Люби меня, девочка

Пырченкова Анастасия

— Совсем больная?! — ожидаемо вспылил через паузу.

Но и я не владела сейчас спокойствием в должной степени.

— Да! Выпусти меня! — потребовала повторно, дернув ручку двери в безуспешной попытке выбраться наружу.

Уж лучше пешком куда глаза глядят, чем с ним непонятно куда и зачем.

— И что дальше? Куда ты пойдешь? Домой не хочешь, к подругам своим? Чтобы поплакались с тобой вместе, пожалели, поругали Дамира, напились, а потом пошли разборки устраивать ему?

— Да! — прокричала по инерции.

И уже затем призадумалась над его словами.

С девчонок

и впрямь станет устроить нечто подобное. И меня подговорить. Или как раз я их на это запрягу. Ни то, ни другое меня не устраивало.

— И что ты предлагаешь? — поинтересовалась уже куда спокойнее.

Наверное, я достигла предела разумных поступков, да и к чему они? Ничего хорошего не выходит все равно. Может тогда лучше и правда пойти от противного?

Сбежать…

Тем более, не я одна мыслила в этом направлении.

— Защиту.

— Защиту? — переспросила, напрягаясь все больше.

Слишком странно вел себя Ильяс. Непривычно. И не говорил, что ему нужно.

— Сейчас Дамир наверняка уже входит в дом. Как только поймет, что ты исчезла, поднимет на уши всех кого можно и нельзя, чтобы вернуть тебя. И едва ли твоих ресурсов хватит ему противостоять.

— А твоих значит хватит? — не удержалась от сарказма.

Ильяс пожал плечами, мол, сама знаешь. Но правда в том, что я не знала. Ни как быть сейчас, ни как дальше. Все, что понимала, я не хочу видеть Дамира. Никогда. Но и сидящему рядом не спешила доверять так сразу. Хотя все равно уточнила:

— Что взамен?

— А взамен… — улыбнулся Ильяс. — Ничего. Исчезнешь из его жизни, он немного побесится, но в итоге все равно женится на другой, а в скором времени у него родится ребенок, возможно, не один, он тебя и забудет. Как и ты — его. Найдешь другого. Все в выигрыше.

Все, да не все. Потому что стоило только представить, что Дамир реально женится на этой своей Теоне, а та родит ему ребенка, и заживут они дружной семье, внутри все как кислотой ошпарило. Враз захотелось вернуться и врезать Валихалову от всей души. Желательно чем-нибудь тяжелым. По морде. Чтобы ни одна тварь больше не засматривалась на него. Тут же поморщилась от подобных мыслей. Правду говорят, ревность никого не красит. Да и глупо ревновать того, кому ты нафиг не сдалась. Но я ревную. И бешусь. Саму себя впору ненавидеть за эти чувства. И избавиться от них не получается. Что бесит еще больше. И раз уж сама не могу это сделать, пусть и правда Ильяс поможет.

— Вези, — выдохнула по итогу мысленных терзаний. — Увези меня отсюда. Как можно дальше.

А там… посмотрим.

Но все лучше, чем страдать, живя рядом с предателем, для которого чужие чувства — хлам. Еще не дай бог встретимся в магазине или просто на улице, в парке. Свят-свят-свят. Обойдусь без такого счастья!

Надеюсь только, что и правда не ошибаюсь.

Глава 41

Городской пейзаж довольно скоро сменился сельским, и я несколько расслабляюсь. Вряд ли Дамир так сразу поймет, где я и с кем, а когда поймет, то уже не важно будет. Не собираюсь я задерживаться рядом с Ильясом, несмотря на все его слова. Не то, чтоб не верю,

но… не верю, да.

И не зря, как оказалось.

Едва ли километр проехать еще успели, как Ильяс вдруг сбавил скорость, а затем вовсе остановился на обочине.

— Почему мы встали? — опять напряглась.

— Так надо, — сухо отозвался он, глядя в зеркало бокового вида.

Тоже уставилась, но в окно за спиной.

Мимо проезжало множество автомобилей, так что определить, кого он высматривает было сложно. Но не невозможно. Черный седан немецкого автопрома показался на горизонте очень скоро.

— Ты… — выдохнула, со злостью уставившись на Ильяса.

— Ты же не думала, что Дамир правда тебя отпустит, или ты сможешь от него скрыться с чьей-то помощью?

Думала…

Как оказалось, зря.

В очередной раз на одни и те же грабли. Видимо, ничему меня жизнь не учит, раз я все еще верю в чужое благородство.

— И ты мне нравишься, Ирина. Именно поэтому я не увез тебя и не спрятал. Как и встретиться с вашими гостьями позволил тоже именно поэтому.

— Не знала, что тех, кто нравится, принято подставлять, — съязвила.

— Не настолько сильно нравишься, — поправился Ильяс с усмешкой, следя за тем, как позади нас тормозит другой автомобиль, а из него выбирается Дамир. — Ну удачи тебе, девочка.

Послышался сигнал разблокировки центральной системы, дверь с моей стороны тут же открылась, а сильная рука вытащила наружу.

— Сочтемся, — бросил мнозначительно Валихалов своему работнику и захлопнул дверцу.

На меня не смотрел, лишь мазнул взглядом и потащил к своей машине.

Ага, как же!

Тут же затормозила пятками.

— Отпусти меня! — потребовала, пытаясь отцепить его пальцы от моего запястья. — Я никуда с тобой не пойду! Иди невесту свою лапай, а меня не смей трогать!

Еще бы Дамира это впечатлило. Как шел, так и продолжил идти, совершенно не замечая моих потуг. Такая злость разобрала. На себя, на него, на весь этот гребаный несправедливый мир. Аж ручки зачесались врезать мужчине. Жаль, одним кулаком особо не повоюешь, тем более не ведущей руки.

В общем, ноги я пустила в ход.

Правда и ударить не успела, Дамир будто ждал, пресек удар еще на подлете ноги к его колену. Саму ногу и перехватил, а затем еще и шагнул ближе, закидывая ее себе на талию. Вмиг покраснела, стоило только представить, как это выглядит со стороны для всех проезжающих. Не зря гудки послышались от некоторых.

— Пус-сти, — прошипела негромко, толкая его от себя.

И нисколько не удивилась, когда вместо того, чтобы сделать, как я велела, Дамир только ближе прижал меня к себе.

Зараза!

Возбужденная!

В край охамевшая!

— Я сейчас на грани того, чтобы взять тебя прямо на капоте авто, — процедил также тихо сквозь зубы. — Поэтому давай ты просто молча сядешь в салон, и мы вернемся домой, где обо всем нормально поговорим…

— С невестой своей говори, а я обойдусь без такого сомнительного счастья, — продолжила сопротивляться. — Да пусти ты меня! — окончательно вышла из себя. — Видеть тебя не желаю! Пусть тебя твоя Теона теперь удовлетворяет!