Шрифт:
Каридад Браво Адамс
Ложь
(перевод с испанского Вера Голубкова)
Ложь
Глава 1
Изящная пирога, длинная и узкая, словно лезвие меча, плыла вверх по реке Куяба. Под монотонные удары шести весел она медленными рывками продвигалась вперед, преодолевая быстрое течение.
– И-и, вверх!.. И-и, вверх!..
Шесть потных смуглых тел снова и снова сгибались и натужно выпрямлялись, погружая в зеленоватую воду широкие деревянные лопасти весел...
– И-и, вверх!.. И-и, вверх!.. И-и, вверх!..
Рослый, крепкий, коренастый, словно вырезанный из старого красного дерева, индеец из племени тупи подавал гребцам команды, задавая ритм... Кажется, его голос вселял в них новые силы, и невольные каторжники еще крепче налегали на весла. Их иссиня черные, узенькие, как щелки, глаза в ожидании похвалы, не отрываясь, глядели на белого человека, сидевшего в середине пироги, но тот не замечал их. Сдвинув на затылок шлем из коры пробкового дуба, он тревожным взглядом обшаривал берега реки, на которых высился неприветливый и мрачный тропический лес...
– Когда мы приплывем в эту деревню?..
– Люди споро гребут, патрон, но течение сильное.
– Я спросил тебя, когда мы приплывем?..
– Сегодня, патрон, если нас не настигнет буря.
Над нависшим над рекой лесом взору открылся длинный и узкий лоскут неба, и белый человек взглянул на него, словно задавая безмолвные вопросы черным тучам, сулящим ливень и грозу.
– Уже восьмой день, как я в пути. Восьмой день борюсь с рекой. Кажется, этому не будет конца...
– Подниматься по реке – не спускаться. Наберись терпения, патрон.
– Терпение... Терпение!
Белый человек крепко стиснул зубы, сдерживая переполнявшую его боль. Он беспокойно сжал в руке конверт, лежавший в кармане сюртука, и вновь пристально вгляделся в темно-зеленый берег.
– Ты нанял мою лодку, чтобы отвезти тебя в Порто Нуэво, я и везу тебя в Порто Нуэво, – коротко ответил индеец с ледяной невозмутимостью, свойственной его народу.
– Порто-Нуэво там?.. Это вон те соломенные лачуги, что виднеются на песчаном пляже?..
– Нет, патрон. Порто-Нуэво еще далеко, намного дальше...
– Где-то на краю света, как я погляжу!
Это и в самом деле так. На краю света стоит Порто-Нуэво, в самом сердце непроходимой сельвы, в дальнем, глухом уголке Эстадо де Матто Гроссо, что в центре Америки, в неизведанных бескрайних бразильских чащобах... Деревенька горняков, искателей золота – алчных отчаявшихся авантюристов, рискующих жизнью в неприкрытой войне с этим враждебным миром... Таким предстает глазам добравшегося сюда человека Порто-Нуэво.
– Приплыли, патрон... Вот Порто-Нуэво.
Не медля ни минуты, Деметрио де Сан Тельмо выпрыгнул из пироги на плохо скрепленные доски причала. Словно задыхаясь, он глубоко и жадно втягивает в себя липкие, влажные и теплые испарения болот, посреди которых возвышается деревня.
Деметрио
– Сколько я тебе должен?
– Как договорились, патрон, и сколько пожелаешь на водку этим парням, которые хорошо гребли.
– Получай, возьми свои деньги, а остальные для них...
– Да поможет тебе Бог, патрон.
– Надеюсь. Можешь сказать мне, где живет Рикардо Сильвейра?
– Много лет я привожу на эти пристани груз и отвожу его, патрон, но никогда не высаживаюсь в Порто Нуэво. Почему бы тебе не спросить в таверне?
Индеец снова запрыгнул в пирогу, дал знак гребцам, и лодка отплыла от берега. Деметрио протянул вперед руку, словно желая задержать гребцов, но те продолжали взмахивать веслами, так же размеренно и безразлично.
– И-и, вверх!.. И-и, вверх!.. И-и, вверх!..
Лодка уплывала все дальше вверх по реке. Гребцы во главе с индейцем продолжали свой путь, даже не взглянув на Деметрио. Сан Тельмо нахмурился – до сих пор этот загадочный и равнодушный индеец был его единственным товарищем... Деметрио повернулся и посмотрел на деревушку, с ужасом осознав свое полное одиночество. Вряд ли благородство и знатность обитают в этих разбросанных на берегу реки бараках, в двух дюжинах домишек из необожженного кирпича, сгрудившихся в центре жалкого подобия главной площади, где церковь и таверна сошлись лицом к лицу в извечном противостоянии.
– Порто-Нуэво...
Секунду поколебавшись, Деметрио направился к таверне, снова зажав в руке сложенное пополам письмо, лежащее в кармане сюртука. В этом письме брат умолял помочь ему, и теперь пальцы Сан Тельмо стискивали письмо, словно прося у него совета, что же делать.
– Кто-нибудь может сказать, где живет Рикардо Сильвейра?
Посетители таверны ошеломленно и непонимающе уставились на вошедшего. Кто-то указал ему на стоящего у стойки бара рослого, грузного и краснощекого мужчину, с лицом пропойцы, который в эту самую минуту вырывал из рук буфетчика придвинутую к нему бутылку, чтобы еще больше напиться.
– Вы можете ответить на мой вопрос, сеньор?..
– Ботель... Меня зовут Ботель. А с какой стати мне Вам отвечать? Может, Ваши поиски Рикардо не приведут Вас ни к чему хорошему.
– Если Вы знакомы с Рикардо, то прошу рассказать мне о нем. Я только что прибыл в Порто-Нуэво. Восемь дней плавания на лодке лишь для того, чтобы увидеться с ним. Индеец, который привез меня, посоветовал, чтобы я расспросил о нем в таверне.
– Минули те добрые времена, когда Рикардо делил свой виски с нами. Он пошел своей дорогой... так что спрашивайте о нем в другом краю. А до Вас нам дела нет. Какая нам разница, что привело Вас сюда.