Львы Эльдорадо
Шрифт:
– Да, это случилось сразу после того приема. Мой отец настаивал, чтобы я вышла за Йохансена из Бюро пластических материалов. Я отказалась, поссорилась с ним и ушла из дома. Старые друзья по университету нашли мне место в «Межпланетнике».
– И эта газетенка сразу же заказывает вам большой репортаж, чтобы вас выдвинуть? Прекрасное начало. Хм, совсем неплохо иметь друзей по университету! Правда, они отправили вас на грузовом корабле… Кстати, полиция получила особым кодом секретное предписание охранять вас и оберегать любыми средствами! Похоже, вы еще дороги вашему
– Я его дочь.
– Правда, это предписание немного опоздало…
– А вы откуда знаете?
– У меня свои источники, хороший приемник и хороший друг, некто Сташинек - великолепный дешифровщик… Итак, какое у вас ко мне дело?
– Я хотела бы написать репортаж о туземцах этой планеты. Мне сказали, что помочь мне можете только вы.
– Да, это так. Только захочу ли я? Какая мне от этого выгода? И прежде всего, действительно ли вы журналистка, или явились шпионить по приказу вашего отца?
– Вот мое удостоверение.
– Хм, полагаю, даже для папаши Гендерсона с его влиянием было бы нелегко всунуть вас в лигу журналистов против их воли… к тому же после того, как вы с ним поцапались, по вашим словам. Хорошо, предположим, что вы не врете. Как вы намереваетесь осуществить свой проект?
– Не могла бы я отправиться с вами в одну из ваших экспедиций?
– А что станет с вашей репутацией после того, как вы проведете наедине со мной полгода в лесах и саванне?
– Может быть, взять с собой кого-нибудь еще?
– Кого? Сташинеку нужен отдых. А я отправлюсь через четыре дня… Да, вот так-то. Я, конечно, могу попросить кого-нибудь из ММБ. Они давно уже пристают, чтобы я захватил одного из их желторотиков в бассейн Ируандики. Но это меня задержит, я потеряю время, а я полагаю, что мое время стоит дорого. Какой мне от этого толк?
– Я могу заплатить…
– Сколько же даст ваша газетенка?
– Тысячу стелларов.
– Слишком мало.
– Мало? Это же двадцать пять тысяч долларов! С такой суммой я сама могу организовать экспедицию и…
– И не пройдете дальше водопадов Инанги, если вообще до них доберетесь! Там на пути есть несколько не очень-то покладистых племен, не говоря уже о зверье, растениях и климате. Полторы тысячи стелларов, и я согласен.
– А я-то думала, что вы богаты!
– Я и в самом деле богат. Разумеется, не так, как ваш папа, но достаточно. Однако у меня есть профессия. И если я начну оказывать услуги по дешевке…
– По дешевке! Тысяча стелларов!
– По дешевке для меня, мисс.
– Вы, наверное, метис, не правда ли? Какая кровь в вас течет, армянская?
– Китайская. А также полинезийская, откуда мое имя, и кровь индейцев кри. И китайцу трудно удержать индейца кри, маори и частицу француза, которые иногда рискуют своей общей драгоценной шкурой, лишь бы повеселиться. Но сегодня китаец главенствует. Поэтому - полторы тысячи стелларов, и я вас беру с собой. За ту же цену к вашим услугам будет Лео, а это одно уже многого стоит.
– Хорошо. Еще какие-нибудь условия? Надеюсь, мне не придется стряпать?
– Первое: быть как все - иди или подыхай!
– Согласна.
– Хорошо. Вот список того, что вам понадобится. А я постараюсь уговорить ММБ, чтобы они одолжили мне кого-нибудь из своих будущих гениев.
Задрав голову, Стелла следила за удаляющимся вертолетом, который высадил их на один из холмов Тиманги. Вертолет исчез в облаках. Лишь после этого она окинула взглядом бескрайний лес, окружавший холмы, и почти пожалела о своем решении.
– А ну, за дело! Пошевеливайтесь, недотепы! Через десять минут выступаем. Тиламбэ, Акоара, Кение даго сири! Кение!
Два туземца-носилыцика покорно начали разбирать мешки и свертки, сваленные в кучу.
– Но почему мы не могли долететь на вертолете до равнины Бирема? Это нас избавило бы от сотни километров пеших переходов.
Лапрад обернулся.
– Потому что я и не собирался идти к горам Карамелоле.
– Однако представленный вами план разведки… - Молодой инженер из ММБ не закончил фразы.
– План! Всегда план! Плевать я хотел на план! Ну да, я его представил, потому что иначе ММБ не отпустило бы вас со мной, а вы мне нужны! Нет, мы пойдем в бассейн реки Ируандики, и пойдем с другой стороны. Там масса месторождений, которые я отметил. Можете их картографировать, можете брать образцы - я вам их дарю. Они на территории племен умбуру, и мне они ни к чему. После этого мы проведем месяц-другой у моих друзей ихамбэ, чтобы эта девушка могла собрать материал для своей работы. Вам самим эти месторождения не найти бы и за год, так что шесть месяцев для вас - подарок! Слышите, месье Ахилл Гропас?
Молодой инженер побледнел.
– Я достаточно хорошо знаю свое дело!
– Не сомневаюсь. Вы, должно быть, сильны в теории, но вот практики вам явно не хватает. Пора, выступаем!
– Значит, никто не знает, куда мы направляемся? А что, если мы заблудимся?
– Не заблудимся, мадемуазель. Кроме того, у меня есть передатчик. В путь, солнце не ждет!
Он нагнулся, взвалил на спину самый тяжелый рюкзак и с карабином в руках большими шагами начал спускаться с холма. Огромный лев шел за ним по пятам.
– Какой грубиян! - вздохнул молодой грек.
– Да, пожалуй. Однако поспешим, иначе мы отстанем.
Лапрад и два мрачноватых туземца ушли уже метров на сто. Стелла пристроила поудобнее свой довольно легонький рюкзачок, и они двинулись следом.
– Вы давно на этой планете? - спросила она.
– Полгода, мисс. Это моя первая серьезная полевая работа. Я знаю, что у меня нет опыта, но когда мне говорят об этом таким тоном!…
Она усмехнулась.
– Боюсь, что до возвращения мы еще не то услышим. Этот Лапрад - редкостное явление.