Любовь Дракона

Пролог. О том, как нелегко съехать из родительского дома

– Я беременна!

– Что?! – взвыла Вера.

– Шутка, – ответила я. – Просто мне нужно было обратить на себя внимание, а ты была слишком занята государственными делами.

Сестра посмотрела на меня так, будто вот-вот кинет в меня чернильницей.

– Это не то, чем нормальные женщины шутят, Люба, – строго сказала она.

– А где ты здесь видишь нормальную?

Вера закатила глаза. Вообще-то она вполне

даже нормальная. Ну, более чем, не считая того, что она теперь глава рода алых сирин, в котором три с половиной землекопки. Одна из них замужем за императором, вторая бабушка, третья как раз Вера, а половина – это я.

Я уродина. По-другому назвать девицу, лицо которой пересекает жуткий незаживающий шрам сложно. Вылечить его не может ни одна магия, и я уже смирилась. Просто прикрываю лицо волосами, выпускаю из прически длинные пряди. Хотя чаще просто не выхожу никуда. Некуда, не с кем, да и не хочется. Я сама всех от себя разогнала.

Мне здесь нечего делать, в этом мире. Я шестнадцать лет провела в другом, в том, где есть мобильные телефоны и самолеты вместо магии и драконов.

Началось все с того, что нашу среднюю сестру Надю, как раз ту, что замужем за императором, похитили, чтобы спасти их правящий род. Род фениксов.

Ну что я могу сказать, всех спасли, пусть теперь дружно строят светлое будущее. Только без меня. А я как-нибудь разберусь со своим на Земле.

– Хорошо, о чем ты хотела поговорить? – спросила Вера, откладывая перо и бумаги.

– Я хочу вернуться домой.

– Не поняла. Ты и так дома.

– Домой – это на Землю, – сказала я. – Мне здесь нечего делать.

– Нет! – Вера даже вскочила, опираясь ладонями о массивный дубовый стол. Здесь, во владениях алых сирин, вся мебель была такая, в старорусских традициях.

– Я не спрашивать твоего разрешения пришла. А поставить тебя в известность, – я сложила руки на груди. – Между прочим, первую, до ба и Нади. Цени.

Вера нахмурилась:

– Я никуда тебя не отпущу, Люба! Что ты будешь делать там, на Земле? Совсем одна!

– Я и здесь совсем одна.

– Издеваешься?!

– Хочешь сказать, тебе есть до меня дело? Вы с ба только и делаете, что решаете государственные вопросы! Надя замужем, счастлива и ждет второго ребенка! А мне что прикажешь делать?! Наблюдать за вами, такими деловыми?!

– Как была неблагодарной, так и осталась, – прорычала Вера. Вообще-то у меня сестра хрупкая девушка, даром что певица, но с того дня, как в ней пробудилась сила алой сирин, ее голос стал сильнее еще на несколько октав. В этом нет ничего удивительного: алые сирин с помощью голоса могут заставить кого угодно сделать что угодно.

Кроме сильнейших, то бишь правителей фениксов и драконов. У них иммунитет.

– Ну вот и отдохнете от меня неблагодарной, – заявила я. – Все, я пошла собирать вещи.

– Никуда ты не пойдешь! – Голос Веры ударил в сознание, заставив замереть столбом. А вот это было нечестно,

потому что… потому что после того случая, оставившего мне магический шрам, сила алой сирин во мне так и не проснулась. То есть я просто-напросто беззащитна перед магией сестры. И это – еще одна причина, по которой я хочу отсюда свалить! Не беззащитность, а то, что магия меня не признала. Вот что, спрашивается, мне тут делать?!

Хотя и беззащитность тоже в принципе. Этот мир, помимо нас, населяют еще три расы: фениксы, драконы и игры (по-простому, оборотни). Я среди них как не пришей тому самому рукав. Ну не вписываюсь я, не вписываюсь! Не понимаю, почему Вера не хочет это признать!

– Отпусти! – шиплю я. – Я уже совершеннолетняя! – Более чем, мне двадцать один. – Ты не имеешь права так со мной обращаться!

– Иди к себе, Люба. Немедленно! – командует сестра голосом алой сирин. – До того, как я разрешу, из комнаты не выйдешь.

Ну вот и поговорили.

А самое обидное то, что я разворачиваюсь – и иду. Ноги сами несут меня знакомыми коридорами, откуда как в кино «Иван Васильевич меняет профессию» открывается вид на двор. Кино это обожала смотреть ба, когда мы жили там, где были телевизоры! А здесь пейзажи да драконы. Любуйся не хочу.

Правда, в моей комнате вид на горы. Красивые. Сейчас снежных шапок не видно, но вот осенью и ближе к зиме… я не успеваю додумать. Видимо, сила сестры срабатывает так, что меня выключает.

А включает от того, что на постели сидит ба.

– Нажаловалась уже? – спрашиваю я.

– Да, Вера мне все рассказала.

– Она меня все равно не удержит. Я имею право сама решать свою судьбу!

– Да имеешь, имеешь, кто ж отнимает. С тобой хочет поговорить Миранхард Дьелльский.

Что?! Нет! Только не он!

Это первая мысль. Вторая – высоченный обнаженный по пояс мужик (то есть дракон) голливудского кроя, с кубиками мышц, дорожкой волос, убегающих под пояс свободных брюк. И волосы эти его, которые по цвету могут посоперничать с цветом волос алых сирин, длинные, ниже плеч. Правда, у него они более насыщенные, в такую вишню, а не как у Нади и Веры, в клубничку…

А-а-а-а-а! Сдались мне его волосы на пару с клубничкой!

– Нет! – резко говорю я. – Нет, нет и еще раз нет!

– А Вера обещала отпустить тебя на Землю, если ты примешь его предложение, – ба коварно улыбается. – Даже портал лично откроет.

Не бабуля, а демон-искуситель какой-то.

– Обещала? – недоверчиво спрашиваю я. – И что за предложение?

– Откуда ж я знаю. Не выслушаешь – не узнаешь.

Деньмо. Это мой день сегодня.

– Ладно, – говорю. – Выслушаю. Но ты свидетель ее обещанию!

– Разумеется! – Ба поднимается довольная, разве что руки не потирает, а вот я отнюдь не разделяю ее энтузиазма.

Мы с Дьелльским не виделись три года, с моего восемнадцатилетия. И еще столько же и не виделись бы! А лучше – всю жизнь!