Любовь викинга
Шрифт:
Вульф подкрался к узкому окну и осторожно выглянул. Он увидел, что к дому ползком подбираются несколько мужчин. Он пересек зал и выглянул в другое окно, на противоположной стороне длинного дома.
– Они приближаются с обеих сторон, – сообщил Вульф. – Похоже, вы правы, леди Майда: они намерены ворваться внутрь и заняться грабежом. Я насчитал человек десять-двенадцать, и все они движутся к входной двери.
– Они хотят не только грабить, – горько произнесла Майда. – Я уверена: они намерены захватить нас в плен, а когда наши мужчины вернутся – неожиданно напасть на них.
Галея и вторая рабыня запричитали.
– Я не позволю такому случиться! – заявил Вульф, но в его словах было больше уверенности, чем в глубине души.
Будто опровергая его заявление, раздался первый глухой удар в дверь, от которого задрожали стены.
– Они пытаются выбить дверь тараном! – воскликнула Рейна.
Дверь снова затряслась, но устояла.
– Оставайтесь на месте, – приказал Вульф. – Они не ожидают встретить за дверью вооруженного норвежца. Я заставлю их пожалеть о своем опрометчивом решении захватить беззащитный хутор.
Неожиданно Вульф осознал, что этот набег Хокона очень похож на неожиданное нападение, которое он предпринял на этот самый хутор два лета назад. Борг и Даг тогда отправились торговать, оставив поселение практически беззащитным перед его бешеным налетом. И то, что теперь он защищает их жилища, могло хоть как-то возместить им же нанесенный ущерб.
Вульф подошел к двери, высоко подняв щит и держа меч наготове. Рейна испугалась за его жизнь: одному ему невозможно отбить нападение двенадцати до зубов вооруженных мужчин, привыкших нести смерть и разрушение. Когда им уже казалось, что дверь вот-вот поддастся, Рейна и ее мать стали у Вульфа за спиной, приготовившись плечом к плечу с норвежцем сражаться с врагом.
– Я ведь велел вам отойти подальше, – шепнул Вульф.
Рейна презрительно фыркнула.
– Защищать свой дом – наше законное право.
Времени на споры уже не оставалось: под напором тарана дверь отлетела в сторону. Вульф одним движением зарубил первого же ворвавшегося в дом воина и приготовился встретиться с разбойниками, переступив через тело их товарища.
Прошло какое-то время, прежде чем Вульфу удалось выгнать нападавших обратно во двор, орудуя мечом и боевым топором. Вскоре он уже сражался снаружи, отражая выпады воинов, решивших во что бы то ни стало убить его. Не успевал он расправиться с одним датчанином, как место убитого занимали двое других.
Вульф не позволял себе допускать даже мысли о поражении: оно означало бы, что женщины окажутся оставленными на милость победителей. Этого не должно было произойти.
Вульф разрубил мужчину, бросившегося на него с боевым топором, а когда обернулся, то чуть не столкнулся с громадным воином – наверно, подумалось ему, это сам Хокон.
– Ты кто такой? – проревел Хокон – а это был он, – размахивая боевым топором перед носом Вульфа.
Вульф поднял щит, принимая на него основную силу удара.
– Норвежец и твой злейший враг.
– Я убью тебя, норвежец. Назови себя перед тем, как умереть.
– Вульф Безжалостный,
– Твое имя знакомо мне, норвежец. Я со своими воинами напал на твой хутор два лета назад. Готовься к смерти!
Вульфа охватила ярость.
– Так это ты убил мою жену! Умри, датский ублюдок!
Решимость придала Вульфу сверхчеловеческую силу. Он упал на одно колено, а когда Хокон навис над ним, нанес удар мечом снизу вверх, вонзив клинок прямо в живот противнику. Когда Вульф выдернул меч из тела Хокона, из раны рекой полилась кровь. Хокон замер, посмотрел на рану и начал медленно заваливаться на землю – еще живой.
Краем глаза Вульф заметил, что слева к нему приближается еще один датчанин. Однако он не мог ничего с этим поделать, поскольку место Хокона занял очередной воин, набрасывавшийся на Вульфа с утроенной силой и решимостью. И хотя у Вульфа из нескольких порезов шла кровь, он ловко избавился от противника. Затем он развернулся влево, чтобы сразиться с ранее замеченным воином, однако увидел, к своему изумлению, что датчанин лежит на земле, а над ним стоит Рейна.
И тут – о ужас! – он увидел, как один из воинов Хокона подбежал к Рейне сзади и нанес сильный удар по ее левой руке. Рана оказалась бы гораздо серьезнее, если бы Майда не издала предупреждающий крик и Рейна не отпрянула бы в последнее мгновение. Взревев, как разозлившийся бык, Вульф метнул свой боевой топор в противника и попал тому прямо в лоб. Датчанин замертво рухнул к ногам Рейны.
К сожалению, даже совместных усилий Вульфа, Рейны и Майды было недостаточно, чтобы противостоять значительно превосходившему их численно противнику. Вульф заслонил собой женщин, приготовившись сражаться до последнего.
И в тот момент, когда им казалось, что все уже потеряно, шум битвы перекрыл боевой клич. Вульф метнул взгляд через плечо и издал свой клич, когда увидел, что к ним бегут Борг, Даг и Гаральд, полностью вооруженные, в испачканной кровью животных одежде.
Мужчины вернулись!
Нападавшие тоже заметили Гаральда и его сыновей и тут же начали отступать. Вскоре отступление превратилось в бегство: они ринулись в южном направлении, туда, где лежали их земли, унося с собой убитых и раненых. Гаральд с сыновьями пустились в погоню, но на краю леса оставили преследование. Когда они вернулись, Вульф, взяв Рейну на руки, нес ее в дом, а за ним по пятам следовала Майда.
– Отнеси ее в альков, – приказала Майда, – а я пока подготовлю все необходимое для лечения.
– Не суетитесь, – попросила Рейна. – Рана неглубокая.
– Какой из альковов твой? – спросил Вульф, не обращая внимания на ее протесты.
– Первый справа. Можешь опустить меня на пол уже сейчас.
– Ни в коем случае!
Он отдернул занавеску и вошел в альков.
В два длинных шага он очутился у кровати и положил Рейну на мягкие меха.
– У меня чуть сердце из груди не выскочило, когда я увидел, что этот воин ранил тебя. Я ведь говорил тебе и твоей матери, чтобы вы не высовывались, а вы вместо этого влезли в самую гущу сражения.