Ловушка

Чайлд Ли

Он спустился в вестибюль по пожарной лестнице и вышел через стеклянную дверь на улицу. Затем через два квартала нырнул в кафе и обнаружил Джоди в полном одиночестве за хромированным столиком. Она читала письма Виктора Хоби, нетронутая чашка кофе стояла около ее локтя.

– Будешь пить кофе? – спросил Ричер.

Джоди положила снимки, сделанные в джунглях, поверх писем.

– Это очень серьезно, – сказала она.

Он решил, что это означает «нет», придвинул к себе чашку и осушил ее за один прием. Кофе слегка остыл и был замечательно крепким.

– Пошли, – сказала Джоди.

Она позволила ему нести свой чемоданчик и взяла его под руку, чтобы

пройти всего два квартала. На улице он вернул ей ключи, они вместе шагнули в вестибюль и молча поднялись на лифте. Джоди открыла дверь в свою квартиру и вошла первой.

– Значит, за нами охотятся люди из правительства, – сказала она.

Ричер ничего не ответил, молча скинул пиджак и оставил его на диване под копией Мондриана.

– Иначе и быть не может, – проговорила Джоди.

Он подошел к окну и чуть сдвинул жалюзи. Внутрь тут же пролился солнечный свет, и белая комната засияла.

– Мы подобрались к тайне этих лагерей, – сказала Джоди. – И правительство пытается заставить нас замолчать. ЦРУ или кто-то другой.

Ричер прошел в кухню, открыл дверцу холодильника и достал бутылку воды.

– Нам угрожает серьезная опасность, – продолжала Джоди. – Но мне кажется, что тебя это не слишком беспокоит.

Ричер пожал плечами и сделал глоток воды, которая оказалась слишком холодной. Он предпочитал воду комнатной температуры.

– Жизнь слишком коротка для беспокойства и волнений, – заявил он.

– А папа волновался. И ему стало хуже с сердцем.

– Я знаю, и мне очень жаль.

– В таком случае почему ты не относишься к этой истории серьезно? Разве ты им не поверил?

– Я поверил, – ответил Ричер. – Я поверил всему, что они мне рассказали.

– И фотография доказывает их слова. Это место явно существует.

– Я знаю, что оно существует, потому что я там был, – сказал Ричер.

Джоди удивленно уставилась на него.

– Ты там был? Когда? И каким образом?

– Не так давно, – сказал он. – И мне удалось подобраться так же близко, как этому типу Раттеру.

– Господи, Ричер, – проговорила Джоди. – И что ты собираешься сделать?

– Купить пистолет.

– Нет, нам следует обратиться в полицию. Или, возможно, в газеты. Правительство не имеет права так поступать.

– Подожди меня здесь, ладно?

– Куда ты собрался?

– За пистолетом, – повторил он. – А потом я куплю нам пиццу.

– Ради всех святых, ты не сможешь купить пистолет, по крайней мере в Нью-Йорке. Существуют законы. Тебе потребуется удостоверение личности, и разрешение, и многое другое. И в любом случае придется ждать пять дней.

– Я смогу купить пистолет в любом месте, – ответил Ричер. – Особенно в Нью-Йорке. Ты какую пиццу хочешь?

– А денег тебе хватит?

– На пиццу?

– На пистолет, – сказала она.

– Пистолет будет стоить мне меньше, чем пицца, – ответил он. – Запри за мной дверь, хорошо? И не открывай, пока не увидишь меня в глазок.

Он оставил ее посреди кухни, по пожарной лестнице спустился в вестибюль и некоторое время стоял на тротуаре, пытаясь сориентироваться. В квартале к югу находилась пиццерия, Ричер вошел внутрь и заказал большую пиццу, наполовину с анчоусами и каперсами, а другую половину – с острым перцем, и сказал, что заберет ее через полчаса. Затем перебежал на другую сторону Бродвея и направился на восток. Он достаточно бывал в Нью-Йорке, чтобы знать, что о нем рассказывают правду. В Нью-Йорке все происходит очень быстро. С точки зрения хронологии и географии. Один район сливается с другим через пару кварталов. Иногда

фасад дома выглядит как рай для представителя среднего класса, а за ним в переулке спят бродяги. Ричер знал, что через десять минут быстрым шагом он окажется на расстоянии целой вселенной от квартала дорогих квартир, в котором жила Джоди.

Он нашел то, что искал, в тенях рядом с Бруклинским мостом. Здесь переплеталось несколько грязных улочек, а на север и восток протянулось гигантское жилое здание. Несколько потрепанных, забитых всякой дрянью лавчонок и баскетбольная площадка с цепями под кольцом вместо корзины довершали картину. Здесь было жарко и шумно, в воздухе пахло дымом и сыростью. Ричер завернул за угол и остановился, прислонившись к ограждению, оставив за спиной голоса на баскетбольной площадке и наблюдая за столкновением двух совершенно разных миров. Мимо проносились машины и проходили люди, другие машины останавливались, не выключая двигателя, и люди собирались группами. Те машины, что двигались, объезжали те, что стояли, громко сигналя и резко выворачивая руль, а спешившие куда-то люди толкались, возмущались и сходили на дорогу, чтобы обойти группы, торчавшие посреди тротуара.

Иногда какая-нибудь машина останавливалась на короткое время, и к водительскому окну бросался мальчишка. Он обменивался с водителем короткими фразами, словно по мановению волшебной палочки появлялись деньги, мальчишка уносился прочь и исчезал за дверью. Однако через пару минут он выскакивал снова и бежал к машине. Водитель оглядывался по сторонам, забирал у него маленький пакетик и возвращался на дорогу, где его автомобиль, окутанный облаками выхлопных газов, под вой клаксонов вливался в общий поток. А мальчик снова принимался ждать.

Иногда обмен производили пешеходы, но схема всякий раз повторялась. Мальчишки вносили деньги в дом и выносили оттуда пакетики, потому что они были слишком маленькими, чтобы предстать перед судом. Ричер обратил внимание, что они пользуются тремя определенными дверями, расположенными вдоль фасада здания, причем центральная оказалась самой популярной. В соотношении примерно два к одному, если применить в данном случае коммерческие термины. Если считать от южного угла, это было одиннадцатое здание. Ричер повернул на восток и увидел впереди пустырь, а за ним реку. У него над головой повис мост.

Он свернул на север и вышел в узкий переулок за домами. Глядя прямо перед собой, сосчитал одиннадцать пожарных лестниц, затем опустил глаза и увидел черный седан, втиснутый в узкое пространство перед черным ходом одиннадцатого здания. На его багажнике сидел парнишка лет девятнадцати с мобильным телефоном в руке, охранял заднюю дверь – явно повышение по служебной лестнице по сравнению с его младшими братьями, которые метались между покупателями и продавцами.

Больше никого вокруг не было. Ричер шагнул в переулок. Он знал, что нужно идти быстрым шагом и смотреть далеко вперед, чтобы паренек подумал, будто у него тут совсем другие дела. Ричер демонстративно взглянул на часы, уставился чуть ли не на горизонт и почти бегом помчался к цели. Однако в последнюю минуту его глаза остановились на машине, словно он неожиданно наткнулся на препятствие и это вернуло его в настоящее. Юноша следил за ним. Ричер шагнул влево, хотя знал, что там ему не удастся пройти мимо машины, сердито затормозил и метнулся вправо с видом человека, который спешит и которому мешают, одновременно ударив паренька левой рукой по голове. Тот повалился на багажник, и Ричер ударил его еще раз, правой рукой, но не слишком сильно. Зачем отправлять его в больницу?