Лорд Системы 11
Шрифт:
И это порождает ряд неудобств.
По идее, Спарта должна взять всю эту ораву под свой единоличный контроль и обеспечить безопасность.
Вот только… жители Вавилона оказываются против такой идеи. У них имеется своя вполне официальная Леди, которая располагается в сердце лагеря.
У них сохранились стража и гвардия. Зачем им покровительство Спарты?
Они не находились в отношениях вассала-сюзерена, Вавилон и Спарта сейчас были союзниками и партнёрами.
А союз возможен только между равными.
Короче,
А как всё хорошо начиналось…
Ворон протёр руками лицо. Мокрые волосы оказались зачесаны назад.
— Утро доброе, — послышалось справа.
Парень обернулся и встретился глазами со своим приятелем.
— И тебе не хворать, — кивнул мужчина. — Чего такая рожа довольная?
— Да как знать, как знать… — расплылся в оскале Омут.
Отчего Ворон набрал воды в ладони, сделав «лодочку», и плеснул в сторону товарища.
— Эй, за что, чтоб тебя?! — шикнул Омут, глядя на пятно у себя на рубахе.
— За то, что ходишь с рожей, так и просящей кирпича, — пожал плечами Ворон, — Рассказывай уже.
— Да чего тут рассказывать, — поморщился Омут, но тут же вернул улыбку на лицо. — Знал бы, с какой я девушкой вчера познакомился. Бестия, а не женщина.
— Избавь меня от выслушивания этих рассказов, — вздохнул Ворон и вылил остатки воды из ведра на землю.
Утренние умывания подошли к концу.
— Да ладно тебе, Ворон! — хмыкнул Омут и взял приобнял коллегу за шею, — Когда-нибудь и на твоей улице будет праздник. Вот увидишь!
— Сказал мне вчерашний девственник, — прыснул Ворон.
— Так, я же обижусь! — надул щёки Омут.
— На правду не обижаются, — впервые с момента их разговора улыбнулся Ворон.
Омуту ничего не оставалось, кроме как покачать головой.
— Ворон! — тут парня окликнул торговец, проходивший мимо. Улыбался он также во все «тридцать два».
А рядом с ним шли его супруга и брат.
— Что-то случилось, Килька? — спокойно кивнул Ворон при приближении торговца. Омут меж тем пожал руку его брату и поприветствовал супругу Кильки.
— Да просто хотел поблагодарить за спасение, — опустил голову мужчина, а вслед за ним и члены его семьи. — Если бы не ты, то нас бы, наверняка, раздавила волна бедняков. Не самая завидная участь.
— Это ещё мягко сказано, — согласился Омут.
— Также я хотел пригласить вас к одному моему знакомому. Он выбрался из Вавилона после эпидемии, — начал рассказывать Килька, — а теперь у него в Спарте стоит кафе, он присылал недавно весточку, вот я и подумал, что…
Но не успел он закончить мысль, как в двух шатрах от них начался очередной скандал.
— Стоять в столовой! Да ни в жизнь! Я не для того столько вкладывалась в свою красоту, чтобы
— Распоряжение Лорда Шурика, — пытался привести её в чувства работник, но…
Та и слушать его не желала.
— Вот именно, что Лорда Спарты! У меня есть своя Леди! И она мне ничего не приказывала! С каких это вообще пор Вавилон стал вассалом Спарты! Я о таком не слышала! — возмущалась и дальше девушка.
— Вы находитесь сейчас в лагере беженцев, а потому вам следует хотя бы отчасти компенсировать те затраты, что осуществляет на вас Спарта, — настаивал работник.
И всё также глухо.
— Вот пусть рабы и простые жители это и делают! Повторяю, я — гражданка Вавилона!
— Они уже задрали нос воротить — выругался Омут.
— Это ещё мягко сказано, — вздохнул Ворон.
— А что поделать? — пожал плечами Килька. — Некоторые ещё вчера всюду ходили с золотой ложкой в заднице. А тут, хоп, и всё их богатство вдруг пропало. У ребят просто шарики за ролики заехали, и всё.
— Надеюсь, им тут мозги вставят на место, — высказалась жена Кильки. — Мы теперь все равны.
— Или я сам это сделаю. Но куда более… грубо, — фыркнул Омут, похрустывая костяшками.
— Омут…
— Чего?
— Тебе твой язык когда-нибудь выйдет боком, — признался Ворон.
— Не знаю. Пока он меня только выручал!
— Это уже переходит все границы дозволенного! — возмущалась Сорока, которая также покинула город вместе со своим мужем.
Мэнфи поморщилась от громкости голоса подруги, но никак это не прокомментировала.
Удивительно, как быстро вокруг неё сформировался свой «двор», а именно элита из сбежавших граждан и богатых владельцев фабрик в городе, Базальт и его «Чёрная Стража», а также и сами остатки стражников.
Ещё совсем недавно она и половины игроков вокруг неё не знала, а теперь каждый называл её «Моя Леди» и старался всячески угодить ей.
Это было… нет, не в новинку, но непривычно. Ещё вчера она была всего-навсего «Сестрой Лорда», его тенью, его помощницей и сподвижницей.
Но не более того.
А сейчас… Леди Мэнфи! А что? Звучит!
Но вернёмся к носящейся из стороны в сторону Сороке. Её подруга уже пятнадцать минут как жаловалась на Спарту и её людей.
— Работать они нас заставляют! Ишь, чего удумали! — рычит женщина. — Лорд Шурик совершенно не ставит нас на один уровень! Это неприкрытое оскорбление!
— Брось, ты перебарщиваешь, — отмахивается Мэнфи. Хотя схожие мысли посещали и её.
— Ты так в это в уверена? — спросила Сорока. — Мы не спартанцы, но нам они приказывают! Мы не принадлежим Лорду Шурику, но он нами распоряжается! Что и кому делать. Куда, чего и так далее. Мы словно грязь для них и только!