Любить всем сердцем
Шрифт:
Когда протискиваюсь внутрь, Эшли смотрит на меня так, словно ничуть не удивлена, увидев меня там. Она стоит в дверях кабинки, и когда я наклоняюсь, чтобы заглянуть внутрь, она выходит и закрывает дверь, отрезая доступ к Бетани.
— Я просто хочу с ней поговорить.
— Нет. — Она показывает на дверь позади меня.
— Бетани, пожалуйста.
— Уходи, Джесси! — говорит Бетани.
Я не могу оторвать глаз от серой металлической двери кабинки или ее черных сандалий, выглядывающих из-под нее. Она выглядела такой красивой
— Просто уходи, — говорит Эшли, мягко отталкивая меня. — Я знаю, тебе есть что сказать, но сейчас не время.
Наверное, она права. Я собирался сделать грандиозный жест, и все, что мне удалось сделать, это смутить Бетани перед ее церковью.
— Я осел, — бормочу я, выходя из туалета в коридор.
Эшли следует за мной, но стоит на страже у двери.
— И какова твоя конечная цель?
Провожу руками по волосам и смотрю в потолок, надеясь, что там есть ответы.
— Я не знаю, что делаю.
— Ясно.
Опускаю руки по швам.
— Скажи, что мне делать.
— Дай ей немного пространства.
— Я не могу этого сделать. Я влюблен в нее, и говорю не о том приятном чувстве, а говорю о кулаке в живот, — я ударяю по своему прессу для акцента, — вырывающем мои внутренности.
Она моргает несколько раз, а затем выдыхает.
— Вау.
— Да уж.
— Я этого не ожидала.
Я невесело смеюсь.
— Представь себе, я тоже.
Девушка накручивает на палец прядь волос.
— Ну, я все еще думаю, что тебе нужно отступить, пока она не вернется в эмоциональное русло. — Она кусает губу, как будто что-то обдумывает. — Если это из-за видео...
— Какого видео?
Ее глаза расширяются.
— Забудь об этом.
— Нет, какое видео?
Эшли качает головой, давая мне понять, что я не получу от нее больше ни капли информации.
Хорошо. Я достаю телефон и быстро посылаю сообщение Дэйву, спрашивая, не появилось ли новых видео, которые касаются Бетани или меня. Через десять секунд появляется видео.
Я нажимаю кнопку воспроизведения. Как только раздается звук, Эшли чертыхается. Бинго.
Разрешение довольно хорошее, скорее всего, снято на новый iPhone. Когда камера приближается, я вижу Бетани, сидящую за столом напротив какого-то парня в «Старбакс».
Не просто какой-то парень.
Чертов Уайт.
Бетани наклонилась к нему через стол, ее лицо искажается от гнева, а костяшки пальцев побелели.
«Ты говорил, что любишь меня. Говорил, что я из тех женщин, на которых женятся мужчины. Ты трахнул меня в моей машине, а потом бросил через полчаса на парковке «Дейри Куин»!
Сукин сын.
Моя кровь вибрирует под кожей.
«Я хотела избавиться от чувства вины! Хотела, чтобы это прекратилось, поэтому бросила зажженную спичку на заднее сиденье своей машины, надеясь огнем избавиться от своей ошибки».
—
— Вот именно, — говорит Бетани с порога ванной комнаты, заставляя меня подпрыгнуть от неожиданности. — Так и есть. Ты думаешь, я хороший человек, потому что работаю на двух работах и работаю волонтером в церкви и в доме престарелых? Я расплачиваюсь за то, что должно было быть уголовным преступлением за поджог. Вот что случается, когда я попадаюсь на ложь таких людей, как ты. Теперь ты знаешь. Так что теперь можешь оставить меня в покое.
— Что? Нет, я... я не хочу...
— А как насчет твоей бывшей, с которой ты обнимался прошлой ночью? — Огонь горит в ее глазах, и я в равной степени напуган и возбужден ее яростью.
— В Лос-Анджелесе я все время был с Райдером и Марком. Все, что ты видела — ложь.
Бетани подходит ближе, и мне не терпится схватить ее и прижать к себе.
— Сколько у тебя детей?
— Ты что, издеваешься? Так вот в чем все дело? Нельзя верить всему, что читаешь обо мне! — Я вцепляюсь пальцами в волосы. — Ты напугана, я понимаю. Любить меня — это небезопасно, но не саботируй то, что у нас есть, потому что ты боишься пострадать.
— Просто уходи! — Лицо Бетани пылает от гнева. — Ты же сам сказал, что я чокнутая. Тебе не нужно все это! Поверь мне. Я делаю тебе одолжение.
Я ищу правильные слова и могу думать только о четырех.
— Но я люблю тебя.
— Любой может сказать «я люблю тебя». — Она топает в сторону офиса.
Эшли бежит за ней. Я двигаюсь, чтобы последовать за ними, но тут из дверей святилища выглядывает светловолосый парень.
— Эй, Бэт, — кричит Уайт, и этот придурок, идет за ней.
— Эй, Уайт!
Он останавливается и поворачивается ко мне, и его притворная забота о Бетани превращается в гнев.
— Она не хочет тебя видеть.
Я подхожу к нему вплотную, отвожу руку и врезаю кулаком ему в нос.
— Это за то, что ты сделал с Бетани.
Он падает на пол и закрывает лицо руками.
Я присаживаюсь на корточки рядом с ним.
— Если я узнаю, что ты пытался поговорить с ней, а поверь мне, я об этом узнаю, то отдам все, что у меня есть, чтобы прикончить тебя.
Его испачканное кровью лицо искажается страхом.
— Я приму это как «да, я все понял, Джесси».
Открываю входную дверь и выхожу на улицу. Папарацци снова бросаются ко мне.
— Я отвечу на все ваши вопросы, если вы отвезете меня в аэропорт.
— Черт, да!
Они проводят меня к своей машине. Я забираюсь на заднее сиденье и набираю сообщение для Дэйва.
«Мне срочно нужен рейс первого класса в Лос-Анджелес».
— Что происходит между тобой и Кайлой? — спрашивает один из парней еще до того, как мы выезжаем с церковной парковки.