Лорд
Шрифт:
Изуми, одарив меня обиженным взглядом, молча развернулась и вышла из помещения.
Отправилась в обратный путь до машины.
Мешать я ей не стал. Как уже говорил ранее, никакой опасности здесь, если не нарушать неписанных правил, нет. А нарушать она их не станет.
Мы же с наемником остались один на один. В весьма интересном положении, стоит отметить.
Доверять тот мне не спешил, продолжая,
— Ну, так что скажешь? — Вот так стоять можно было очень долго, а у меня и так полнейший цейтнот.
— Скажу, что раньше ты мне нравился гораздо больше. — Подцепив конверт плоскостью клинка, заявил собеседник. И, оторвав тот от пола, от чего кончик катаны оказался, буквально, в нескольких десятков сантиметров от моей грудной клетки, принялся с интересом рассматривать свою находку.
И от меня не укрылось, как едва заметно дернулось его левое плечо.
Старые привычки сложно побороть — это я и по себе знаю, — а уж отучиться полагаться на две руки, когда их осталось на одну меньше, и того сложнее. В этом Монго точно не позавидуешь.
— А еще, — продолжил наемник, — что во всем этом есть какой-то подвох.
И вновь сфокусировал взгляд на моем лице.
— Не больший, чем был в твоем стремление убить Рузуки. — Возвращаю любезность.
В ответ лицо убийцы прорезает косая улыбка, что, на мгновение, вновь делает его тем самым полубезумцем, который предстал передо мной в самую первую встречу.
— Эх, бро. — Монго изобразил что-то вроде смущения. — Ну, ты же знаешь, у каждого есть свои скелеты в шкафу.
«Так. Хватит».
— Цель — мужчина пятидесяти семи лет. Внешние данные, социальный статус, текущее местоположение, ранг силы — все есть в этом конверте. От тебя нужно лишь согласие.
— Он имеет какое-то отношение к благородным? — Уточняет собеседник, одновременно с этим чуть качнув клинком, будто пытаясь определить ответ по весу конверта.
— Сам он — из потомственных слуг Андо. В данный момент, господина у него нет, но могут иметься разные знакомства, как в случае с Рузуки.
— Почему ты хочешь, чтобы этим занялся именно я?
— Потому что знаю, что ты его не упустишь. — Следует абсолютно искренний отклик. — И да. Важный момент: он нужен мне живым. Что до целостности, то тут полностью на твое усмотрение.
После чего наступает тишина. И на этот раз я не стал торопить собеседника.
— Платой выступает моя рука? — Через минуту задает он еще один вопрос.
— Верно. — Киваю в ответ. — Но если
— Я и так не стану. — Вновь ухмыляется парень.
— Мне расценивать это в качестве согласия? — Произношу ритуальную фразу, несущую не доступный собеседнику подтекст.
Дело в том, что конверт, удерживаемый наемником на весу, существует только для него самого. Отсюда и все эти взвешивания и приглядывания — задатки интуита явно подсказывают ему, что что-то здесь не так.
Но кроме задатков нужно кое-что еще. Опыт, например.
С другой стороны, будь у него этот опыт, то Поле Мистерии мне и не понадобилось бы.
— Да. — Соглашается наемник, чем, неосознанно, самую малость приоткрывает путь к своему разуму.
А дальше происходит сразу несколько событий.
Конверт распадается на сотни невесомых, светящихся золотом нитей, чем привлекает внимание Монго — резко исчезнувший груз он почувствовал раньше, чем успел перевести на него взгляд. И, прежде чем эти нити успевают добраться до его головы, собеседник делает молниеносный прямой выпад.
С такого расстояния, да еще с и так направленным в мою сторону клинком, много усилий ему не потребовалось.
Катана входит в грудь по самую рукоять, проклюнувшись металлическим крылом из левой лопатки.
И, прежде чем Монго падает на пол, скрученный жесточайшей головной болью, он успевает встретиться глазами с равнодушным взглядом пронзенной им иллюзии. А через секунду поверх отключившегося убийцы падает и его излюбленное оружие, более ничем не удерживаемое в воздухе.
Я же, сделав несколько шагов к внешней стене, почти целиком состоящей из огромных ростовых стекол — прозрачных с моей стороны и затемненных со стороны улицы, — принялся ждать.
Сильно менять алгоритм атаки я не стал, только отключив некоторые блоки, что, по первоначальному замыслу, позволили бы мне начать перестройку личности Монго… не за один присест, разумеется, но во вполне проглядываемые сроки. Так что несколько минут у меня теперь есть.
Несколько минут, наполненных далеко не беззаботными мыслями.
Касуми погибла не из-за того, что ей не хватило сил. Она погибла из-за меня. И если для того, чтобы это не повторилось с близкими мне людьми, нужно решиться на дурно пахнущие шаги, то я на них решусь.
Что до Монго… ему следует быть благодарным Изуми. Ведь это именно она показала мне, что в данном случае есть и иной путь.
Через отмерянный срок от зашевелившегося парня донеслось какое-то очень забористое ругательство. Ну, это я так подумал, так как язык мне знаком не был. Да и что еще тот мог произнести в подобный момент?