпу ее родственников сверкающими узорами на обруче рабыни, которые ты не удосужился убрать…
— Ты же обещал, — Макс сузил глаза и зашипел на императора не в силах сдержать закипающую злость. Черт, он так ждал этого дня, ждал ЕЕ.
Император только засмеялся в ответ.
— Постой, не устраивай скандал, на нас все смотрят, совсем голову потерял?
Потом наклонился к побелевшему от гнева племяннику и зашептал ему на ухо:
— Я подумал, что не стоит приводить Лору на свадьбу и распорядился сразу отправить ее в твои личные покои. Так что хватит сыпать на мою седую голову проклятья. Она ждет тебя в твоей спальне. Только узоры снять не забудь, мой совет.
Макс судорожно выдохнул:
— Прости, просто три недели…
Император понимающе усмехнулся.
***
Был уже второй час ночи, когда их под улюлюканье, пьяные пожелания и непристойные возгласы внесли на руках в общую спальню, оставив, наконец, одних. Двери закрылись, и сразу стало неестественно тихо. Макс, кинув взгляд на свою теперь уже жену, прошел к столу, налил себе и ей вина и, протянув Анаис бокал, упал в глубокое кресло, с наслаждением ослабив шейный платок.
Иса медленно отхлебнула, не сводя с принца напряженного взгляда. Было очевидно, что она чувствует себя не в своей тарелке. Макс с тоской подумал, что буквально через две комнаты сейчас находится девушка, которая смотрит на него совсем другими глазами.
— Нам нужно поговорить, — решительно произнесла Анаис, отставив бокал и садясь напротив.
Макс молча кивнул, ожидая продолжения.
— Ну во-первых, первой брачной ночи сегодня не будет, — заявила принцесса.
Макс недоуменно приподнял бровь, не то, чтобы он сильно настаивал, но правила есть правила, консумация должна произойти, чтобы брак стал действительным.
— У
Макс решил не заострять внимание на деликатной теме.
— Ты сказала во-первых, что во-вторых?
Иса покраснела еще больше:
— Я думаю бессмысленно от тебя это скрывать, ты же не идиот в конце концов, — она судорожно вздохнула, набираясь смелости.
Принц продолжал молчать, внимательно наблюдая за женой.
— В общем… я не девственница… прости, — теперь Анаис смотрела ему прямо в глаза, тяжело дыша.
Макс откинулся в кресле. Ну что за день такой. Сначала сестра со своими признаниями, теперь это.
— Нуу… Это меня не сильно беспокоит, — протянул принц, и заметил, как Анаис облегченно выдохнула, — но все-таки хотелось бы знать: это был случайный порыв или последствие более глубокого чувства, которое существует до сих пор?
Глаза Исы лихорадочно блестели, она облизала пересохшие губы:
— Существует, — глухо проговорила она.
Макс покрутил в руках бокал.
— И кто же это?
Принцесса молчала.
— Хорошо, можешь не говорить. Главное, ты ведь понимаешь, что вы больше не можете…встречаться? — Принц смотрел на жену в упор.
Анаис тоже откинулась в кресле.
— Это говоришь мне ты, в то время, как в твоей спальне сейчас сидит эта чертова рабыня, которую привез император в качестве свадебного подарка, думал, я не знаю? Говорят, новые узоры на ее ошейнике еще ярче, даже переливаются как перламутр.
Она изогнула изящную бровь.
Макс сглотнул, он надеялся, что разговор о Лоре зайдет немного позже…или вообще не произойдет. Ну что ж, если у них сегодня ночь откровений.
— Мне все равно, что ты с кем-то спишь, Анаис. Более того, я готов предоставить тебе свободу в этом вопросе и даже позволю наставить мне рога, но у меня есть два условия: во-первых, мне нужно от тебя два здоровых наследника, мальчика, лучше бы три, но так и быть, два тоже устроит. До этого момента это даже не обсуждается, я должен быть уверен, что дети от меня. И, во-вторых, если не дай бог пойдут хоть какие-то слухи, я разоблачу тебя и ты закончишь свои дни в заточении в какой-нибудь башне, а любовника твоего ждет показательная казнь с отрубанием гениталий, четвертованием и сжиганием заживо, все ясно?
Анаис молчала, сверля мужа лихорадочным взглядом.
— Ну что, мы друг друга поняли? — Макс решил добиться от нее утвердительного ответа.
— Ты же почувствуешь своего ребенка в животе, Родэн. Ты всегда будешь знать от тебя или нет, я буду очень осторожна, — тихо прошептала Иса, она все еще надеялась договориться.
— А ты можешь скрыть от меня его истинное происхождение, думаешь, я не знаю, что это входит в ваш родовой набор, — Макс прищурился, — я, конечно, буду проверять, но пока ты беременная или младенец грудной, мне будет с точностью не узнать. Не хотелось бы убивать невинного двухлетку из-за загула его мамаши. Ты же понимаешь, что я не позволю сесть на престол не Родэну.