Лотэр
Шрифт:
Иногда ей даже нравилась её новая сила. Особенно во время разборок с болтливыми валькириями.
Элли простила ему множество вещей, как только поняла, что его слова и поступки не всегда совпадали.
Он издевался над ней, называя низшим смертным существом, но в то же время
пытался сжечь себя заживо, чтобы сохранить ей жизнь - а ведь в тот момент она всё ещё была смертной.
В тот последний день, когда они были вместе, он вёл себя как тиран, высмеивая её, однако несколькими часами ранее он
Когда он сказал, что они не равны, это необязательно означало, будто он считал её глупой или бесполезной. "Провела Дораду? Я горжусь тобой, Лизавета", сказал он.
Опять-таки, в то время она была смертной...
Временами Элли снились крошечные фрагменты его воспоминаний, и она видела их последнюю ночь с его точки зрения. А иногда она ощущала что-то вроде сильной связи с ним.
Но его мысли и эмоции всегда были настолько лихорадочными, что разобраться в них такому новичку как Элли были не под силу.
Одно она знала наверняка: ей до боли недоставало его.
– Это для вампирши!
– донеслось снизу.
Элли подскочила. От Лотэра? От кого же ещё?
Не помня себя, она переместилась к толпе на первый этаж, толкаясь локтями, чтобы оказаться в центре.
По-другому с валькириями было нельзя.
Лотэр вновь её хочет? Он пытается вытащить её прямо сейчас?
– Дайте её мне!
Наконец, привычно зашипев, одна из молоденьких валькирий вернула посылку.
Упаковка элегантного свёртка была скреплена печатью, похожей на королевскую, и адресована ей от Лотэра Константина Дакиано, Правителя Дакии, Страны Крови и Тумана.
.
Элли разорвала упаковку, в предвкушении улыбнувшись всем. Откинула крышку...
Её пальцы ослабли. Коробка упала на пол, и из неё вывалилось окровавленное черное сердце.
Элли зажала рукой рот, пытаясь сдержать рвоту.
Почему он это сделал? Как...?
Толпа расступилась, пропуская суровую Кару, за которой следом шла Никс.
– Прочти записку, вампир, - приказала Кара.
Дрожащей рукой Элли подняла клочок пергамента.
Элизабет,
с моими наилучшими пожеланиями.
В моё новое сердце ты никогда не запустишь когти.
Гори в аду,
Л.
Прижав руки к груди, Никс вздохнула:
– Он прислал тебе своё сердце. Это так романтично. Куда лучше, чем шоколадные сердечки. Те застревают в клыках, знаешь ли.
– Он за тобой не придёт, - недоверчиво произнесла Кара.
В оцепенении Элли покачала головой:
– Нет, не придёт.
– Значит, рычагом влияния ты уже не являешься, - сверкнули фиалковые глаза Кары.
– Твоя полезность закончена. Никс посоветовала мне не убивать тебя. Так что ты теперь сама по себе.
– Вы меня освобождаете?
Выставляете
– А зачем мне держать тебя здесь?
Потому что мне больше некуда идти!
Жить со своей семьёй Элли не могла. Близких друзей, кроме Тэда и Карги у неё не было, а преданность этих двоих в первую очередь принадлежала Лотэру.
Элли стала вампиром...совершенно зря.
В его мире она будет совсем одна. Он даже не хочет с ней поговорить, обсудить то, что случилось, не говоря уже о том, чтобы работать над отношениями.
Он оставил её в Ллоре... одну. После того, как забрал из семьи.
И в этот момент все рациональные рассуждения о Лотэре испарились. Ублюдок!
Собираешься жить в этом мире, Элли? Значит стань жёсткой, стань грубой.
Позаботься о себе сама.
Лотэр когда-то сказал:
– Выжить в Ллоре - дорогого стоит.
Она будет такой же сумасшедшей, как и все эти уроды.
Я из Аппалачи!
Значит, она полезет сейчас в горы так, как они ещё не разу не видели!
Элли обернулась к Никс:
– Я могу тоже отправить ему посылку?
Ты отсалютовала Элли, добавив:
– Я лично об этом позабочусь.
Вне себя от ярости, Элли обратилась к Каре:
– Дай мне нож.
И то, что Кара увидела в её глазах, заставило валькирию передать ей кинжал. Элли сжала рукоять в кулаке.
Потом раздался хор шокированных голосов валькирий...
– Ой, да ладно, вампа этого не сделает - БЛИН! Она это сделала!
– Элли - моя лучшая подруга.
– Она мне нравилась ещё до того, как я с ней встретилась - ты просто ненавидишь её по сравнению с тем, как я её люблю.
– Ей больше никогда не придётся платить в клубах Ллора.
... Элли сделала собственный сердечный подарок Лотэру.
– Он сегодня в здравом уме?
– пробормотал Стелиан, переместившись в зал советов вместе с другими членами королевской семьи.
Они просили встречи с Лотэром, чтобы обсудить его новый закон.
Да, он был спокоен и стабилен удивительно часто, но только не в эту ночь.
Лотэр провёл языком по одному из клыков.
Я получил вашу оценку.
Когда-то в зале советов находился большой круглый стол, подчёркивающий равенство среди сидящих.
Тот стол он уничтожил, заменив прямоугольным, на одной из сторон которого был установлен трон. Стульев по другим сторонам не было.
А даже если Лотэр и получал какие-то протесты по поводу произведённых перестановок, всё равно по этим вопросам он ни с кем не советовался.
На самом деле он получал протесты по другим поводам. Стелиан обычно был слишком пьян, чтобы бояться Лотэра, поэтому открыто говорил всё, что было у него на уме. Мирсео казалось, что Лотэр шутит, поэтому он считал, что может острить в ответ.