Лорд Престимион
Шрифт:
Акбалик и Деккерет не имели намерения приближаться к окутанной мифами земле вечной зимы и никогда не тающих льдов. Но ее холодное дыхание ощущалась на граничащих с ней территориях. Пышные, зеленые субтропические леса уступили место растительности, более типичной для умеренного климата.
Здесь преобладали странные, искривленные лиственные деревья с ярко-желтыми стволами, растущие на большом расстоянии друг от друга на каменистых лугах, покрытых жесткой, бледной травой. А затем, когда они въехали в предгорья Граничья Кинтора, местность стала еще более пустынной. Деревья и травы встречались теперь гораздо реже. Почва превратилась в постепенно поднимающийся склон из серых гранитных плит, рассеченных руслами быстрых холодных рек,
Акбалик нанял в качестве проводников по Граничью команду из пяти местных охотников, худощавых, обветренных горцев с северных земель, одетых в грубо сшитые шкуры черных хайгусов. Очевидно, это были трое мужчин и две женщины, хотя под мохнатыми одеждами отличить их оказалось нелегко. Говорили они очень мало, а друг с другом общались на резком горном наречии, которого Деккерет практически не понимал. Обращаясь к двум молодым лордам из Замка, они старались пользоваться обычным языком, но из-за сильного акцента и непривычного ритма речи он с «трудом понимал их. К тому же они пересыпали свою речь ни-мойскими идиомами, которых Деккерет чаще всего не знал. Он предоставил все переговоры с ними Акбалику.
Казалось, горцы относятся к своим выросшим в городе подопечным с насмешкой, граничащей с презрением. Они определенно не питали уважения к Деккерету, который никогда раньше не бывал в такой дикой местности и явно был не уверен в себе, несмотря на свои рост и силу. Он не сомневался, что они считают его бесполезным, ни на что не годным мальчишкой. Но они и к Акбалику тоже относились без должного почтения, а ведь окружающая его аура компетентности и уверенности обычно быстро завоевывала ему признание где угодно. Когда он обращался к ним с вопросом, они отвечали односложно, а иногда отворачивались с насмешливыми улыбками, словно едва могли сдержать презрение к городскому жителю, который спрашивает о столь очевидных вещах, известных любому ребенку.
— Ститмои — лесные животные, — сказал ему Акбалик. — Здесь, в открытой тундре, им не очень нравится.
Вон там, внизу, их территория, то темное место под горой. Охотники спугнут их в глубине леса и погонят на нас. Мы выберем тех, которых пожелаем, и будем гнаться за ними по лесу, пока не загоним в угол. — Акбалик бросил взгляд на короткие, но сильные и мускулистые ноги Деккерета. — Ты хорошо бегаешь?
— Я не спринтер. Но как-нибудь справлюсь.
— Ститмои тоже не очень быстро бегают. Им это не нужно. Но они чрезвычайно выносливы и лучше нас умеют пробираться сквозь густой подлесок. Такому зверю легко уйти в гущу деревьев и удрать от тебя. Проблема в том, что они иногда подкрадываются сзади и нападают с тыла. Питаются они в основном ягодами, орехами и корой, но от мяса тоже не отказываются, знаешь ли, особенно зимой, и соответственно экипированы орудиями убийства.
Он начал доставать оружие из своей сумки и выкладывать его перед Деккеретом.
— Вот это мы возьмем с собой. Изогнутые мачете предназначены для того, чтобы прорубать дорогу сквозь подлесок. Кинжал пригодится, чтобы убить ститмоя.
— Этот? — спросил Деккерет. Он взял его и стал рассматривать. Лезвие было впечатляюще острым, но его длина не превышала шести дюймов. — Не слишком ли он короткий?
— А ты собирался применить энергобластер?
Деккерет почувствовал, что краснеет. Теперь он вспомнил, что Септах Мелайн рассказывал, как охотятся на ститмоев с ножом и мачете. В то время Деккерет не обратил на его слова особого внимания.
— Ну конечно, нет. Но с этой штукой мне придется прыгнуть прямо на спину ститмоя, чтобы прикончить его.
