Любовь через силу
Шрифт:
— А чего не так? Хотя сложно назвать это гаремом, они больше мои наложницы. Жениться-то я не собираюсь, а без спутницы скучно. Вот и приходится идти на всякие ухищрения. Где на драконе прилететь, прямо из замка похитить, где у орков пленницу выкупить, а где и слуг своих заслать, что бы особо понравившуюся красотку прямо на ложе доставили.
— А вам не кажется что это безнравственно? Пользоваться женщиной без её согласия?! — Выдала возмущенную тираду принцесса.
— С моей работой у меня нет особого времени на уговоры, — ничуть не смутился Гордаз.
— Враньё, я знаю немало особ,
— Такие попадались, но мне с ними скучно. Не хватает искренности, — и немного промолчав, неожиданно добавил. — Я говорил с твоим отцом. Он предлагает скрепить договор брачными узами. Пришлось объяснить сложившуюся ситуацию и моё отношение к институту брака. Но тот, кажется, согласен отдать и в наложницы.
— Бери Низу, не пожалеешь, — с особым злорадством пробормотала Альмира, чувствуя как холодок пробежал по её спине.
— Эта милая стервочка? Боюсь, она мне надоест уже на второй день. С виду конечно палец в рот не клади, но осознав истинную ситуацию, будет лаять по моей команде как послушная собачка.
— А Лана?
— Самая младшая? Судя по тому, что я видел, её даже дрессировать не надо. Нет, мне нужная такая, что бы я всю голову сломал, как её покорить. Ну, например ты.
— Я?! — Только и смогла вскликнуть принцесса.
— Да, ты вполне сойдешь. Можешь считать это официальным предложением.
— Да я лучше умру, чем сгнию в твоём гареме! — Фраза, достойная великого героя древности, в данный момент прозвучала крайне нелепо и Альмира прекрасно это осознавала.
— Ну, гарема сейчас у меня и нет, — с лёгкой грустью признался Гордаз. — Распустил полгода назад как раз из-за одной стеровочки. Так же покорила мне сердце, а в итоге охмурила менестреля из очередного посольства и поспешила сбежать. Так что можно считать меня замшелым холостяком. А насчет сгниения. Я не такой тиран, как ты думаешь. У тебя есть талант и способности. Что мешает тебе сделать карьеру в моей армии?
— Прости, но для меня это слишком, — принцесса запрыгнула в седло и через плечо, дабы Темный Властелин не смог увидеть её слёз произнесла. — Передай моему отцу, что ни одна из его дочерей не сгодилась для роли «жертвенной невесты». И оставь меня в покое.
День казался сущим кошмаром. Тревожные мысли набегали одна на другую, заставляя Альмиру рычать и стенать. Дело, конечно же, заключалось в нём. В этом нахальном чародее, любителе завязывать отношения, что называется на бегу. Подобный темп сбил принцессу с толку, и теперь она усиленно пыталась сообразить, как же ей поступать.
Что было хуже всего, она не могла понять своего отношения к Гордазу. Описания творимых им зверств, и даже собственноручные признания, как-то не вязались с его поступками. Да и, если честно, подобное её не отпугивало. По сравнению с ходящими слухами чародей казался просто образцом порядочности и высокой морали. Всё дело заключалось в его отношении к ней.
Всю свою сознательную жизнь Альмира пыталась сама найти своё место в жизни. Фехтование, рукопашный бой, верховая езда, всё это позволило ей впоследствии заслужить уважение в своём отряде, заставив видеть не принцессу, а такого же служаку, как и
Чародей, проживший незнамо сколько сотен лет, и привыкший, что все вокруг являются существами низшего порядка, не сможет признать ровней даже самую любимую девушку. Возможно, для Низы или Ланы подобное было нормально. Им хватило бы и того, что в компании с ним они чувствуют себя как за каменной стеной, но вот Альмире хотелось большего. Ей хотелось знать и видеть возможности развития себя как личности, но в компании Гордаза это было невозможно.
Только сейчас она поняла, кого он ей напоминает. Одного из её командиров, ставшего для юной принцессы первым наставником, как в деле службы, так и в любви. Капитан Тралон покорил её сердце, хотя и не особо пытался этого делать. Даже сложно было сказать, кто кого затащил в постель. Этот скоротечный роман, как ни странно, остался незамеченным для прочих сослуживцев. Возможно, продлись он чуть дольше, и тайна была бы раскрыта, но, увы, удар ножом в грязной таверне прервал жизненный путь наставника.
И уже чуть позже принцесса поняла, что лишь его смерть, дала возможность юной воительнице начать делать свою карьеру. Всё это время, пока она находилась под рукой Тралона, тот не отпускал её ни на шаг, опасаясь за её жизнь. А будучи превосходным стражником, он с лёгкостью разрешал большую часть проблем, прежде чем Альмира успевала понять, в чём же именно заключается дело. Таким он был и таким же являлся Гордаз. Его склонность поучать всему и в то же время своими руками браться за любую работу, отстраняя тех, кто, по его мнению, не годился на неё, до боли напоминали методы покойного капитана.
Вечер она встретила с остатками своего винного погребка, благо противопохмельный амулет Гордаз оставил ей. Самое главное ей предстояло решить здесь и сейчас. С одной стороны её тянуло к чародею, с другой она боялась его. Боялась не как насильника и изверга, а скорее как личность, способную подавить её.
— Всё решит завтрашний бал, — пробормотала Альмира, допивая бутылку. — Там я определюсь, как быть.
День четвертый
Бал, назначенный в честь подписания договора, проходил довольно вяло. И это притом, что по столице уже прокатился слух о подвигах Гордаза. Множество дворян съехалось, дабы лично увидеть того самого Темного Властелина, который стал победителем турнира, повергнув наземь сотни рыцарей, а потом голыми руками расправился со всеми ворами и убийцами прятавшимися в трущобах столицы.
Увы, врожденный страх мешал им насладиться самим мероприятием. Вместо этого большая часть народа предпочитала таиться по углам, откуда и вести наблюдение за наводящим страх и ужас чародеем. Последнего ничуть не смущало подобное отношение. Альмира, ходившая вокруг и присматривавшая за столь специфичным гостем, с удивлением осознала, что его, напротив, увлекла беседа с тем самым поверженным паладином. Подобное не могло не заинтересовать принцессу, правда, смысл диалога был не вполне понятен.