Лорд
Шрифт:
Магическая искра устремилась к центру столкновения. Расширяющая по мере движения сфера истончалась, приближаясь к стене. Достигнув же своей цели и столкнувшись с брёвнами, шар окончательно потерял плотность и структуру. Магия, собранная в форму, стала оседать на всём.
Павшие демонопоклонники первыми попали под эффект чар. Содрогаясь, в знакомых мне спазмах обращения в упырей, тела шевелись повсеместно по полю боя.
Сообразившие, что происходит, что-то потенциально неприятно, защитники стали спешно разрубать тела, упуская из виду остатки низших, что карабкались по стенам,
Все мертвые восстали практически одновременно и тут же стали активно сопротивляться своему расчленению. Столкновение, казавшееся застывшее в некотором балансе взаимоуничтожения, перешло в новую фазу. Количество тупой нежити, стало неуклонно расти. Кроме восставших сразу после применения чар, умирающие враги, на кого осела кровавая пелена, не долго валялись в стороне, а сразу после смерти начинали задорно содрогаться в метаморфозах, спеша на пиршество теплой, кровавой плотью.
Организовавший этот праздник воины, Дух Крови посчитал, что одних чар маловато, или же воспылав желанием поразвлечься лично, подлетел к стене, где, вновь сменив форму, нырнул в круговерть сечи.
Способы и методы сражения старшего собрата с высоты рассмотреть нормально не удавалось, но тела демонополконников, даже в тяжёлых латах, разлетались в разные стороны подобно пробкам из бутылок. Многие из них после знакомства с землёй, срывали с себя уже бесполезные доспехи, чтобы вернуться в строй. Правда уже на стороне нападающих, в виде низшей нежити.
Ситуация с захватом стены подходила к своему логическому завершению, когда от центра селения, перепрыгивая с крыши на крышу устремилась пятёрка крылатых демонов.
Достигнув точки столкновения суккубы стали обстреливать всех подряд, не особо разбираясь по кому собственно попадают их тугие струи огня. Короткие потоки слетали с рук демонов и неслись в толпу, в основном сжигая упырей, но не редко обжигая неудачливых одержимых.
Уловив, что основная угроза лично им представляется не в толпе вспыхивающих, как спички упырей, а от Духа Крови, который даже непрерывно уклоняясь умудрился удачным броском отобранного двуручного меча зацепить одну из суккуб, срубив зазевавшейся твари крыло, хвостатые родственницы Элли сконцентрировались на нём. Раз в пять-десять секунд каждая демоница запускала струю огня, которая теперь сливалась с другими выстрелами товарок в постоянный поток, заставляя моего наёмника изображать из себя гимнаста, маневрируя в толпе и укрываясь за телами союзников и врагов.
Пусть и избежавшие до сих пор планомерного уничтожения упыри явно потеряли задор и стали проседать под мечами и топорами воинов. Скорости же восполнение их количества явно не хватало, чтобы компенсировать результаты уязвимости немёртвых тел к огню. Пятёрка не таких уж и сильных суккуб, заняв удачную позицию и обстреливая низших мимоходом, не отвлекаясь от основной забавы — попасть по вёрткому вампиру, грозила повыбивать их всех.
Ситуация изменилась вновь, когда шествовавший до этого Максимилиан с сопровождением взобрались на стену. Само восхождение на частокол выглядело не менее сюрреалистично, чем мерная, прогулочная поступь сородича. Вампиры и гуль, до этого шедшие по полю пешком, оседлали
Особенно странно смотрелся сам глава процессии. Воин с двуручным мечом за спиной, одной рукой ухватился за плиты костяной брони Мурзика, а тот используя свои когти стал взбираться по стене. Подобный способ перемещения меня слегка удивил. Стена имела едва ли больше пяти метров в высоту, и почти двухметровый в холке вурдалак с седоком на спине смотрелся крайне странно в своём восхождении.
Попутчики Макса, верхом на Извергах, смотрелись далеко не столь эпично, они покоряли преграду на каком-то расстоянии от командира. Причина разделения тройки оказалась банальной: Максимилиан намеренно отвлекал внимание защитников на себя. Оттолкнувшись от головы вурдалака-переростка, он перемахнул стену и находясь ещё в воздухе активировал свой покров.
Призрачное свечение разлилось по телу и оружию моего главнокомандующего, давая ему чрезвычайно высокое сопротивление магии, практически гарантируя неуязвимость от любых чар, проклятий или способностей магической направленности. Так, вспышки крылатых демониц при соприкосновении с пустотной пеленой просто поглощались ей без всяких спец эффектов. Игнорируя обстрел мой главнокомандующий приступил к своей прямой обязанности: нести мою волю в стан врага. Блекло светящийся меч рисовал чудную вязь росчерков обращая в тлен немногих рискнувших преградить воину путь.
Повинуясь моему желанию увидеть мастера меча в действии, Ава снизился, приближая ко мне картину боя.
Макс, действовал с той механической четкостью, которая появляется только с огромным опытом. Минимум движений, оптимальная скорость. Шаг, замах и самый кончик меча снимает голову закованного в латы орка, пренебрёгшего бармицей. Два шага и меч протыкает тело неизвестно, как выжившего ополченца в кожаных доспехах. Стряхивая трепыхающееся украшение с оружия, вампир делает полуоборот, так что атакующий со спины воин распадается на две неровные половинки. Ещё пол оборота, и кольчужная варежка перехватывает меч непосредственно за лезвие, чтобы коротким рывком загнать его остриё в прорезь шлема очередного врага.
Ни один из павших от руки Максимилиана не спешил восстать нежитью, похоже, что способность «Оружие Пустоты» поглощает как жизни врагов, так и все магические эффекты, наложенные на них.
Следующая за своим прародителем, тройка извергов догрызали остатки не выпитой ауры с павших тел. Именно, как питание Исчадий я воспринял глотательное движение над поверженным телом после которого, короткая голубоватая искра из жертвы устремлялась к зерну пустоты в клетке немёртвых рёбер и пропадала в нём.
Птенец и гуль Макса, не могли похвастаться столь завораживающей точностью движения, как наставник, но, даже так: слаженная работа пары щитоносца и ловкача приятно удивляла. Там, где бывший оруженосец ордена паладинов сталкивалась с противником, до которого не могла дотянуться своим одноручным мечом, не подставляясь под удары и выстрелы суккуб, словно чёрт из табакерки, выскакивал Арлекин и парой точных ударов в уязвимые места устранял угрозу, после чего вновь скрывался под защитой товарки.