Шрифт:
Пролог
— Не предлагай мне эти глупости! — громко заявил Алехандро Тореро, резко развернувшись к окну, за которым открывался прекрасный вид на одну из главных улиц Кордовы. — Возможно, у меня репутация злодея в некоторых кругах, однако определенной жесткости, к сожалению, требует мой бизнес. Но всему есть предел.
— Пожалуй, это дело действительно необычное, — попробовал возразить Энрико Дольче.
Алехандро вновь повернулся лицом к собеседнику и внимательно посмотрел на него. Энрико возглавлял Дольче-Энтерпрайз и был единственным
— У меня тоже есть свои правила: я не перехожу некоторые границы в своей работе.
— Ты меня не правильно понял, Алекс. Я никогда и не просил тебя о чем-то недостижимом. Ты же знаешь, Кэролин — младшая сестра моей жены. Ей недавно исполнилось двадцать два года. Все, чего я хочу, — это защитить ее.
Алехандро подозрительно прищурился.
— То есть защитить Нэнси. Это ты имел в виду?
Дольче счел за лучшее промолчать, и Алехандро презрительно хмыкнул.
— Похоже, вы оба — ты и Нэнси — недолюбливаете этого американца, Картера Скотта…
— И ты прекрасно знаешь, что есть веские основания для подобного отношения.
— Значит, таким своеобразным способом ты решил оградить жену от неприятных новостей?
Отвечать Энрико, похоже, не спешил. Он крепко сжал губы, черты его лица несколько обострились. Вокруг темных глаз образовались лучистые морщинки.
— Я знаю только одно. На этот раз Нэнси не должна потерять ребенка. В ее нынешнем положении бедняжка не вынесет плохих новостей. И будь я проклят, если допущу, чтобы с ней вновь случилась беда!
В голосе Энрико звучали и боль, и гнев, и даже некоторая беспомощность. Алехандро знал о проблемах Нэнси, женщина уже потеряла двух детей. Последний раз это произошло в прошлом году на последнем месяце беременности. Измученная горем, она с тех пор постоянно пребывала в крайне подавленном состоянии. Да что там говорить, остаться без малыша, рождения которого все так ждали! Энрико был даже вынужден взять отпуск на полгода, чтобы побыть с женой, пока та придет в себя и оправится от невосполнимой потери. Его маленькая семья поселилась на это время в провинции. Именно тогда Алехандро и принял бразды правления корпорацией в свои руки.
Энрико даже и не подозревал, что это временное отсутствие играет на руку Алехандро Тореро. Не знал он и того, что любые его действия теперь под контролем и незаметно используются приятелем, чьи позиции с каждым шагом только укрепляются, в то время как его собственные — становятся слабее.
— Мне очень повезло с тобой, — признался Энрико Дольче. — Если тебя не оказалось бы рядом в трудную для нас минуту, то мы бы с женой просто погибли.
Алехандро поморщился от этих слов. Очень были нужны ему подобные сентиментальные признания! Но все же что-то больно кольнуло внутри, у сердца… Что-то отдаленно напоминающее голос совести. Поэтому он поспешил отвернуться к окну, чтобы не выдать своих истинных эмоций. Вид неба Кордовы, синеющего в лучах жаркого солнца, подействовал на него успокаивающе.
Впервые за долгое время Алекс начал испытывать вспышки презрения к собственной персоне за то, что ввязался в историю
Да что там, временами он буквально ненавидел себя, но вынужден был скрывать глубоко в душе тайну, толкнувшую его на действия, направленные против компании Энрико. Однако теперь слишком поздно сожалеть о чем бы то ни было.
Стоя у окна, он думал о своем нелегком прошлом и ненавидел всех, кто был повинен в его страданиях. Но в то же время он не мог не сочувствовать Энрико, прекрасно понимая его тревогу за Нэнси. На какое-то мгновение у него возникло острое желание предупредить ничего не подозревающего компаньона: «Не очень-то доверяй мне, не будь таким простодушным, не разрешай ни на йоту приближаться к твоей семье».
Однако Алехандро промолчал. Он не позволил себе расслабиться, собрал волю в кулак и отогнал подступившее чувство вины, твердя, что проблемы Энрико — не его проблемы, боль Энрико — не его боль, потери Энрико — не его потери…
Алекс тяжело вздохнул. Нельзя забывать, зачем он здесь. Предстоит не простая месть, ему необходимо взять реванш. Даже более чем реванш. Ведь речь идет о жизни дорогого ему существа, о матери.
Его сердце билось размеренно и почти неслышно, так как он, наконец, успокоился. Стряхнув сомнения и воодушевившись на продолжение коварной игры, Тореро снова повернулся к своему тайному врагу. Чистое сверкающее небо осталось позади.
— Итак. Во сколько прибывает самолет?
1
Самолет прибывал ровно в пять часов вечера. Алехандро уже давно стоял у терминала так, чтобы было видно всю взлетную полосу, и курил, изредка поглядывая на фотокарточку в левой руке.
Если верить снимку, гостья должна быть очень красивой. Хотя кто знает, как она изменилась за четыре года. С фотографии улыбалась белокурая курносая девчонка, державшая за уздечку пегую лошадь. Видимо, ее сфотографировали дома, на ранчо. Ветер развивал длинные густые волосы, и она в момент съемки приподняла руку, чтобы убрать их с лица.
И вот эту пигалицу, сходящую по трапу самолета, он должен сейчас попытаться узнать. Конечно, не самое сложное из всех заданий, которые приходилось выполнять в жизни, но все же…
Вдруг девушка настолько изменилась, что образ на фотоснимке будет лишь бледным ее отражением. Или — тут он бросил погашенную сигарету в урну — она покрасила волосы… в розовый или радикальный черный цвет… Тогда ему придется применить на практике свой дедуктивный метод, который всегда помогал, и положиться на интуицию. Она обычно не подводила.
Вот уже объявили о посадке самолета. Тот самый рейс… Алехандро насторожился. Снял черные очки и стал пристально вглядываться в даль.
Не прошло и десяти минут, как по трапу стали спускаться пассажиры. Блондинку, ищи блондинку… Но тут все блондинки, подумал он разочарованно. Вот идет одна в полупрозрачной голубенькой блузке. Нет, не похожа, слишком взрослая. А вот вышла из самолета совсем девочка с модной сумкой в руке. Красный свитер под самое горлышко, бежевые брюки, туфли на высоких каблуках… Сама маленькая и хрупкая как Дюймовочка. Она ли это? Алехандро взглянул еще раз на фотографию. Сходство было очевидно. Итак, клиент прибыл.