Шрифт:
Новинки и продолжение на сайте библиотеки https://www.litmir.me
— Несколько последних штрихов, Ваше величество! Прошу Вас не шевелиться еще пять минут. Мне осталось подправить тени…
Император недовольно прорычал:
— Я в этой позе торчу уже три часа!
— Дорогой, потерпи немного, — вмешалась Императрица, — маэстро должен завершить работу.
— Если портрет мне не понравится…
— Ваше величество, Вы не окажетесь разочарованы.
— Разочарован? Нет, я обожаю кормить Барсика.
Художник заподозрил
— Прошу покорнейше извинить… Позвольте поинтересоваться, кто такой Барсик?
— Наш домашний ранкор, — с улыбкой ответила Императрица. — Три предыдущих автора портретов Его Величества отправились в яму к Барсику после того, как Император остался недоволен внешним сходством.
Живописец побледнел.
— Но прошу вас не волноваться, я уверена, что такой Мастер, как вы, просто обречен на успех!
Спустя полчаса в Большом зале Императорского дворца на торжественную демонстрацию Высочайшего портрета собрался весь галактический бомонд: свита Императора, фрейлины, министры и армейские сановники. Художник в сопровождении двух офицеров Личной гвардии подошел к спрятанному за белым покрывалом полотну и дрожащими руками сдернул с него занавес.
В зале повисла напряженная тишина. Императорская чета направилась к картине. Портрет был изумителен. Оттенки кожи, черты лица, гордая осанка, обнаженные мускулистые плечи Императора, представшего в образе полуодетого божества – все было передано с ошеломляющей достоверностью, а использованная при написании техника сфумато придавала работе Мастера таинственную загадочность.
— По-моему, это шедевр, — вполголоса произнесла Императрица.
Император тяжело молчал. Затем повернулся и небрежно махнул рукой гвардейцам, стоявшим около художника:
— В яму.
Присутствующие оцепенели.
— Ваше Величество… за что? — в панике упал на колени живописец.
Императрица сочла своим долгом вмешаться:
— Милый, это замечательный портрет…
Император указал на свое лицо:
— Отвратительный. Шрам не на месте.
И действительно, проходящий через пол-лица знаменитый косой шрам Императора, полученный им во время первого свидания с его будущей женой, на картине проходил через глаз, а не через переносицу.
— Какая трагедия… — печально произнесла Императрица. — Но почему же, маэстро, вы сделали такую ошибку?
— Это не ошибка, — кричал художник, пока его волокли по паркету. — Это изюминка, которая должна быть в каждом хорошем портрете, что-то обязано отличаться от оригинала…
— В яму, — повторил свой громовой приказ Император.
Через пять минут с заднего двора раздался нечеловеческий крик.
***
— АААААААААА! – Кайло в холодном поту подпрыгнул на кровати и сел, протирая слипшиеся глаза.
— Я думала ты спишь. — Рей отвлеклась от монитора. — Приснился эротический сон?
— Если бы… Какой-то кошмар. Дай мне зеркало.
Кайло внимательно разглядывал проходящий через щеку по направлению
— Рей, а Рей, — позвал Кайло. — А если бы шрам шел через глаз… Ты бы все равно находила меня привлекательным?
========== Часть 2 ==========
В Главном академическом театре в этот вечер была большая премьера. Пьесу «Последняя надежда Империи», написанную по заказу Его Величества, впервые представляли на суд зрителей. В роскошном, щедро украшенном позолотой зале собрался весь столичный бомонд. До начала оставались считанные минуты, публика гудела и, как обычно, обсуждала последние сплетни.
— А кто постановщик пьесы? — интересовалась у веселой компании скромного вида девушка.
— Да ты че, не знаешь?! Кирус Сильвер, самый модный режиссер метрополии! — отвечала ей развязная, обколотая татуировками юная леди.
— Его же недавно арестовали…
— И тут же выпустили, — заметил приличный молодой человек с комлинком в руках. — Говорят, за него замолвила слово сама Императрица.
— Как хорошо, что Его Величество заинтересовался театром, — шептала одна богато одетая дама из партера.
— И не говорите, — соглашалась ее подруга. — Театр — искусство несомненно более высокое, чем подозрительная мазня, называемая почему-то живопись.
— А я слышал, что у Его Величества просто закончились художники, — грубо вмешался в разговор сидевший рядом немного подвыпивший генерал.
Дамы хотели гневно возразить, но тут заиграли фанфары, и в сопровождении личных гвардейцев в центральную Императорскую ложу вошли Государь с супругой. Все встали, благоговейно приветствуя Императора, военные замерли по стойке «смирно», отдавая честь Главнокомандующему.
Его Величество тяжелым взглядом осматривал зал, а недостаток тепла подданным возмещала Императрица, одаривая публику спокойной и доброй улыбкой. Спустя несколько секунд царствующие особы сели, свет потух, и представление началось.
На сцене кружился водоворот событий, действие было щедро наполнено интригами, загадками, неожиданными поворотами и легкими шутками. Постановка нравилась публике, зрители оживленно реагировали на ту или иную фразу персонажей. Несколько раз, когда создавалась комичная ситуация, зал взрывался от хохота.
В середине второго акта все так увлеклись ходом спектакля, что никто не заметил, как мрачнел Император, хмуро взиравший на происходящее исподлобья. Лишь чуткая Императрица смогла распознать недоброе настроение супруга.
— Милый, у тебя все хорошо? — еле слышно прошептала она, легонько дотронувшись пальцами до руки мужа.
— Хочу поговорить с автором пьесы, — густым басом пророкотал самодержец.
— Мы обязательно с ним встретимся после спектакля.
— Нет, сейчас.
Императрица подала знак ассистенту и, когда тот подошел, почтительно склонившись перед августейшей дамой, прошептала ему на ухо: