Луна-парк
Шрифт:
Но улыбка тут же угасла, едва в памяти всплыла старуха, и то, как она прикасалась к нему.
Вот всегда так: с ними по-человечески, а они…
Вечно Глория их защищает… Надо непременно познакомить ее с этой ведьмой-кукловодом.
Они тоже люди, Дэйв.
Тогда зачем они так себя ведут?
«Отлично, – мелькнуло в голове у Дэйва, – я спорю с Глорией, а ее здесь даже нет».
Эх, ей бы хоть половину мозгов Джоан…
Мечтать не вредно.
Вытерев руки, он вышел на солнечный свет. Джоан сидела за круглым столиком
– На убой меня кормишь? – спросил он.
– Нельзя же вечно сидеть на одном творожке и бобовых стручках.
– Видела бы ты, что она приготовила мне вчера.
– Аппетит мне хочешь испортить? – спросила Джоан. Она надорвала зубами пластиковый пакетик и выдавила горчицу в хот-дог.
Посмотрев на нее, Дэйв снял бумажную обертку с одного из хот-догов и надкусил его, чувствуя, как хрустит поджаристое кукурузное тесто. Кожица на сосиске лопнула, брызнув в рот горячим соком. Дэйв блаженно вздохнул.
– Вот это еда, – сказал он.
– Так какой же кулинарный изыск приготовила тебе вчера Глория?
– Какую-то ерунду в горшочке.
– Что?
– Овощи какие-то.
– Но ты хоть примерно понял, что это было? – Она с улыбкой откусила приличный кусок хот-дога, на верхней губе остался желтый след горчицы. Так она и жевала, с горчицей на губах.
– Более-менее, – сказал Дэйв. – По крайней мере основной состав: водяные каштаны, побеги бамбука, грибы, горох. И много-много соевого соуса.
– Ладно хоть грибы. Не так уж и плохо. – Она вытерла горчицу с губ. – А соевый соус очень даже ничего со стейком.
– Умоляю, не надо о стейках.
– Похоже, она пытается сделать из тебя мальчика-рикшу.
– Таким образом мой организм «очищается».
– А я ела во-о-от такенный гамбургер. – Джоан растопырила большой и указательный пальцы, показывая его объем. – Не возражаешь, если я полью картошку кетчупом?
– Я думал, ты купила ее для меня.
– Для нас. – Она вскрыла зубами пакетик, выдавила кетчуп на картошку и отправила в рот несколько ломтиков.
– А ведь все это скажется на твоих бедрах.
– Ага, это ведь у тебя прекрасные ноги, – бросила она и отправила в рот еще одну порцию картошки.
Спасибочки, напомнила, подумал Дэйв, и в памяти тут же возник образ скользящего по бедру носка.
– Думаешь, прошлой ночью троллеры снова нанесли удар? – спросила Джоан.
– Мне показалось, что та бабка пыталась на это намекнуть.
– Енох надкусил сосиску? Да уж, звучит зловеще. Узнаю подлую руку троллеров.
– Шутки в сторону, – сказал Дэйв. – Кто знает, что она имела в виду.
– Ну, обычно, когда говорят, что кто-то надкусил сосиску, это значит, что кто-то надкусил сосиску.
– Логично.
– Ладно, если серьезно, то лично я до сих
– Не так уж и далеко. Посмотри только, как все происходит. Сначала они просто отлавливали бомжей и выгоняли из города, а со временем стали действовать жестче.
– Да и шуточки у них стали более жестокими, – признала Джоан.
– Все чаще доходит до побоев. Рано или поздно и до убийства дойдет. Если уже не дошло. Кто сказал, что они на это не способны? Учитывая, как эти бродяги появляются и исчезают, детишки вполне могут мочить их направо и налево. Никто и не заподозрит, пока тела не найдут.
– Не думаю, что дело зашло так далеко, – возразила Джоан, глядя в свой стакан с колой и помешивая ее соломинкой. – Несколько дней назад они подвесили того урода на фонарном столбе. Сомневаюсь, что они пошли бы на это, если бы на самом деле убивали троллей и уничтожали тела. Мне кажется, им просто нравится мучить и унижать их.
– Тот парень вполне мог стать первой жертвой, а дальше убийства встали бы на поток.
– Детишки наверняка местные, – заметила Джоан. – Только им могут быть известны лазейки в парк, когда он закрыт. Они просто хотели напугать бомжа до усеру.
– Может, с этим Енохом они как раз и перестарались.
– А может, старая кликуша просто запудрила тебе мозги.
– Надо бы расспросить об этом кого-нибудь еще.
– О, блестящая идея, – сморщила нос Джоан. – Провести остаток дня, общаясь с бомжатиной.
– Многие из них наверняка знают того парня. Почему бы не задать им несколько вопросов?
– Только для этого нам потребуется переводчик. Знаешь кого-нибудь, кто умел бы говорить по-бомжацки?
По лицу Дэйва скользнула улыбка:
– Где твоя человечность, напарница?
– Приберегаю для человеков, кои изредка все же попадаются. – Она взяла пакетик с картошкой фри. – Понимаешь, о чем я?
– Мне почти не попадались.
Она поднесла пакетик с картошкой к его носу:
– На, возьми хоть одну, здоровяк. Она к чертям вышибет из тебя проклятые ростки бамбука.
Когда с едой было покончено, Джоан собрала все обертки и картонные стаканчики и отнесла их в мусорное ведро. На ее ногах остались красные отметины от стула. Видимо, картошка фри все-таки добралась до ее бедер, подумал Дэйв, никакого вреда, уж конечно.
Впрочем, если поставить ее рядышком с Глорией, получится реклама той самой «отравы», которой Глория тщательно избегала (чем несказанно гордилась). Джоан была выше Глории примерно на фут, имела довольно объемистые формы и мускулатуру там, где у Глории были кожа да кости. Там, где Джоан была округлой, Глория была прямой, как доска. Кожа Джоан сияла здоровьем; кожа Глории была бледной и нездоровой. Джоан излучала силу и уверенность в себе; рядом с ней Глория казалась бледной немочью.