Ловчие

Калинин Никита

Вспышка меня высушила. Я потянулся к рюмке, но руки слишком дрожали.

— Да, выпейте, - девушка наполнила её до краёв.
– Это поможет. Сейчас это поможет. Ваше здоровье, - повторила она почти издевательски и отпила вина.

Перед глазами плыли воспоминания, где я, вместо того, чтобы искать родных или пытаться делать ещё что-то, стою на мосту рядом полицейскими, мокрый весь и окровавленный, и держу во рту ту самую неподкуренную сигарету. Позже сказали, что это был шок. Что такое бывает…

— Я не знаю, как я выплыл.

Я не должен был выплыть… Лёд кругом, полынья… Я переломанный весь… Лучше бы Денис… - в голове вертелось только то, что я жив незаслуженно. И что тот, кто влетел в нас на мосту, так и не найден. Я усмехнулся: - Чудо, бля… Как же…

— Чудо-чудо, - заверила Сабэль.
– Вмешательство извне.

Я посмотрел на неё. Красивая и грациозная вся. Медная львица. Кто она? Зачем ей я?

— Я хочу справедливости, - она будто читала меня, буравя огнями ржавых глаз.

— Я тоже…

— Я могу показать вам, кто в вас врезался тогда.

Сбоку кто-то громко засопел, наверное, это назойливый усач Митрич решил убрать со стола пустую бутылку. Как не вовремя! Но это был не Митрич.

— Э, хуйло!
– в лицо понесло кислятиной.
– Ты как с ледей говоришь!

Большего “рыцарь” изрыгнуть не успел - лицом к лицу встретился с томной Изабеллой, нарисованной на винной этикетке. Бутылка глухо бумкнула, но не разбилась, мужик отшатнулся и, махнув ручищами, со смачным хрюканьем сел на задницу.

Во мне бушевал зверь. Не будь я инвалидом, забил бы детину донышком бутылки! Ей-ей забил бы!..

Сабэль, казалось, сейчас загорится. Она дышала возбуждённо и пожирала меня глазами. Она была сущей дьяволицей! Улыбка её сделалась белоснежным оскалом - настолько ей вдруг понравилось то, что я вытворил.

Не в пример Митричу.

— Кость, тебе пора. Давно пора. Приходи завтра лучше, - бармен не смотрел в глаза, совал мне костыль и одновременно пытался утихомирить дружков “рыцаря”, коих почему-то нашлось с пол-бара.

— Идёмте, - Сабэль взяла меня под руку - горячая! какая же она горячая!
– и повела к стойке с верхней одеждой.
– Не оборачивайтесь. Они нам ничего не сделают. Я знаю.

Глава 2

Простуженный город кутался в снег, но ледяное дыхание Финского залива всё равно пробирало его до самого последнего фундамента. Зима в этот раз выдалась особенно холодной, и лёд, словно тот ревнивец, не оставлял Неве и метра свободы. Будь так же год назад…

— Вы бы тоже были мертвы, - весомо заявила Сабэль, высунув нос из болотного шарфа. Нет, она точно читает мои мысли!
– Удар об лёд с такой высоты не оставил бы никого из вашей семьи. А так…

— …я могу помучиться.

— Можете восстановить справедливость.

Мы шли медленно, через весь Литейный мост. Сабэль сказала, что на том берегу у неё автомобиль, и я покорно хромал рядом, хоть и зарёкся когда-то сюда приходить.

Мороз выветривал хмель как-то уж очень быстро, и где-то на половине пути я вовсе засомневался, что произошедшее в баре Митрича - правда. Никуда не девалась только сосущая пустота внутри.

Посреди моста моргала аварийкой чёрная навороченная “Тесла”. У перил курил молодящийся изо всех сил мачо с глубокими залысинами, которые старательно прятались в аккуратно выбритой голове. Не ежесекундный плевок бы, я б даже решил, что он мечтатель какой…

— Я больше не могу, Сабэль… Извините, но мне бы… передохнуть.

Я подошёл к перилам, морщась от боли. Чудилось, или это ровно то самое место, где мы… где нас…

— Чё пялишься?

Оказалось, что я и вправду в упор смотрю на моложавого здоровяка. Извинился невпопад, попытался отвернуться, но вдруг понял, что не могу! Что его лицо знакомо мне! Эти маленькие глазки под массивным лбом, подбородок-ледокол и гладкая, утянутая операциями кожа. Где я его видел?.. Рука как-то сама потянулась к отвороту его модного змеиного пиджака…

— Ты больной что ли?
– лысый был явно недружелюбен.

— Извините, моему мужу плохо… - подпорхнула Сабэль, и агрессивный мачо, сплюнув на мостовую, перемахнул через отбойник. Я не мог отвести взгляд от его змеиного пиджака даже когда он вальяжно плюхнулся в свою дорогущую “Теслу” и рванул с места, едва не задев незадачливо катившийся по своим делам минивэнчик.

— Мужу?..

— Вы его видели? Он же ненормальный! Такие вот и носятся никуда не глядя…

Это действительно было то самое место. Пару пролётов кованых бледно-зелёных перил выглядели новыми, заменёнными. Как раз в размер машины, что полетела в реку боком, преодолев отбойник самым настоящим сальто…

— Зачем мы здесь?

— Идём к машине. Я…

— Зачем мы здесь, Сабэль?
– я подхромал к ней вплотную и сполна глотнул аромата корицы - аж голова слегка закружилась.
– Вы хотели рассказать мне, кто виноват в смерти моей семьи? Ну? Что вас останавливает? Почему нельзя сделать это прямо здесь?

Она опять улыбнулась, но на этот раз таинственно-лукаво. Словно я предложил ей нечто непристойное, а она-то и непрочь особо, разве что…

— Когда придёт время, вы всё поймёте, Константин. Обещаю.

Едва мы сели в тёплый автомобиль, меня снова разморило. Мысли закружились какие-то вялые, не мои даже - слишком уж умиротворённые. И спохватился я поздно: Сабэль уже выворачивала на проезжую часть.

— Полицейских не боитесь? Права забирают и за меньшую дозу в крови.

— Не всех, - призналась она и добавила: - Не переживайте так, нас не остановят. Я знаю.

Больше я переживал за то, что понятия не имел, куда мы едем. Хотел было снова заговорить про случившееся в баре, но не успел - запело радио. Я усмехнулся и отвернулся к окну, когда понял, что именно играет.