Любовь викинга
Шрифт:
Рейна многое почерпнула из этого ужасного опыта. Она обнаружила в себе внутреннюю силу и мужество, пока жила в гареме в Византии, и поняла, что сама может о себе позаботиться. Она могла бояться жестоких планов Вульфа относительно ее будущего, но уж его-то она точно не боялась. Он уже причинил ей самое большое зло, какое только мог. Больше ей бояться нечего.
Рейна не понимала, зачем спасла Вульфу жизнь. Почему она не позволила ему умереть? Она знала, что ненавидит его всей душой… и, тем не менее, не смогла просто стоять и смотреть, как его убивают. И пусть он утверждает,
И почему он уродился таким красивым? Рейна задумалась. Она мысленно нарисовала его лицо. Высокие скулы, прямой нос, четкий рисунок губ и тяжелый подбородок. Его серебряные глаза уже не были такими холодными и пустыми, как тогда, во время путешествия в Византию, когда он почти не смотрел на нее и даже вряд ли осознавал, что она находится на его корабле. Когда она забилась в крохотный отгороженный закуток, никто не беспокоил ее. Никогда, даже в самых причудливых снах, ей и привидеться не могло, что однажды она будет принадлежать Вульфу Безжалостному.
– Ты забыла взять полотенце и мыло.
Рейна так испугалась, что чуть не подпрыгнула. Значит, Вульф все же пошел за ней. И вот он стоит рядом, в одной руке держит полотенце, в другой – мыло.
– Уходи!
Он сел на траву и стянул с себя обувь, потом сбросил рубаху.
– Что ты делаешь?
– Раздеваюсь, как видишь. Я решил все-таки присоединиться к тебе. После битвы у меня все тело болит.
– Но почему ты не пошел в баню?
Он встал, развязал тесемки штанов, и они упали на землю.
Рейна поспешно отвела взгляд.
– Мне больше нравится это озеро. Хочу хорошенько отмокнуть.
Вода вокруг Рейны пошла рябью, когда Вульф погрузился в воду.
– Почему ты не можешь просто оставить меня одну? – возмутилась она. – Ты ведь ненавидишь меня, не можешь находиться рядом со мной.
Устроившись поудобнее, Вульф блаженно вздохнул.
– Трудно ненавидеть женщину, которая спасла мне жизнь.
Рейна заскрипела зубами и почти пожалела, что не позволила Вульфу умереть.
– Забудь о том, что я сделала. Я бы поступила точно так же, если бы опасность грозила какому-нибудь псу.
Вульф рассмеялся, но смех его перешел в сдавленный рык, когда луна вышла из-за тучи, наполнив озеро тысячью светлячков и сделав воду прозрачной. Он уставился на идеальные полушария грудей Рейны, покачивающиеся в воде. Взгляд его опустился ниже, прошелся по тонкой талии и округлым бедрам и задержался на золотом руне, покрывающем ее крутой холмик.
Затем его взгляд снова медленно направился вверх, вбирая в себя все роскошные холмы и долины, которые он пропустил во время первого осмотра. Молот Тора! Как он умудрился не заметить ослепительную красоту Рейны, когда впервые увидел ее? Или его взор затуманили ярость и жажда мести?
– Мне, наверно, лучше уйти, – бросила Рейна.
Вульф протянул руку за спину и взял кусок мыла с уступа скалы, нависающей над озером.
– Но сначала надо помыться. Разве ты сюда не за этим пришла?
Она начала
– Горячая вода уже смыла с меня всю грязь.
Вульф протянул к ней руку и задержал ее.
– Повернись, я намылю тебе спинку. А потом можешь намылить мою.
Рейна съежилась.
– Нет, не прикасайся ко мне!
– Рейна, я не причиню тебе зла.
– Уже причинил!
– Нет, ты спутала меня с кем-то другим. Я могу сознаться лишь в том, что продал тебя в рабство, охваченный жаждой мести, о чем теперь жалею.
– Но если это не ты сделал, то скажи мне, кто!
– Один из тех, с кем я совершил набег, большего сказать не могу.
Рейна не поверила Вульфу. Конечно, после нападения она мало что осознавала, но четко помнила, как над ней склонился именно Вульф, в этом не было сомнений. Она внезапно вернулась в настоящее, когда его мозолистая рука стала намыливать ей спину, и едва сдержала дрожь. После случившегося с ней она не могла спокойно выдержать прикосновения мужчины. Однако по какой-то причине касания Вульфа не были ей так противны, как она ожидала. Пожалуй, они даже успокаивали.
Но когда Вульф повернул ее к себе и стал намыливать ей грудь, она предприняла попытку уклониться.
– Стой спокойно. Чего ты такая норовистая?
Она выразительно посмотрела на его руки, лежащие на ее груди.
– Ты ко мне прикасаешься.
И хотя руки его были нежными, Рейна ему не доверяла. Мужчинам вообще не стоило доверять. Однако она вынуждена была признать, что от его прикосновений волны неги шли по всему ее телу. Ощущение было… странным: все ее чувства были обострены, а кожа будто натянулась. Когда руки Вульфа стали спускаться по животу и скользнули между ног, она вся сжалась от беспокойства и страха.
– Не трогай меня там!
А когда его пальцы раздвинули ее потаенные складки, Рейну охватила паника. И тут она подумала: то, что сейчас делает Вульф, совершенно не похоже на происходившее в тот раз, когда он ее обидел. Его возбуждающие чувственные исследования ее самых сокровенных мест заставили женщину задрожать. Ее бросило в жар.
– Но я еще ничего не сделал!
Она уперлась руками в его грудь в извечном жесте протеста и ощутила под ладонями густую поросль волос. Она тут же резко отдернула руки, будто обжегшись. Ощущение его покрытой волосами кожи было слишком сильным, слишком впечатляющим. Неожиданно Рейна почувствовала, как его палец скользнул в нее, и она ужаснулась.
– Прекрати!
Он прижался губами к ее лбу.
– Вот теперь я кое-что сделал. Тебе нравится?
– Нет! И ты мне тоже не нравишься.
Он просунул в ее лоно еще один палец.
– У тебя там узко, как у девушки. Ты знаешь, как сильна я хочу быть в тебе прямо сейчас?
Рейна прекрасно это знала и прокляла предающее ее тело. Она выгнулась в попытке вытолкнуть его пальцы из себя и тут же поняла, что не хочет этого. Она чувствовала каждый дюйм его жаркого крепкого тела, его массивный, могучий торс давил на ее нежные груди, длинные мускулистые ноги прижимались к ней, а толстый член уже начинал свой путь туда, где резвились его пальцы.