Любовь Муры
Шрифт:
О чём же писать тебе? Я всё время откровенна! Очень скверно чувствую себя, лечусь, буду меньше двигаться. Настроение паскудное. Очень зла, сделалась сварлива, но возьму себя в руки… Теперь постараюсь больше лежать… Кисанька, родненькая моя, не придавай большого значения моей болезни. Спасибо за Лескова, его я ещё не получила.
Только что ушла от меня Валечка. Она передаёт тебе привет. Во время её присутствия передавали концерт Чайковского.
Незаконченную симфонию Шуберта я очень люблю, редко её приходится слышать.
Какое же счастье улыбнулось Бине — получение комнаты! Рада за вас за всех! Когда же
Хоть бы поскорей сняли с льдины папанинцев. Страшно за них, ведь ежеминутно могут погибнуть…
15/II.
Моя родная, если не считать лежащую в стонах маму, то я провожу в постели время в горьком одиночестве. Даже странно, как обыкновенные движения даются с трудом. Говоря правду — мне не легче. Печально, что не могу видеть тебя около себя. Интересно, когда начну поправляться? Как мне надоело переносить все эти явления, связанные с болезнью.
Д/с, вернее его сотрудники заняты изысканием средств, на сегодня осталось на все статьи 600 р. А средства из управления не поступают. Вот в такое время я не могу помочь ничем. Просто скандал!
В больницу нельзя лечь, без меня никто не совладает с Идочкой, кроме того, не на кого оставить маму…
Ты не думай, Кисанька, что я волнуюсь. Вот поэтому я часто не хочу писать о себе со всеми деталями, чтобы тебе не показались они хуже, чем есть в самом деле.
К моей радости, исполняют 5-ю симф. Чайковского. В основном, слышится покорность судьбе. Минор — люблю. Какой же он мастер! Благодаря радио мы хорошо знаем классическую музыку. Да, в музыке высшее наслаждение. В эту стереотипную фразу я сейчас вкладываю много жара, переживания. За последний год (особенно) музыка скрашивает, радует мою жизнь.
Спокойной ночи, моя Кисанька.
Странно, что у меня жар.
16/II. Вчера вечером начала повышаться t°, и сейчас 38. Почему, не понимаю. Может быть, после вчерашнего большого припадка. Как ни хочу удержаться от описания своего физ. состояния (это нудно для неболящего), но выходит это само по себе.
Лесков получен. Напрасно я так ждала «Некуда» — это не то. Значит, я забыла название того романа, где одна из героинь (Ива) мне очень понравилась. Это было давно. Однако, с интересом читаю Лескова. Маме сегодня немного легче, но она недвижима по-прежнему.
16/II. 1 ч. дня.
Симфония Моцарта — sol minor, кристальная, изящная элегия.
Понемногу ослабевает моя выдержка, хотелось бы, чтобы кто-ниб. помог бы мне. За много лет впервые заболела «настоящей» болезнью, и нет возможности быть в покое… К тому же проявляются гадкие черты, напр, я с плохо скрываемой злостью слушаю мамины стоны. Она, лёжа в постели, простудилась, теперь тоже температурит.
Таковы уж обстоятельства, что мне прийдётся как-то выкарабкаться из болезни, имея 2-х человек, кот. необходимо оказывать ещё и физическую помощь.
Как хорошо, что не приехал К-к — это было бы концом. Может быть, моё отношение к нему — явление болезненного характера и с течением времени пройдёт. У меня подлый и несчастный характер: неожиданно вдруг человек станет мне невыносим. Сама ничего не могу изменить, перемена не зависит от меня. Ты можешь презирать
Отношения, основанные на чувственности — недолги. Больше ничего меня с ним не связывает. Хоть бы он увлёкся кем-то! Я с умыслом расписываю, как я изменилась, постарела (ужасно постарела). При мысли, что я должна буду с ним жить всегда, мне становится не по себе, уж очень и очень нудно. Не хотела говорить об этом, т. к. думаю, что может быть как-то стушуется такая непримиримость. Стараюсь смягчить, но что делать, если не от меня зависит это. Просто не знаю, как выйти из этого положения, не задевши его.
Только что сообщили, что умерла мать Нюси (туберкулёз). Старушка так хотела жить. Мне сделалось страшно, обыкновенно у меня не было такого ощущения. К нам привели Нелличку, она бегала по двору с криком «бабушка умирает!»
10 час. веч. Если К-ка не приписали в Хотьково, значит его тем более не приписали бы и в М-ве. Он мне об этом не писал. Тем печальней.
17/II. Утро. И удачное — надо сказать! Температура пала, получила твоё письмо. Только что увели Нелличку, ночевавшую у нас. Ожидаю врача, по обыкновению, стыжусь всего своего. Очевидно, такой уж умру.
Ах, Кисанька, ты ошибаешься (и Костик, если он начинает так думать!). Я, к сожалению, предпочитаю, вернее, начала предпочитать не изменять свою «трудную», как ты говоришь, жизнь, чем жить всегда с ним. Был момент, когда мне показалось, что жить с К-ком будет веселей, чем одной. Мне жаль его, но не очень сильно (мужчины страдают поверхностно, особенно типа К-ка). Делаю всё зависящее от меня, чтобы улеглось такое отношение к нему.
12 час. дня. Прошло неск. часов, но состояние душевное совершенно изменилось. Вдруг всё потускнело, попечальнело. Ск. времени прийдётся лежать? Пока что сказано ещё на 6 дней. Снова надо сделать анализ на реакцию Weber’a (кровотечение). Меня лечит очень приятный врач. Я питаю к нему большую симпатию (это женщина). Уделяет мне много внимания, но лучше не иметь такого приятного знакомства и не болеть.
Я тебя не раз просила не покупать мне масла, огорчена тем, что всё же не исполнила моей просьбы. Не надо же, Кошечка. Спасибо за него.
Зачем так часто встречаешься с К-ком? Между прочим, вношу фактическую справку: ему уже лет 40, а не 35
Моя родная, что же это будет? литературную газету я уничтожила, я думала, что она послана «на подарение». Что же теперь делать? Второй не получила.
Голова моя плохо работает ничего не удерживает, я оставила занятия по франц. яз. Ругаю себя за это, но надо поправиться.
Вот видишь, родная, как только я представляю своё будущее в одиночестве, «без пары» — моё настроение поднимается. Боже мой, какую глупость сделала! Нет, не буду умней никогда, всегда я жила порывами, поэтому мои необдуманные поступки слишком часты.
Только не начинай жалеть К-ка. Может быть, всё уляжется. Не говори К-ку о количестве присылаемых мной писем.