Шрифт:
Ангел медленно шел по улице, вглядываясь в напряженные, усталые, хмурые лица. Он искал хоть кого-нибудь, у кого была бы настоящая, красивая, хрустальная мечта.
Люди тащили множество пакетов – с продуктами, подарками, игрушками и бутылками. Под ногами хлюпало и расползалось месиво из снега и грязи.
Ангел
– Люди! – хотелось крикнуть Ангелу. – Ведь сегодня ночью ваш праздник! Вы сами себе его придумали! Почему же вы грустите?
Те, для кого настоящим зимним праздником было Рождество Христово, сейчас сидели дома или стояли на службе в церкви. В разгаре суровый рождественский пост.
Но Ангел понимал, что и неверующим людям хочется новогодней сказки, поэтому без устали вглядывался в лица и осторожно слушал мысли.
Он остановился у входа в метро. Неуклюжий, в толстой дубленке, с красным и потным лицом мужик, старался протиснуться в двери с большой, перевязанной веревкой, елкой. В руках у него была целая куча пакетов и свертков. Протиснуться в двери никак не удавалось, он то и дело что-нибудь ронял. Ангел осторожно заглянул в мысли к толстяку.
«Проклятая эта елка… Вот еще не хватало шампанское разбить… И Дед Мороз скоро придет, чтоб ему… Зачем заказывали, дети большие уже… Все вранье, все… В этом году хоть тресну, а тойоту себе куплю, и пусть как хотят…»
Ангел отвернулся и слушать перестал. Присмотрелся к молодой девушке, с ясными, сияющими глазами и румяными щечками. Прислушался…
«Дурацкая погода какая, все сапоги испорчу… А этот кретин все равно не подарит мне новый телефон… И зачем он мне вообще нужен?… Вот бы на Канары сейчас…
Ангел вздохнул и переключил свое внимание на веснушчатого пацана лет восьми. Может, хоть у него есть настоящая мечта, которую можно исполнить?
Мальчишка тащился за родителями, нагруженными сумками, и мысли его были мерзкие и гадкие. Но Ангел все-таки постарался найти в них хоть что-нибудь детское и радостное… Хоть что-нибудь, похожее на зимнюю сказку…
«Деда Мороза они мне заказали… Больно надо. Придет пьяный дядька с толстой Снегурочкой, подарят мне конструктор. А я его уже давно нашел в мамином шкафу. А на что мне этот конструктор? Мне ноутбук нужен. У всех в классе есть, я один, как дурак… А еще и радоваться придется… Хоть бы машину купили, нищие, прям стыдно…» – тут мальчишка скривился, как от зубной боли…
А Ангел понял, что Новый Год – это суета и разочарование. И напрасно он ищет кого-нибудь, кто верил бы в сказки…
***
На улице было достаточно тепло, но я все-таки очень замерзла. Наверное, от голода. Живот прилип к спине, я толком не ела уже несколько дней.
Душа болела от того, что я никому, совсем никому не нужна. И если я сейчас умру, никто даже не заметит.
Я огляделась по сторонам. Заметила возле мусорных контейнеров какую-то дощечку. Взяла ее и утащила к трамвайной остановке. Положила между остановкой и каким-то ларьком и уселась на нее. Сжалась в комочек, прячась от стылого, со злыми колючими крупинками снега, ветра. Вроде немного согрелась.
Поесть бы. Хоть чего-нибудь! И как же грустно быть одной! Без дома, без родных, и совсем-совсем без друзей… Вот бы мне хоть кого-нибудь, кто стал бы моим другом.
Конец ознакомительного фрагмента.