Люц 3
Шрифт:
Глава 1
Я проснулся! — и посему требую немедленной бурной всеобщей радости и боготворения.
(Изречение Люцериуса Великолепного Первого и Единственного!)
Послеобеденное время. Невыносимая жара плавила глазные яблоки крокодилам и с хрустом сгибала исходящий паром бамбук. Растекшиеся по плавающим лужам лягушки не квакали, а хрипели, вроде как на своем зверином умоляя принести им холодного пивка или хотя бы бросить в милосердно прохладную купель из кипящего оливкового масла. Вылезший их соленой
Чешлотросово Солегрязье. Обычный ясный день. То самое время спасительной сиесты, когда все нормальные существа прячутся в густом теньке, пьют холодные напитки и дремлют, давая своим телам и душам спасение от безумного пекла.
Но это никак не касалось суматошно мечущейся почти обнаженной зеленокожей девушки в черном купальнике, вооруженной лишь плевательной трубкой. Ее распущенные густющие волосы вобрали в себя столько растительного мусора, что добавили ей маскировки, а пролетающая птица попыталась совершить посадку, но была встречена пробившимся сквозь грязные пряди столь злобным взглядом, что предпочла изменить курс и плюхнуться в воду на радость варящихся заживо крокодилам.
— Я хочу стать богатой. Очень богатой. Самой богатой в мире Вальдиры! — стоящая на скользких бревнах плота, Тефнут яростно и одновременно тоскливо отплевывалась, обеими руками выбирая из волос плети гнилых водорослей.
— Ты это уже говорила! — рявкнул с высокой вышки развалившийся в кресле полуорк установленной посреди плота, сжигаемого безжалостным солнцем. Самого короля от солнца прикрывал навес из пальмовых ветвей — его возвела Тефнут, но нежилось под ним его королевское величество.
— И почему-то с каждой новой минутой я все сильнее сомневаюсь, что будущее богатство можно заработать на склизком плоту посреди вонючего соленого болота — тяжело вздохнула девушка, ударом ноги сбрасывая с бревна мелкого тощего крокодильчика.
— Зря! — уверенно заявил будущий островной король — Ну что? Уже готова к бою?
— А чем я сейчас занималась?!
— Визжала пугливой девицей и пинала крокодильих детей…
— Да я только что завершила схватку с большой змеей! И вышла из нее победителем!
— Я видел — кивнул Люцериус и ненадолго замолк, занятый пристальным оглядыванием болота и пережевыванием пригоршни, обжаренной в щедро перченом меду арахиса.
С трехметровой высоты вышки его королевский взор медленно скользил по мутным водам прибрежного болота Чешлотросово Солегрязье, выискивая подходящую тварь. Их немалых размеров плот, пока пустой и все еще несущий на себе следы прошлой ночной битвы, на последние деньги был отшвартован у самого дешевого причала, увешанного старыми гамаками. В гамаках дрыхли пираты — в дневное время эти пропитанные дешевым черным ромом создания соглашались бодрствовать только в случае абордажа. Денег у авантюристов больше не было, а из всех активов имелось только три солидных бочонка рома и бочка подтухшей солонины. Эти средства позволят оплатить услуги пиратов на еще один ночной вояж, а вот на починку плота денег не было, но Люцериуса это не особо волновало.
Сейчас он был занят другим — воспитанием
— Пора переключиться на дела финансовые — робко напомнила девушка, искренне надеющаяся, что ее пытка сейчас закончится.
Она вышла победителем из первых четырех затянувшихся сражений с превосходящими по уровням и защите противниками. При этом ей самой было запрещено пользоваться снаряжением, а из оружия была лишь изрядно отощавшая еще вчера колода карт и плевательная трубка с истощившимися запасами дротиков.
Заметив всплеск соленой воды в нескольких метрах от плота и уловив очертания немалого веретенообразного тела, полуорк кивнул и величаво приподнявшись, ткнул зеленым пальцем:
— Кинь в него чем-нибудь, кошка. А когда тварь явится дабы сожрать тебя — убей ее! Нам требуется мясо — надо кормить пиратов…
— Сейчас… — подобрав с бревен откушенную от бревна последним врагом большую щепку, Тефнут замахнулась, вгляделась в цель и замерла в испуге — Ты спятил?! Там здоровенный крокодил! Тридцать второго уровня!
— Уровень невелик… все же я слишком милостив к тебе, грязная кошка…
— Я грязна из-за тебя! — рявкнула девушка, продолжая стоять в позе окаменевшего метателя и все еще не оставляя надежд отговорить полуорка от глупой затеи — Извалялась тут в помоях и рыбьих кишках… Люц! Эта тварь сожрет меня!
— Тогда смерть очистит твое тело и душу…
— Нет уж! Слушай… я же не против боя. Я сама хочу стать сильнее и опытнее. Но у меня не осталось ни одной стоящей карты, а в волосах не больше пяти дротиков… Блин! Дротики! В волосах! Я как дикарка!
— Твое тело — твой арсенал — полуорк протяжно зевнул — Зачем еще женщинам роскошные длинные волосы, если не прятать в них отравленные кинжалы, шпильки, дротики и флакончики с огненным ядом? Без этого и женщина — не женщина!
— Это все твои ненормальные фантазии! Нормальные женщины пахнут уточненным парфюмом, в волосах ничего кроме следов отличного бальзама, а ходят они не в облепленном грязью бикини, а в красивых черных юбках и полупрозрачных блузках кремового цвета!
— Полупрозрачная блузка поможет им справиться с крокодилом? — изумился Люцериус — Я всегда знал, что женская мода убийственна… но чтобы настолько…
— Да нет же…
— Вперед, кошка! — рыкнул игрок — И не вздумай проиграть в этой решающей битве. Бросай грязную щепку в крокодила, и пока зубастая смерть плывет к тебе, представь, что ты последняя из группы авантюристов и находишься где-то на нижнем уровне данжа. Выжила только ты. На тебя возложены все тяжкие упования улетевших на плиту возрождения. Вот только ты ранена, ты устала и почти безоружна. Алхимия кончилась. И никто не поможет тебе. Все надежды лишь на собственные силы. Ты, усталая, но несломленная и гордая, стоишь перед надвигающимся на тебя монстром и знаешь, что собираешься не умереть с честью, а победить! Победить любой ценой и любым оружием, даже если ради этого придется забить изумленную таким поворотом событий трехсотлетнюю магессу обычным грязным булыжником, вырванным из вспоротого живота ее верхового кабана! Ты поняла меня, огненная кошка?!