— Да, так и есть. В этом весь смысл охоты, чтобы подойти вплотную: большой риск ради большого приза. И еще в том, чтобы как можно меньше повредить ценный мех. Если придется выбирать между собственной
Представь себе, например, Септаха Мелайна, который рубит ститмоя своим мачете!
— У Септаха Мелайна самая быстрая реакция из всех людей на свете! Он мог бы убить ститмоя костяной зубочисткой. Но я же не Септах Мелайн.
Акбалик остался невозмутимым. Деккерет большой и сильный; Деккерет решителен; Деккерет вполне сам о себе позаботится в лесу ститмоев.
Сам Деккерет не испытывал такой уверенности. Он не напрашивался на это приключение. Это была идея Септаха Мелайна. Он с радостью согласился, там, в Замке, но тогда он не понимал до конца, что значит охотиться на ститмоев на их территории. И хотя в течение первых нескольких месяцев жизни в Замке он слышал массу увлекательных охотничьих рассказов молодых кандидатов в рыцари и очень им завидовал, сейчас он понял, что одно дело — прогуливаться по огороженным охотничьим угодьям Халанкса или Амблеморна в надежде встретить заура, онатилза или билантуна, и совсем другое — бродить по студеному северному лесу в поисках злобного ститмоя с намерением убить его крохотным кинжалом.
Но трусость не входила в число недостатков Деккерета. То, что ждало впереди, выглядело делом трудным, но, возможно, охота окажется не столь рискованной, как ему сейчас кажется, ведь воображение заставляло его предвидеть самое худшее. Поэтому он взял свои кинжал и мачете, несколько раз ожесточенно рубанул воздух для тренировки и весело сказал Акбалику, что по размышлении кинжал кажется ему вполне подходящим и он готов поохотиться на ститмоя, когда сам ститмой будет к этому готов.
Когда они спустились вслед за пятеркой охотников вниз по усеянному валунами склону и вышли на мрачную поляну, где обитали ститмой, Акбалик устроил ему еще один сюрприз: достал из сумки две тупоносые металлические трубки, сунул одну за пояс рядом с кинжалом, а вторую вручил Деккерету.
— Энергобластеры? Но вы говорили…
— Приказ лорда Престимиона. Мы должны вести себя как спортсмены, это правда, но от меня также ожидается, что я привезу тебя назад живым. Основное оружие — кинжал, а если возникнут трудности, применяй мачете, но, если окажешься в действительно сложном положении, стреляй в этого проклятого зверя из энергобластера. Способ неэлегантный, но разумный в качестве последнего средства. Разъяренный ститмой может выпустить человеку кишки тремя ударами когтей.
Чувствуя скорее стыд, чем облегчение, Деккерет сунул энергобластер в одну из петель у пояса, жалея, что нельзя убрать его подальше, чтобы местные охотники его не заметили. Они уже и так ясно дали понять, что считают Деккерета и Акбалика парой пустых самовлюбленных хлыщей, которые не могут найти себе лучшего занятия, чем отправиться в северные леса охотиться на опасных животных всего лишь ради развлечения. Едва ли они могут еще ниже пасть в глазах обитателей Граничья, если один из них вдруг вытащит энергобластер и сожжет непокорного ститмоя. Все равно Деккерет поклялся себе, что не прибегнет к этому оружию даже в качестве последнего средства. Кинжала и, при необходимости, мачете, должно хватить.
Ночью выпал снег. Хотя температура была немного выше нуля, земля побелела. Редкие, отдельные хлопья снега падали с неба. Одна снежинка упала на щеку Деккерета, вызвав легкое жжение. Это было странное ощущение. Сам снег был для него новым и очень странным явлением.
У деревьев на поляне стволы были желтые, как у тех, что встречались южнее, но их покрывали густые черно-коричневые листья, напоминающие иглы, и ветки не были голыми. Стволы и ветви этих деревьев не изгибались под странными углами, а стояли высокие и прямые, и их густые кроны сплетались далеко вверху. Внизу царил густой сумрак. С одной стороны текла речка, усеянная крупными валунами, а с другой, ближе к горе, местность резко обрывалась в глубокую долину.