Лысый... шиноби?

GelioLex

— Он не шиноби, — ответил Третий. — Он всего лишь…

— Пожалуйста, прекрати молоть чепуху, — перебил Хокаге Данзо, — неужели ты и вправду поверил в его сказочку о перемещении между мирами? Герой? Даже не смешно. По-моему, здесь и страусу ясно, что к нам проник шпион.

— Тебе всюду мерещатся заговоры, — выпуская изо рта вращающийся шар из дыма, произнёс Хирузен. Хокаге, в отличие от его собеседника, оставался абсолютно спокоен. — Я ему верю. Так что даже не пытайся ему навредить, Данзо. С таким могущественным человеком лучше дружить.

Ты понятия не имеешь, насколько он может быть опасен.

— Как раз таки наоборот, — возразил старейшина, — я осознаю степень опасности чужака. И именно поэтому его нужно устранить. Он может доставить проблем…

— Нет! — твёрдо заявил Хирузен. — Ты не тронешь его. Это приказ!

Данзо прищурился. Ему казалось, что Третий выжил из ума. Пускать на территорию деревни врага, замаскированного под гражданского — вершина идиотизма. То, что он не имеет чакры, ничего не доказывает. Парень играючи расправился с десятком анбушников. Обычному человеку такое не под силу. Возможно, над ним проводили эксперименты, или он имеет неизвестный Кеккей Генкай, блокирующий способности сенсоров или дающий ему сверхъестественные способности вроде увеличенной силы и скорости.

Однако самое опасное — это то, что лысый ниндзя получил влияние на джинчурики, причём в первый же день своего пребывания в Конохе. Немыслимо! Оружие деревни должно быть подконтрольным деревне, а не неизвестному шиноби. Это ещё одна причина, почему лысого парня следует устранить.

Ещё до разговора с Хокаге Данзо уже обдумывал план отравления или скрытого убийства чужака. Более того, у него появились крамольные мысли о том, что Сарутоби слишком засиделся на своём посту. Скорее всего, ему придётся убрать и Профессора; разумеется, не своими руками. Близится экзамен на чунина; соответственно, появится возможность устроить переполох, вернее, маленькую локальную войнушку, во время которой одному его скользкому знакомому можно помочь загнать в ловушку «Бога шиноби»... или, во всяком случае, просто не мешать воссоединению учителя с учеником.

Даже если Хирузен выживет, Хокаге он больше не будет. Уйдёт на пенсию "по состоянию здоровья". Да, в результате будут жертвы, и немало. Но это всё на благо деревни. В данном случае цель оправдывает средства…

— Прости, но у меня слишком много бумажной работы. Это всё, что ты хотел обсудить, Данзо? — спросил Хирузен.

На некоторое время в кабинете повисла напряжённая тишина.

— Не смею больше вас отвлекать, Хокаге-сама, — процедил старейшина, поднимаясь с кресла. Постукивая тростью, он похромал к выходу. Сарутоби же быстро отменил технику звукоизоляции и вернулся к бумагам, хотя мыслями он всё ещё был в недавнем разговоре с главой Корня…

«Надеюсь, ты не наделаешь глупостей, Данзо. Сейчас не время для внутренних междоусобиц», — подумал Хокаге.

Глава 6

Анко, кажется, уже второй час не могла уснуть у себя дома. Как правило, многие опытные шиноби-оперативники владеют способностью мгновенно проваливаться в сон, когда это необходимо, и столь же мгновенно пробуждаться, реагируя на изменения окружающей обстановки.

Но в этот раз Митараши будто что-то мешало погрузиться в спасительное забвение.

В окошко комнаты проникали рассеянные лучи тусклого лунного света, придавая очертаниям предметов какой-то мистический голубовато-серебристый оттенок. На улице — ни звука. Даже сверчки этой ночью, казалось, забыли об исполнении своих привычных рулад. Девушка, лёжа на спине в своей кровати, тяжело вздохнула и попыталась перевернуться на бок…

Вдруг за окном мелькнула тень. Анко напряглась. Она осталась неподвижной, но изнутри начало подниматься нехорошее предчувствие.

Раздался едва слышимый звук вскрытия замка входной двери, а затем последовал тихий, но противный скрип половиц.

«Кто это?» — мелькнуло у Анко.

Неизвестный пробрался к ней чего-нибудь украсть? Даже не смешно. С её репутацией никто в здравом уме не то что пробраться к ней в дом, просто будить не рискнёт. Да и нет у неё в доме ничего, что могло бы приглянуться ворам… Это точно не АНБУ. Те могли просто постучать, если дело срочное; им незачем проникать в её дом.

Перебирая варианты, Анко пришла к одному неутешительному выводу: к ней пришли из Корня. Но зачем? Это из-за того, что она начала сближаться с джинчурики? Похоже на то…

Дверь в комнату отворилась, и в помещение зашёл тёмный силуэт. Он некоторое время постоял у входа, будто бы решаясь на что-то. Митараши же решила перестраховаться и незаметно вытащить кунай из-под подушки. Однако только она попыталась пошевелиться…

«Биджу! Что это? Техника клана Нара? Но разве это дзюцу можно применять в тёмное время суток?»

Девушка не могла двинуть и пальцем, её будто парализовало. Внутри у Анко всё похолодело. Она попробовала применить Сеней Джашу (Скрытые Тенью Руки-Змеи), но опять потерпела неудачу. Любые манипуляции с чакрой, как оказалось, теперь были недоступны. Девушка попыталась закричать, однако из горла вырвался лишь тихий стон.

«Что происходит?..»

Токубецу-джонин была не из пугливых. Она не раздумывая отдаст жизнь за деревню. Тем не менее сейчас Анко абсолютно ничего не понимала, а всё тело начало покрываться холодным потом и мурашками. Митараши ещё никогда не чувствовала себя настолько беззащитной. Умереть в бою не зазорно. Но вот так, даже не в состоянии раскрыть рта, не говоря уже об оказании сопротивления… До ужаса… обидно.

Силуэт тем временем вышел к середине комнаты на лунный свет. Им оказался лысый мужчина в спецкостюме шиноби. На его лице играла хитрая улыбка.

От удивления глаза Анко полезли на лоб. Паралич частично спал. Тело всё ещё было деревянным, но вот губы и язык уже слушались свою хозяйку.

— С-Сайтама? — прошептала девушка.

«Так и знала, что он не так прост…»

Додумать она не успела, ибо силуэт парня размылся и шиноби мгновенно оказался возле её кровати. Куноичи зажмурилась, готовясь принять смертельный удар…