Лорд Демон
Шрифт:
– Мои познания в магии ограничиваются магией демонов, – смиренно произнес я. – Изо всех нас человеческую магию изучали лишь вы один, почтенный Ли Пяо. Я буду следовать вашим указаниям.
Это могло повлечь за собой еще один круг обеспокоенных объяснений, но тут Ба Ва едва не перевернул бронзовую курильницу. Как только курильницу поправили, Ли Пяо жестом велел всем занять свои места и начал читать заклинание:
Чаша переполнена, трескается лед,РвутсяНа этом месте у Ли Пяо, как и в прошлый раз, перехватило дыхание. Он вздохнул поглубже и продолжил:
…мается, руша преграды.Вот освобождение от тяжкой доли,От оков, что держат тебя в неволе,Ждать тебе не нужно боле -Это свобода.Поток, вовне утекая,Стремится к Крапивнику Каю,Сверкая ци.Сущность свою сознавая, демон станет собоюОтныне и навсегда. 11
Перевод М. Авдониной.
Когда заклинание началось, я ничего не почувствовал. Но потом, когда оно прозвучало полностью, я ощутил кожей слабое жжение.
– Еще раз! – потребовал я. Ли Пяо кивнул, набрал воздуху и начал снова. На этот раз я действительно что-то почувствовал. Красноватый свет, исходящий из бутылок, отразился в зеркалах и сфокусировался на мне. Я вскинул руки вверх, ладонями наружу, и откинулся назад – так, чтобы видеть все бутылки. И все же, когда заклинание окончилось, ци еще не сосредоточилась на мне.
– Еще! – крикнул я наполовину умоляюще, наполовину повелительно: ведь я слышал, как задрожал голос старика на последних словах, и знал, что эти обманчиво простые слова забирали у него куда больше сил, чем он мог позволить себе отдать.
И все же, каким бы мучительным ни был этот ритуал, я услышал, как Ли Пяо дрожащим голосом принялся читать заклинание в третий раз. И на этот раз ему вторила Вишенка – слово в слово, в точности выдерживая ритм. Теперь красноватый свет сделался рубиновым, и из каждой бутылки забил узкий, сфокусированный луч. Эти лучи устремились в меня, каждый – в одну из жизненно важных точек.
Я слегка поскользнулся на шарфе, но все-таки сумел подняться на ноги, чтобы ци могла легче проникнуть во все точки моего тела. Раздался вскрик, я едва заметил его, и Ба Ва подхватил начавшую падать бутылку. Потом заклинание закончилось, и красный свет померк. Я открыл глаза (хм, а когда я успел их закрыть?) и увидел устремленные на меня обеспокоенные взгляды.
Ли Пяо
– Ну что, получилось? – тихо спросила Лунносветная.
– Думаю, да, – ответил я, осторожно вышел из круга бутылок и сел в кресло. – Мое тело.., я…
Я судорожно сглотнул, набрал побольше воздуха, пахнущего жасмином и сандаловым деревом, и предпринял еще одну попытку.
– Да. Я думаю, получилось. Но моему организму потребуется некоторое время, чтобы усвоить ци, и только после этого я пойму, каких именно результатов мы добились. Вы как, в порядке?
Ба Ва оторвался от облизывания пальцев ровно настолько, чтобы обнажить в улыбке остренькие зубки.
– Я в порядке, босс. Только обжегся об бутылку. Недодемон взглянул на волдыри с такой гордостью, словно это были боевые раны, впрочем, в определенном смысле слова они ими и были. Ли Пяо кивнул.
– Ритуал был изнурительным, но если мы добились, чего хотели, значит, он того стоил. Впрочем, я бы выпил чаю и съел что-нибудь сладкое. У нас еще остался вареный рис и мед?
Вишенка сняла цилиндр и осторожно положила его на стул. К ней нормальный цвет лица вернулся почти сразу после того, как отзвучало заклинание.
– Боюсь, нет, дедушка, но я могу что-нибудь собрать на стол. Сейчас схожу и куплю еды на всех.
Мне это чем-то смутно не понравилось, но я не знал, как выразить свои сомнения. Однако, похоже, Лунносветная разделяла мои чувства.
– Не ходите одна. Мы не знаем, кто может за нами наблюдать.
– Ну, а кто со мной пойдет? – вполне резонно поинтересовалась Вишенка. – Крапивник и дедушка слишком устали. Вы должны остаться здесь – охранять их. А кого-либо их этих малышей я просто не могу взять.
Ба Ва вытащил изо рта обслюнявленные пальцы и печально сказал:
– Иди. Не могу маскироваться, пока болит. И тут Вонь Пань радостно запрыгал.
– Я могу! Смотрите!
Он сделал заковыристое движение руками, и в следующее мгновение на том месте, где только что стоял недодемон, возник маленький, невероятно лохматый черный пекинес. Его пышный хвостик так и ходил ходуном. Пекинес улыбнулся – со стороны могло показаться, что его круглая голова просто раскололась посередине, – и предъявил розовый язычок и множество очень белых зубов.
Вишенка рассмеялась.
– О мой доблестный защитник! Ты больше похож на комнатный тапочек, чем на собаку!
Недодемон жалобно заскулил. Вишенка серьезно взглянула на него.
– Вонь Пань, ты сможешь предупредить меня, если увидишь кого-нибудь из наших врагов?
Пекинес разразился лаем и замахал своим смешным лохматым хвостом.
– Отлично, – Вишенка присела и заглянула в круглые, слегка выпученные карие глаза. – Если почуешь неприятности, гавкни три раза. Если я о чем-нибудь спрошу, гавкни один раз, если хочешь сказать «да», и два раза, если хочешь сказать «нет». Ты меня понял?