Любовник леди Софии
Шрифт:
Кажется, точно такое же платье было когда-то у ее матери. В детстве София обожала примерять материнские наряды, туфли ли и украшения, часами играя в принцессу. И ее самое любимое шелковое платье было удивительного цвета — в зависимости от освещения оно казалось то зеленовато-сиреневым, то серебристым. Платье, которое лежало сейчас перед ней, было того же удивительного оттенка, с таким же глубоким вырезом а его пышные рукава также украшало тончайшее кружево. Нет, все-таки это платье не могло принадлежать ее матери. Скорее это копия в
Озадаченная и даже слегка напуганная, София сложила наряд и завернула вновь в коричневую бумагу. Кто прислал ей этот подарок? Зачем ему это понадобилось? Совпадение или нет, что это платье столь похоже на платье ее матери?
Прихватив с собой сверток, София тотчас вышла из кухни и решительным шагом направилась к тому единственному человеку, которому доверяла. Позднее, когда она задумывалась над всей этой историей, она сама не могла толком объяснить, что подтолкнуло ее обратиться за помощью к сэру Россу. Ведь до этого она долгие годы привыкла полагаться исключительно на саму себя. Очевидно, это был знак происшедших в ней самой перемен — причем таких, о которых она сама не хотела бы задумываться.
Дверь в кабинет Росса Кэннона была закрыта, и голоса, доносившиеся изнутри, свидетельствовали о том, что у него совещание. Расстроенная, София остановилась перед дверью, не зная, что ей делать дальше. Однако неожиданно в коридоре появился мистер Викери.
— Доброе утро, мисс Сидней, — поздоровался с ней клерк. — Вряд ли сэр Росс готов заслушивать показания.
— Я… я хотела бы поговорить с ним по личному вопросу, — пролепетала София, прижимая к груди загадочный сверток. — Но к сожалению, он сейчас занят, и мне бы не хотелось его беспокоить.
Викери нахмурился и подозрительно посмотрел на нее.
— Мисс Сидней, если не ошибаюсь, сэр Росс однозначно дал понять, что, если у вас возникают вопросы, вы тотчас можете обращаться к нему за помощью.
— Но это дело может подождать, — решительно произнесла она. — Оно не слишком важное. Я вернусь позже, когда сэр Росс освободится. Нет, нет, мистер Викери, умоляю вас, не надо стучать в двери, я бы не хотела ему мешать, — едва ли не простонала София. Однако невзирая на ее бурные протесты, клерк решительно постучал в дверь кабинета.
К неудовольствию Софии, дверь открылась, и она увидела, что сэр Росс провожает до порога какого-то незнакомца. Это был седовласый джентльмен, хотя и невысокого роста, однако весьма внушительной наружности, хорошо одетый. София заметила, что белый галстук у него повязан поверх кружевной манишки. Глаза незнакомца тотчас сосредоточились на ее фигуре, после чего он вновь повернулся к главному судье.
— Теперь мне понятно, Кэннон, — сухо заметил посетитель, — почему вы так спешили как можно скорее завершить наш разговор. Общество этой прекрасной особы для вас намного предпочтительнее моего.
Росс Кэннон тотчас скривил
— Всего вам доброго, лорд Литлтон. Я внимательнейшим образом изучу представленный вами проект. Тем не менее не могу обещать вам, что пересмотрю свою точку зрения.
— Мне нужна ваша поддержка, Кэннон, — произнес лорд мягко и вместе с тем настойчиво. — А после того как я ею заручусь, вы станете моим самым полезным другом.
— Ничуть в этом не сомневаюсь.
Они обменялись поклонами, и Литлтон удалился. Было слышно, как подметки его дорогих туфель негромко зашуршали по натертому полу.
Росс Кэннон лукаво посмотрел на Софию.
— Войдите, — негромко сказал он и провел ее в кабинет. София ощутила на спине тепло его руки.
Сэр Росс предложил ей стул, и она села, держа спину прямо, в то время как он сам вновь опустился в кресло за огромным красного дерева столом.
— Литлтон, — повторила она имя джентльмена, который только что вышел отсюда. — Это, случайно, не тот Литлтон, который занимает пост военного министра?
— Он самый.
— Не может быть! — воскликнула София в легком испуге. — Надеюсь, я не помешала вам? Нет, мистера Викери все-таки следует за это повесить!
Росс усмехнулся в ответ:
— Уверяю вас, вы ничего не прерывали. Я надеялся, что Литлтон покинет мой кабинет еще полчаса назад, так что вы, можно сказать, пришли как раз вовремя. А теперь скажите, что привело вас ко мне. Смею подозревать, это имеет отношение к свертку, который я вижу у вас в руках.
— Прежде всего позвольте мне принести извинения за то, что я вам помешала…
— София, — перебил Росс, глядя на нее в упор, — я всегда готов принять вас. Всегда.
Она смотрела на него и не могла отвести глаз. Атмосфера в кабинете показалась ей душной и накаленной, словно воздух перед летней грозой. София скованно наклонилась вперед и положила сверток на стол.
— Мне его принес Эрнест. Сказал, что его на Боу-стрит утром доставил какой-то человек, который, однако, умолчал о том, кто его сюда послал.
Росс посмотрел на адрес, написанный на лицевой стороне свертка, затем отвернул в сторону коричневую бумагу, и спартанскую обстановку кабинета нарушил шорох и неяркий блеск сиреневого шелка. Лицо главного судьи по-прежнему ничего не выражало, и лишь удивленно поднятая бровь, пока он изучал содержимое свертка, служила свидетельством его истинных эмоций.
— Ума не приложу, кто мог его прислать, — взволнованно произнесла София. — Кроме того, это платье особенное.
И она пустилась в объяснения, рассказав Россу о необъяснимом сходстве между этим загадочным подарком и платьем ее матери.
Когда же она закончила говорить, сэр Росс, который до этого не проронил ни слова, внимательно слушая ее рассказ, откинулся на спинку кресла и задумчиво посмотрел на нее. Софии от этого взгляда почему-то стало не по себе, и она даже поежилась.