Лунные грезы
Шрифт:
Стараясь не шуметь, Бен осторожно двинулся вперед.
Десса шла в полумраке рощи вслед за Селией, внимательно смотря себе под ноги. Она уже дважды чуть не упала, споткнувшись о торчащие повсюду узловатые сосновые корни. Время от времени она поднимала глаза, чтобы не потерять из виду индианку, бесшумно и ловко скользившую вперед, как тень. Когда девушка в очередной раз решила посмотреть на свою провожатую, вместо гибкой спины Селии ее глаза уперлись в широкую
Десса наверняка бы вскрикнула, если бы ладонь Бена вовремя не закрыла ей рот.
– Ш-ш-ш! Тихо! Если поднимется шум, мне конец.
– Бен? Что ты здесь делаешь?
– Что ты здесь делаешь? Я же сказал тебе не ездить никуда одной.
– Но здесь мой брат, Бен! Митчел жив, и он здесь! Как же я могла не поехать к нему?
Она была счастлива, и он не мог больше на нее злиться.
– Я очень боялся за тебя, дорогая.
– Я знаю, Бен, но я не могла поступить иначе… Ладно, раз ты здесь, пойдем, я познакомлю тебя с Митчелом.
Он удержал ее за руку:
– Постой… Ты знаешь, кто он?
– Я не понимаю тебя, Бен. Конечно, знаю – он мой брат!
– А заодно и Янк, преступник, которого ищут по всей стране с самого конца войны.
– Не суди его строго, Бен, так распорядилась жизнь. Кроме того, кем бы он ни был, он все равно остается моим братом.
– Пусть будет так. Но знай: ему грозит серьезная опасность, а вместе с ним – и нам с тобой. Зреет бунт, и скоро это отребье постарается избавиться от своего главаря. Нам надо уходить…
Раздался звук шагов, и оба обернулись.
Это была Селия:
– Десса, где ты? Что случилось?
– Нам надо уходить, – повторил Бен и потянул ее за руку.
– Я здесь, сейчас приду! – громко отозвалась Десса и уже тише добавила: – Нет, Бен, я остаюсь.
– Но, Десса…
Она вырвала руку.
– Уходи, если хочешь. Я остаюсь.
Десса повернулась к нему спиной и поспешила на зов Селии.
Бен вздохнул и последовал за ней.
Появление Бена в лагере вызвало настоящий переполох. В лагерь незаметно проник посторонний! Все были страшно возбуждены, и Греди не замедлил этим воспользоваться. Он забрался на большой валун посреди лагеря и заорал:
– Эй, откройте ваши уши! Даже стадо баранов охраняют лучше! За кого же он нас держит? Янк устал, ему на все наплевать. Он не понимает, что нельзя уже жить как раньше, грабя одни дилижансы. Пора браться за города, в которых есть банки и хорошая жратва! А потом, собравшись с силами, и за поезда!
Публика загудела, раздались одобрительные возгласы.
На камень поменьше вспрыгнул загорелый рыжеволосый парень.
– Не будьте дураками, не слушайте его! – крикнул он. – Нас там перестреляют, как кроликов. Я за Янка! Он с нами долгие годы и всегда думал о нас…
– Точно! –
– Коди всегда был ослом! – рявкнул Греди. – Он даже помочиться не мог, не облив при этом свои башмаки. Так ему и надо! Но если мы пойдем за Янком, нас ждет голод. Придет зима, и все мы сдохнем! А если нас не прикончат голод и холод, то добьют люди шерифа. Сначала женщина Янка привозит сюда его сестру, а вслед за ней является еще один чужак. Сам! Незаметно! Под носом у кучи дозорных! Разве раньше такое бывало? Нет! Вот я и говорю…
Бен, Десса и Селия держались подальше от возбужденной толпы; Митчел велел Бену оставить винчестер в шатре, и теперь он был безоружен.
– Я говорила ему, надо уходить, – сказала Селия. – Он останется здесь, пока его не убьют. Его время прошло. Все те, с кем он начинал, или убиты, или ушли. Это новые, они другие. Десса, скажи ему, что надо уходить. Тебя он послушает.
Когда девушка вошла в шатер, Митчел сидел на полу и чистил длинноствольный карабин. Бен остался снаружи наблюдать за происходящим.
– Послушай, брат, – осторожно начала Десса, – не пора ли тебе вернуться домой? Ты же помнишь наш замечательный загородный дом, где нам так было хорошо в детстве…
– Не утруждай себя напрасными уговорами, Десса, – ответил он, энергично работая шомполом. – Это невозможно.
– Не понимаю, почему.
– Меня арестуют прежде, чем я слезу с лошади.
– Но за что? За какие грехи?
Он открыл замок и посмотрел сквозь дуло на вход в шатер.
– Я нарушил закон. Вернее, нарушал законы. Долго, из года в год. И обратной дороги у меня нет.
– И ты… убивал? – с трудом выговорила Десса.
– На войне все убивают, сестренка. На то она и война.
– Ты же знаешь, я о другом… о том, что было после войны.
Митчел горько рассмеялся:
– А какая разница? Убийство есть убийство, как на него ни взглянуть. Меня научили убивать, так почему же я должен остановиться?
– Ох, Митчел, – горестно вздохнула Десса, вспоминая, как относился к убийствам Бен, который тоже прошел войну, и не только войну… – И что ты намерен делать?
Митчел усмехнулся и принялся выразительно набивать магазин патронами.
Десса прикусила губу. Надо было что-то срочно придумать.
– Ладно, поступай как знаешь, – неожиданно спокойно сказала она. – Но подумай вот о чем: с минуты на минуту начнется стрельба. Тебя могут убить, и ты это знаешь. А что будет со мной?
– У тебя есть Бен Пул.
– Да, – твердо ответила она. – У меня есть Бен. Но у меня есть и брат, который позвал меня сюда, а теперь решил бросить на произвол судьбы.