Лунные грезы
Шрифт:
Гай вымученно улыбнулся, пытаясь поймать девушку за руку:
– О чем вы? На мне нет никакой маски.
– Неужели? Вы уверены?
Она ловко схватила бокал шампанского с подноса у пробегавшего мимо официанта. Глаза блеснули, как два черных алмаза. Гай увидел, что Бланш подает ему отчаянные знаки, и постарался как можно незаметнее оттеснить Корри в тень колонны. Но даже в полутьме ее драгоценности переливались и сверкали. Гай не мог отвести взгляда от ее обнаженной шеи, точеных плеч, глубокого декольте, приоткрывавшего груди.
– Это
– А если да, вы любили бы меня? – издевательски бросила девушка.
Ярость лесным пожаром охватила Гая.
– Что вы знаете о любви? – Он так сильно стиснул ее запястье, что на золотистой коже остались белые отпечатки пальцев. – Не забывайте, мне хорошо известно ваше прошлое!
– Возможно, я куда меньше вас знаю о любви… – Она многозначительно помолчала, придерживая рукой маску. – …Зато готова поучиться. Как насчет вас?
И пугающе, быстрым движением скинула маску. Гай онемел. Оркестр начал новую пьесу, «Приглашение к танцу» Глюка, но он, не слушая музыку, разглядывал лицо девушки, точно видел его впервые. Почему он никогда не замечал раньше? Она прекрасна. Кожа цвета спелой пшеницы в обрамлении отливающих синевой черных волос, огромные фиолетовые глаза под тяжелыми веками, рот с чуть раздвоенной нижней губой, словно созданный для смеха и песен. Она сияла, будто только что отчеканенная монета, такая же совершенная и чудесная, как яркий летний день. И напоминала о вещах, которые Гай считал давно забытыми, навек ушедшими детскими радостями: запахе свежескошенного сена, вкусе талой воды, яблоке, сорванном с дерева… Кто она, ведьма, богиня плодородия, куртизанка?
Нет, эти эмоции совершенно неуместны, и ему, как никому из присутствующих, следует об этом знать!
– Потанцуйте со мной!
Она воспользовалась его молчанием и подступила ближе, протягивая руки. Он поспешно отстранился.
– Ни в коем случае! Ни со мной, ни с кем-то другим.
– Почему нет? – улыбнулась Корри. – Ревнуете?
И прежде чем Гай успел остановить девушку, она ускользнула, ловко и бесшумно, подобно ужу в траве, и оказалась в толпе танцующих. Мгновение спустя Корри уже кружилась в объятиях какого-то гостя: голова самозабвенно откинута назад, глаза полуприкрыты.
– Корри! – разъяренно вскрикнул Гай, едва сдержав неукротимое бешенство.
– Попробуйте поймать меня! – смеясь, откликнулась она.
Он беспомощно смотрел на нее. Музыканты играли быструю польку, и любая попытка остановить Корри вызовет скандал. Ее перехватил другой партнер, третий, кажется, недостатка в поклонниках она не испытывала. Гай накалялся все сильнее.
Еще несколько тактов – и она оказалась совсем близко.
– Потанцуйте со мной!
Музыка заглушала ее голос, но смысл слов был обескураживающе ясен.
– Нет.
Корри пожала плечами и тотчас же очутилась в самой середине зала,
– Я испортила вам вечер, надеюсь? – крикнула она, проплывая мимо.
– Да.
– Прекрасно.
Партнер непонимающе поднял брови, хотя по его лицу было ясно, что он безнадежно очарован. Гай мрачно стоял на месте, прикидывая, когда она снова окажется поблизости.
– Вы никогда не простите меня, верно?
– Никогда.
– Я рада.
Корри снова отдалась танцу, понимая, однако, что почти не обращает внимания на мужчину, с которым танцует. Перед глазами стоял Гай. Для него она устроила сегодняшнее представление. Она все время косилась в ту сторону, где он стоял, стараясь не упускать из виду потемневшее от гнева неулыбающееся лицо. Наконец-то Корри заставила его заметить ее! Но одному Богу известно, что произойдет, когда танец кончится. Она оседлала тигра, и теперь вряд ли удастся так грациозно соскочить с него: последствия непредсказуемы. Но ей все равно. Голова шла кругом от подмывающе задорного ритма и выпитого шампанского, но сердце было наполнено злорадным торжеством. Да, месть слаще любого шоколада…
Она переходила от одного партнера к другому, все острее сознавая присутствие Гая, ощущая на себе его взгляд. Лицо казалось вежливой маской, но глаза обжигали раскаленным железом. Он не замечал ни гостей, ни невесты. Только ее, Корри. Хотя бы раз в жизни она целиком завладела его вниманием!
Музыка неожиданно стихла. Корри покачнулась и едва не упала. Партнер умолял ее об очередном танце, но она не слушала его. Перед ней возник Гай и, полуобняв за талию, прошипел:
– Довольно. Вы добились всего, чего хотели. Теперь пора уходить.
– Но я не желаю.
– Неужели? – язвительно осведомился он.
– Нет. Хочу танцевать еще. С вами.
– Ладно же!
Он нагнулся и без видимого усилия подхватил Корри на руки.
– Если не собираетесь уйти по собственной воле, придется вас унести.
Девушка была так поражена, что сначала даже не шевельнулась, но тут же принялась брыкаться и вырываться.
– Немедленно поставьте меня на пол!
– Дорогая Корри, я с самой первой встречи пытаюсь поставить вас если не на пол, то хотя бы на место, но, к сожалению, безуспешно.
Корри начала бить в его грудь кулачками. Бесполезно. Он сжимал ее железной хваткой. В толпе раздались смешки, иронические выкрики. Сообразив, в какое унизительное положение он ее поставил, Корри перестала вырываться. Гай с подозрением уставился на нее.
– Не волнуйтесь, я уйду, – объявила она, гордо вскинув голову. – Так или иначе, самое интересное уже кончилось.
Гай бесцеремонно оттолкнул ее.
– И что же такого интересного произошло, о великая пророчица?
Она с восторгом отметила, с каким трудом он сохраняет обычный вежливо-иронический тон, и, безмятежно улыбнувшись, пояснила: