Лучник
Шрифт:
Эран строго посмотрел на мальчишку, а потом широко улыбнулся, протянул руку и легонько щёлкнул парня по носу.
Ниари смотрел на него широко распахнутыми глазами. Как… в самом деле, как мальчишка на доброго сказочника, пообещавшего леденец и взаправдашнего коня в подарок. От щелчка он почти по-детски сморщился, даже не подумав уклониться. Как сделал бы любой воин — да что там, пожалуй, любой взрослый, а тем более человек, который целый год получал от других отнюдь не объятья. Тряхнул головой, ошалело моргая… и вдруг освобождённо рассмеялся. Искренним, облегчённым
— Уяснил, мастер! — послушно откликнулся он. И, наконец, откинулся на чудесную зелёную опору, которой до сих пор, казалось, и не замечал. По губам его медленно, неуверенно расползалась кривоватая, но определённо радостная улыбка.
— А раз уяснил, то садись есть.
Несколько мгновений он задумчиво молчал, потом нарисовал пальцами в воздухе несколько тотчас засветившихся символов. Потом сделал жест, словно раскрывает дверь и протянул в «проём» руку. Та по локоть исчезла, а когда появилась снова, то на ладони Эрана было два довольно крупных не знакомых мальчишке плода. Закрыв «дверь» и стерев символы, Эран положил «добычу» прямо в огонь.
— Через четверть свечи можно вытаскивать. Но запомни, ты этого не видел. — Эран чуть улыбнулся и подмигнул.
— Что это?.. — заворожено спросил Ниари вместо ответа, с изумлением переводя взгляд с плодов на то место, где только что светился этот странный портал, и обратно на плоды.
— Пример того, что между тем, чем что-то кажется и тем, чем оно на самом деле является, порой существует огромная разница. Очень яркий пример.
Он усмехнулся. Юноша непонимающе взглянул на него.
— Ты имеешь в виду, что то, что я видел… Это похоже на портал. Но не он?
Улыбнулся вдруг.
— И конечно, я не видел ничего!
Запрокинув голову, эльф рассмеялся.
— Недалеко отсюда есть улей с диким мёдом и несколько кустов зиморника. Пойду, наберу в дорогу, что б потом не спешить. А что я имел в виду, скоро поймёшь, — кивок на костёр.
— Я могу помочь, — не слишком уверенно предложил Ниари.
— Напомогаешься ещё, — махнул рукой Эран, прежде чем скрыться в кустах. — Продыху не будет.
Ниари проследил за ним взглядом. Потом вздохнул, вновь осторожно откинулся на живую опору. Покосился себе за спину и, воровато оглянувшись, сел боком, поджав под себя одну ногу. А затем осторожно, словно готовясь в любой момент отдёрнуть руку, пощупал тонкие веточки.
— Вот вам и сказки… — зачарованно прошептал он, невольно повторяя свои же собственные слова свечной давности.
И блаженно, словно ребёнок, дождавшийся обещанной на ночь сказки, улыбнулся.
***
Четверть свечи спустя юношу ждало ещё одно потрясение. Странные фрукты, нагревшись, начали источать настолько изумительный аромат жарящегося мяса, что Ниари сперва чуть не свалился со своего «насеста», решив, что сошёл с ума или, что более вероятно, рядом обосновался ещё какой-то путник, которого он, к собственному стыду, проморгал. А потом он просто сидел, с нетерпением сверля взглядом медленно темнеющие и покрывающиеся мелкими
Мясо в последний раз он ел две луны назад. Точнее, как мясо? Плохо прожаренный, заметно залежавшийся кусок ливера, проданный в придорожном трактире за медную монету — должно быть, из природной скаредности, помешавшей выкинуть начавшую попахивать еду. А уже через полторы свечи на сеновале у коновязи, где ему разрешила провести ночь пожалевшая путника жена трактирщика, вспыхнул пожар. Кто-то из слуг, должно быть, по невнимательности обронил уголёк из лампы, а быть может, просто некто решил свести счёты с жадным трактирщиком так не вовремя.
Как бы то ни было, рассвет Ниари встретил в придорожной канаве, избитый, в порванном плаще, но всё-таки живой. Благо, животных в тот день на коновязи не было, а от хозяйских построек огонь отделяла выложенная булыжником тропинка и дующий в сторону забора ветер. Больше заходить в поселения он не рисковал. А несколько попыток добыть себе мясо самостоятельно закончились таким постыдным провалом, что и охотиться он зарёкся.
И вот теперь он сидел, принюхиваясь ко всё усиливающемуся запаху хорошо прожаренной свиной вырезки, и с трудом сдерживался, чтобы не щипать себя за руку. То, что он не спит, Ниари понял уже давно.
Он с трудом дождался озвученной Эраном четверти свечи и, торопливо выкатив лопнувшие и истекающие соком плоды из костра на широкий плотный лист лопуха, недоверчиво склонился, разглядывая их. Плоды немного отличались по форме… И, как показалось юноше, по запаху.
Впрочем, это сейчас было меньшее, что его волновало. Торопливо выдернув из-за пояса нож, он разрезал ближайший фрукт пополам. Внутри он оказался ещё больше похож на жирную свиную вырезку, хотя и имел отчётливо зеленоватый, с коричневым отливом, оттенок. Но запах…
Не в силах больше терпеть, Ниари, обжигаясь, впился зубами в нежную мякоть. Вкус соответствовал тоже. Мелкие отличия можно было вообще не замечать — в конце концов, мало ли существует специй? Оголодавшему за несколько лун жизни на грибах, ягодах и кореньях здоровому парню этот диковинный плод показался настоящей пищей богов.
Стоит ли говорить, что он с трудом удержался от того, чтобы не проглотить не только свою порцию, но и долю Эрана?
Зато к моменту возвращения странника он успел не только заварить в котелке собранных в ближайших кустах листьев малины пополам с поздними ягодами, но и развесить сушиться над костром целую гроздь крупных опят.
Чувство собственной никчёмности потихоньку отступало.
Эран вернулся с обещанныммёдом, ягодами и ещё какими-то местными фруктами. Половину «груза» он упаковал в свою сумку, а половину протянул парню.
— На случай, если придётся временно разделиться. Пока не планирую, но мало ли.
Заметив перемены в маленьком лагере, эльф улыбнулся.
— Так-то лучше, а то ходил как на погребальной дороге.
Заметив, что один из мясных плодов не тронут, Эран чуть приподнял бровь, а потом, словно догадавшись о чём-то, усмехнулся.