Лягушка Баскервилей
Шрифт:
– Пять тысяч баксов, – потребовала Таня.
– Заплачу.
– Когда?
– Через шесть месяцев.
– Ха!
– Нет, правда.
– Ждать надоест! Займи, потом вернешь.
– У кого? – заломила руки Роза.
– Приятелей потряси.
– Их нет, совсем никого.
– У мамы возьми, – выложила последний козырь прислуга. – Че врешь? Есть у тебя мама!
Добравшись до этого места в рассказе, Таня остановилась, вытащила из сумки бутылку воды, сделала пару жадных глотков и усмехнулась:
– Вот
Глава 12
– О какой матери вы речь вели? – воскликнула я.
– Да так, – туманно ответила Таня.
– Ваш долг помочь следствию, иначе можно и задержать, – начала я вновь пугать домработницу. – Кстати, Розалия на свободе, я бы на вашем месте ходила по улицам с опаской.
– Чегой-то? – нахмурилась Татьяна.
– Убийца захочет убрать ненужного свидетеля, то есть вас.
– Ее ж в тюрьму посадили!
– А она убежала!
– Когда?
– Вчера. И теперь рыщет по городу. Ей известен ваш адрес?
– Ага, – потерянно кивнула Таня. – В гости, конечно, не приходила, у меня только Нелли Семеновна была один раз, когда меня воспаление легких скрутило. Приехала, лекарства привезла и давай зудеть: «Ты, Таня, неряха, вон какой беспорядок». Не успокоилась, пока мои вещи со стула не сгребла и в шкаф не повесила. Во какая! Фобия у нее.
– Мания, – машинально поправила я. – Все, что слишком, то плохо, но сейчас не об этом речь. Розалия спокойно может отравить и вас.
– Как? – прошептала Таня.
– Просто. Войдет в комнату…
– Я ей не открою.
– В окно влезет. Она это ловко умеет, лично убедилась в талантах младшей Майковой сигать через фрамуги.
– У нас пятый этаж.
– Значит, подстережет в подъезде и стукнет по голове кирпичом. Поймите, Таня, вы важный свидетель, таких первыми убирают.
– Че делать-то, че? – забеспокоилась Татьяна. – Ой, стремно! Если увижу, сразу сумку верну и расписку денежную на ейных глазах порву.
– Не поможет; если встретитесь, вам конец.
– Че? Че? Че делать? – затвердила Таня. – Я не виноватая! Мне свою квартиру охота, вот и затеяла подработать!
– Можете получить милую жилплощадь, – кивнула я. – В зеленом месте, где птички поют и цветов много. Одна беда – тесно, восемьдесят сантиметров шириной, два метра длиной и без окон.
– Таких не делают, –
– Ошибаетесь, их просто называют не квартирами.
– А как?
– Гробами, – мрачно произнесла я.
– Ой, миленькая! – взвыла Таня. – Страшно-то как! Че ж я наделала! Из нищеты вылезти хотела…
– Успокойтесь. И давайте подумаем вместе, куда могла пойти Розалия?
– Фиг ее знает!
– Если мы обнаружим женщину, вам ничего не будет грозить. Ясно?
– Да! Да! Да!
– Теперь сконцентрируйтесь и назовите ее приятелей.
– Не знаю!
– В дом не приходили подруги хозяйки?
– Не-а! Вот к Нелли забегали Зина и Нила. Каждый день таскались, в особенности молодая.
– А к Розалии кто заглядывал?
– Никто.
– Не может быть.
– Святые угодники солгать не дадут! – закрестилась Таня. – Совсем не брешу!
– А мама Розалии? Она где живет?
Татьяна поежилась:
– Ваще дурь получилась! Я же не хотела!
– Рассказывай.
– Э… э… э…
– Важна любая деталь.
– Э… э… э…
– Хочется на тот свет?
– Нет!
– Тогда выкладывайте правду.
Домработница снова схватилась за бутыль с водой, я терпеливо ждала, пока женщина промочит горло. Наконец Татьяна собралась с духом.
– Хозяева в Питер весной поехали. Все вместе, развеяться решили.
– Они отдыхали в России? Не летали на курорты?
– Розалия самолетов боялась, вот и катались, куда можно на поезде.
– По железной дороге легко добраться до Европы, – по непонятной для себя причине продолжила я тему.
– Мне по барабану, – протянула Таня, – уехали, и классно. На время ихнего путешествия я в квартире жила, чтоб пожар не начался или потоп.
– Ясно.
– Уехали, значит, они в семь утра, – обстоятельно завела Таня, – а через час в квартире звук пошел. Странный такой – пи-пи-пи…
Таня проверила на кухне посудомойку, СВЧ-печку, утюг, поглядела на стиральную машину, но вся техника оказалась выключена. Решив, что в спальне у хозяев орет будильник, Таня осмотрела тумбочки, но все часы молчали.
Тем временем звук стих, но затем понесся снова. Так продолжалось довольно долго, пока домработница не обнаружила в спальне Розалии, в кресле, в щели между подушкой и спинкой, трезвонящий мобильный.
Не успела домработница взять трубку, как та замолчала.
Таня удивилась. Она недавно обзавелась сотовым телефоном и купила себе точь-в-точь такой аппарат, как этот, – одну из самых дешевых моделей, без фотоаппарата, камеры, диктофона и прочих прибабахов.
Розалия пользовалась совсем другим сотовым – дорогой, эксклюзивной моделью, украшенной камнями от Сваровски. Откуда в комнате младшей Майковой взялся ширпотреб для малообеспеченных людей?