Ловчие Удачи
Шрифт:
Полетела б душа на простор родной,
Если б был он…
Страх подошёл, посмотрел бы в глаза
Обернулся старухой с косой
Жизнь наша — сон, и явь наша — зла
Нам не придумать лучше ответ
И уходя, закрыв глаза,
Сказав
Они не сорвали бурю оваций, но в шляпе образовалось солидная горсть монет. Это была не самая любимая песня, однако и создавалась она в ненавистные многим из полукровок годы. К сожалению, время пока что не так сильно всё для них изменило. Эхо тех кровавых лет шло рядом насмешками и презрением чистокровных и по прежнему неумолимой ненавистью ларонийцев по ту сторону Цитадели Бормов в горах. Белые эльфы безжалостно истребляли любого полукровку, который смел пересечь их границы.
Скиера подошла и затормошила застывшего, словно изваяние, Карнажа. Тот не обратил внимания. Все вокруг пришли в движение, и снова робко пробивались ростки бесед, сметенные песней будто прошедшим ураганом. Лучница перегнулась через плечо Феникса и увидела, как между пальцев закрывавшей лицо руки горят ненавистью золотые глаза, вперившие взгляд куда-то вперед. Подобно той птице, которой был обязан прозвищем, Карнаж он не выпускал свою добычу из виду ни на секунду.
Полуэльфка заметила, как по лестнице, ведущей в комнаты постояльцев, поднимались две фигуры. Впереди шел лысый пожилой мужчина с косым застарелым шрамом, пересекшим лицо, а за ним плелся кто-то ещё, закутанный в накидку с надвинутым капюшоном.
— Ты только посмотри, и эти уже спелись, — тихо произнес каким-то не своим голосом «ловец удачи».
_________________________________________________________
*Pishogue — заклинание, тот на кого оно направлено теряет ориентацию в пространстве и видит совсем не то, что есть на самом деле.
*Grim — существа, которые селятся на церковных кладбищах. Обычно грим принимает обличье черного пса, пугает людей, воет под окнами больных, предвещая тем скорый конец. Грима можно увидеть в дождливую погоду, но встреча с ним не опасна и нанести вред человеку он не способен, только напугать.
Глава 4
«Дельный совет подскажет и на верный путь наставит…»
Хронос «Время»
— Доброго утра, господа! — громко пожелал мэтр Николаус всем тем, кто в столь ранний час сидел в общей зале гостиницы, потягивая лангвальдский чай. Этот крепкий напиток по распоряжению хозяина заваривали всем, кто желал, до полного восхода солнца, согласно старой традиции. Однако желающих оказалось немного. И, скорее всего потому, что не все были в силах оторвать свои спины от мягких постелей после вчерашней гулянки, либо потому, что не всем был по вкусу этот крепкий чай. Его подавали в сферических глиняных кружках с небольшими металлическими трубочками, через которые и пили, так как горячая жидкость находилась под толстым слоем мелко нарубленных чайных листьев.
— И вам доброго утра, гостеприимный хозяин, —
Николаус смутился. По внешности того, кто ответил на пожелание, можно было судить, что он ни кто иной, как ларонийский эльф, а их не очень-то жаловали местные. Впрочем, и сами соседи из-за гор не оставались в долгу.
Белоснежные волосы гостя спадали ниже плеч на рубаху цвета индиго с широкими рукавами, скованными у кистей резными браслетами из серебра. Тонкие, длинные пальцы, перелистывающие страницы, были затянуты в перчатки из мягкой кожи. От кружки с лангвальдским чаем поднимался густой пар, окутывающий лицо эльфа.
Ларониец прибыл далеко за полночь, но не попросил комнату, а сразу закинул камзол на скамью у окна и сел за стол, потребовав ещё свечей и чая. Это было незамедлительно исполнено. Ведь, в дополнение к солидному виду, эльф, явно дворянского сословия, бросил на стол серебряную крону столичного монетного двора.
— Пусть наш чай, взращенный прадедом, добавит вам бодрости и долголетия, — немного помявшись, добавил Николаус.
— Да-да, и вам не кашлять, любезный хозяин! Мне бы тоже добавить кипятку не помешало! — донеслось от противоположного окна. Там потягивал «фамильный» напиток Карнаж, коротавший время в компании огарка свечи, торбы, валявшейся у ног, и странной формы короткого клинка, покоящегося в ножнах у него на коленях.
Ларониец вскинул голову и с интересом посмотрел на того, кто вместе с ним тоже пил чай, а не посапывал возле остывающей кружки, как прочие. Внимательные фиолетовые глаза под тонкими белыми бровями пристально разглядывали полукровку. По тонким губам пробежала легкая усмешка.
— Вы тоже бодрствовали этой ночью? — спросил ларониец.
— Да, как видите, — сухо ответил «ловец удачи».
— Что же вас так занимало?
— То, как любят ваши соотечественники совать точеные носы в чужие дела, — невозмутимо ответил Феникс.
Начатый взаимными колкостями разговор прервала шумно распахнувшаяся дверь и лязганье лат рыцаря, с обнаженным полуторным мечом в руке.
— Хозяин! — загремел его простуженный бас. — Налей-ка пива и освобождай комнату! Нашли мы твоего постояльца. Того, что пропал этой ночью. Валяется на крыше какой-то халупы со стилетом в груди. Видно, тот, кто его пригвоздил, был изрядный выдумщик. Мало того, что затащил тело на крышу и даже оружия не вынул, так ещё обмотал рукоять кинжала тряпьем и поджег. Видать, чтоб мы быстрее нашли.
— Мастер Хронос заставляет себя ждать, и терпение у многих кончается. Что еще ожидать от сброда, кроме поножовщины в качестве способа убить время? А, заодно, сократить очередь? — со вздохом изрек белый эльф.
— Что же это делается?! — засуетился Николаус, подавая рыцарю пива. — Надеюсь, вы оградите нас от беспорядков?
— Все, что в моих силах, мэтр. Но тут воюет не простой «сброд», коим всех считают особо умные и благородные остроухие, а маги. Покойный ныне мэтр Шрам слыл изрядным выблюдком при жизни. Я много о нем слышал. Цех даже поручал добыть его голову, но чернокнижник оказался хитер, как лис, и постоянно ускользал. Хотел бы я посмотреть на того молодца, кто смог так славно его отделать. Прежде, чем добить, кто-то изрядно поломал бедолагу.