Любовь без башни
Шрифт:
— У тебя значок не оторвался? — негромко спросила Люся и уставилась на маленький кругленький значок.
— Все нормально, — успокоила ее Василиса, сама волнуясь при этом невероятно.
Это и понятно — если ее план не сработает, они запросто могут потерять пять тысяч. А в их общем бюджете это никак не лишние деньги.
— Ну и чего? — внимательно осмотрела фигуры подруг Виктория. — Деньги принесли?
— Да, — уверенно кивнула Люся.
— А чего не видно? Ну там… я не знаю… пакет бы какой-нибудь… или сумка какая-то?
— Да ты что, издеваешься? — в свою очередь удивилась Василиса. — Ты пять тысяч в последний раз когда видела? Ты что ж, не знаешь, что она запросто уже рисуется одной бумажкой?
— Так я не поняла… вы … вы мне что, пять тысяч сами, что ли, рисовали? Одной бумажкой? — всерьез расстроилась Виктория.
— Дурочка совсем, что ли? — спросила у Василисы Люся. — Я вообще не знаю, с какой стороны кисточку держать, а она — рисуете!
— Да если б мы рисовать умели, мы бы и пять тысяч долларов тебе запросто воспроизвели, чего нам, — рассудила Вася. — Где книжка? Давай.
— Ага-а, — гнусаво протянула Вика. — Сначала вы мне деньги-и.
Василиса отдала конверт с деньгами Виктории, а сама схватила книжку и упрятала подальше — во внутренний карман.
— Ну что? Пересчитала? — спросила она женщину, которая все еще шевелила губами, не в силах правильно пересчитать несчастные пять тысяч. Ну?
— Ну вроде все правильно… — довольно улыбнулась Виктория.
— А теперь… подойдите сюда! Вас снимает скрытая камера! — изо всех сил рявкнула Люся, подтаскивая женщину к Василисе, на куртке которой красовался маленький значок. — Итак! Взяточница и вымогательница Виктория…
Дальше договорить Люся не успела. Конверт с деньгами пролетел ей прямо в лицо, а сама женщина вывернулась из руки Люси и понеслась вдоль аллеи огромными скачками.
— Как бежит… ну точно лань… — мечтательно проговорила Василиса, глядя вслед убегающей даме.
— Я бы даже сказала газель! Грузовая, — недовольно пробурчала Люся, собирая с грязного снега денежные купюры.
— Все, Люся, пойдем домой, ты еще должна подарить чемодан Эльвире.
— Подарить? — вытянулось лицо у Люси.
— Да, знаешь, я сказала ей, что отныне они все — ее! — легкомысленно махнула ручкой Василиса. — А тебе, я вижу, жалко, да?
— О боже! — тяжко вздохнула Люся. — Ну когда уже ты станешь хоть чуточку хозяйственной?!
Дома подруги стали буквально выдирать книжку друг у друга из рук.
— Люся!! Ну дай же мне!! — тянула к себе потрепанную книжицу Василиса. — Ну я же… я же, как ее… наследница!!! Я же вдова… почти что! Отдай! Там про меня написано!!
— Погоди… Ну подожди ты!! Прямо выхватывает!.. Ой, Васька! Тут и не про тебя вовсе, а про…
Дальше договорить Люся не успела — в прихожей заливисто зашелся звонок.
— Иди открой! — толкнула коленкой подругу Вася.
— Я
Пришлось открыть Василисе.
На пороге стояла Эльвира и лучилась всеми тридцатью двумя зубами.
— Васенька! А вот и я, как обещала. За чемоданчиком!
— А-а… Люся! Иди, к тебе за чемоданами… — крикнула Василиса и устремилась в комнату, чтобы ухватить заветную книжку из рук подруги, но та ловко спрятала ее в кармашек домашнего халатика.
— А-а! Эльвира Арнольдовна! За чемоданчиком! В свадебное путешествие собрались, правильно я понимаю?
— Совсем даже не правильно, — звучно сморкнулась в огромный платок грузная Эльвира. — Вы же знаете, у нас горе.
— Что случилось? — чуть побледнела Люся.
У них всегда так — одна беда никогда не приходит. Не успел скончаться Игнатий, как запросто мог скончаться кто-то еще. Тьфу ты, какие мысли идиотские в голову лезут!
— У нас ведь матушка… дурно себя чувствует, — старательно шмыгала носом гостья. Люся напряглась. Насколько она помнила, матушка Эльвиры Арнольдовны не так давно перебралась в мир иной, что ж она еще чувстовать может?
— Эльвира Арнольдовна, но…
— Люся! Ну это она про матушку Ленечки говорит, правильно я понимаю? — ласково улыбнулась Василиса. — Ну и что тут непонятного?
— Действительно! — одарила Люсю грозным взглядом Эльвира. — Я ж про свекровь свою говорю!
— Ну просто… я думала, матушкой надо называть свекровь уже после регистрации… — пожала плечами Люся.
— Ах, Эльвирочка! Не обращайте внимания, она у нас немножко ущербная! Ну понимаете, взрощенная на идеях — умри, а поцелуя не отдавай!
— Да? — удивленно уставилась на подругу Люся. — А у Тургенева были такие принципы?
— Я имею в виду: поцелую без любви — нет и наше полное презренье! Поцелуй со страстными чувствами — это… наш респект и уважуха! — ляпнула Василиса какой-то лозунг и сама испугалась. — Ну хватит уже! Люся! Отдавай чемоданы! Эльвира Арнольдовна! Заберите свои деньги, они нам очень помогли, оч-чень!
— Господи! Да я и не требовала их так быстро! — замахала толстенькими ручками Эльвира. — Если вам нужно еще…
— Нет-нет! — сразу же подскочила Люся.
Она точно знала — если только кто позволит, Васеньке обязательно понадобится «еще»!
— Ой, девочки! Огромное спасибо за чемодан! Вы знаете, когда я работала в цирке…
— Цирковой лошадью? — мило поинтересовалась Люся.
Ее терпение просто трещало по швам. В кармане таилась ценная книжка, и там даже нашлась очень интересная запись, а вот эта Эльвира!
— Ой, девочки! Я уже убегаю! Мне совершенно некогда! Просто совершенно! Но вот завтра Ленечка уедет и тогда-а! Ой, шалуньи, я с вами тоже оторвусь по полной программе! Вы себе не представляете! Я еще не успела как следует выйти замуж, а уже так устала от этой несвободы!