Луидор

Бриньон Луи

— Более чем, дитя моё. Скажу больше. У тебя просто нет другого выхода.

— Выход всегда есть! — графиня не теряла самообладание. Она обвела всех непокорным взглядом и коротко добавила: — Этому не бывать.

— Вы уверены, графиня? — человек в красном плаще приблизился к ней и медленно стянул со своего лица маску.

Графиня вскричал, и отшатнулась назад, увидев лицо своего похитителя. Это был не кто иной, как герцог Орлеанский, родной брат короля Франции.

— Не передумали, графиня? — злорадно усмехаясь, поинтересовался принц.

— Нет! —

прошептала графиня, отступая назад. — Вам не удастся принудить меня к браку!

— Вы слышите, матушка? — принц обернулся в сторону женщин.

— Матушка? — графиня почувствовала, как в её душу закрадывается холодный ужас. Она пятилась назад до тех пор, пока не уперлась спиной в стену.

Мария Медичи медленно сняла маску, открывая взорам морщинистое лицо с пронзительным взглядом, и так же медленно кивнула спутнику своего сына. Тот незамедлительно занял место перед священником. После этого, она повелительным жестом указала графине на место рядом с ним. Та лишь не мигая смотрела на неё, но с места не двинулась. Лицо королевы матери исказила злость.

Она направилась в сторону графини. С каждым шагом королевы, графиня бледнела всё больше.

Достигнув её, Мария Медичи, склонилась и зловещим голосом прошептала:

— Знаешь почему умерла твоя мать? Она не пожелала меня слушать. Она была готова на всё, лишь бы защитить тебя. Ты можешь разделить участь своей матери, если ослушаешься меня.

— Боже, вы…её убили, — прошептала побелевшими губами, графиня де Брильи.

— У нас нет времени. Ты должна принять решение. Отпустить тебя мы не можем. Думаю, ты и сама это понимаешь не хуже нас. Либо смерть, либо замужество. Выбирай.

Мария Медичи вернулась на прежнее место, оставив графиню в глубочайшем отчаянии. Она понимала безвыходность своего положения. Она знала, на что способна Мария Медичи. А её слова…

они были столь ужасны, что причинили графине боль сравнимую с той, которую она чувствовала после потери матушки. Что она могла ответить. Если ей уготовили участь гораздо худшую, гораздо зловещую? И как она могла принять слова человека, чьи руки были в крови матушки?

— Вот и настал конец. Пусть Господь будет вам судьёй, — прошептала графиня, устремляя взор полный невыразимой печали в сторону своих палачей, — я же отдаю себя в его руки…

Сложив молитвенно руки, она подняла взор кверху и…застыла, забыв на мгновение обо всём что происходило вокруг неё. Причина…заключалось в…Луидоре. Он стоял на балконе, с внутренней стороны примыкающим к часовне, и сверху наблюдал за происходящим. Взгляд графини упёрся прямиком в его глаза отливавшие озорством. От них исходило такая уверенность…такая жизненная сила, что ей на мгновение показалось, будто господь ниспослал ангела дабы избавить её от мучительной пытки. Она уверилась в этой мысли, когда он спрыгнул вниз и с презрением произнёс:

— Какая мерзость! И меня ещё называют разбойником. Да по сравнению с вами…даже сравнивать не желаю…

Его

появление вначале внесло смятение, но тут же обернулось коротким, но кровопролитным сражением. Графиня каждый вздрагивала, когда острие шпаги оказывалась в непосредственной близости от его тела. Но этому удивительному созданию удавалось с такой лёгкостью ускользать от смертельных ударов, что ей оставалось лишь поражаться и наблюдать за ним горящими глазами.

Когда рухнул третий противник, поражённый в грудь, графиня Де Брильи, нашла в себе силы, и попыталась предостеречь Луидора:

— Остановитесь. Перед вами, принц!

Однако её слова немного запоздали. Луидор успел хватить его высочество светильником по голове, отчего тот рухнул на пол, не издавая ни звука.

Графиня, закричала что было силы:

— Что вы сделали? Это ведь принц…они вас казнят…а это королева, она не оставит вас в живых, а…

Луидор устремил удивлённый взгляд на Марию Медичи.

— Так вы и вправду королева? А этот… — он указал кончиком окровавленной шпаги на неподвижное тело принца, — ваш сын?

В ответ полное молчание. Королева мать не издавала ни звука. Она выглядела совершенно потрясённой и не сводила с Луидора немигающего взгляда.

— Чёрт, — пробормотал под нос, Луидор не дождавшись ответа, — мне всего лишь немного не повезло, чтобы осуществить свою мечту. Ну да ладно. Брат короля тоже неплохо. К тому же у меня ещё всё впереди. Надеюсь, ваше величество не станет возражать. Не зря же я сюда пришёл. Кстати будет сказано. Вы можете добавить и это к общему счёту, — выговаривая эти слова, Луидор, к ужасу всех трёх женщин, выдвинулся слегка вперёд и нанёс быстрый удар по телу принца.

— На помощь! Принца убивают! — кричал один из тех кого он ранил. Истекая сам кровью, он пытался спасти своего господина. Но всё оказалось совсем не так как казалось.

— Всего лишь грабят! — поправил, Луидор. Он ловко поддел кончиком шпаги туго набитый кошелёк, и подкинув в воздух, поймал и спрятал в карман. Предыдущий удар, всего лишь срезал верёвку, которой был привязан к поясу кошелёк. — Кстати сказать. Я никогда не скрываю своего имени и всегда готов платить по счетам. С вашего позволения, моё имя…Луидор. На этом и попрощаемся.

Надеюсь, в следующий раз вам повезёт больше. Позвольте…

Он не успел договорить. Графиня, неожиданно ринулась с места и схватив его за руку, буквально поволокла к выходу. При этом, она беспрестанно повторяла:

— Безумец! Безумец! Вы не понимаете, каким могущественным людям бросили вызов. Не понимаете.

Я постараюсь вам помочь. Постараюсь. Вы спасли меня. Спасли мою жизнь. Но я даже не знаю, хорошо ли это. Они, не оставят меня в покое. Мы в ловушке. Они не успокоятся до той поры, пока не убьют нас. Счастье, если нам удастся вообще живыми выбраться из Лувра. Они знают десятки потайных ходов. Прежде чем, мы пройдём этот страшный коридор, вся стража будет на ногах.