Люди Талисмана
Шрифт:
Камар не мог больше говорить, и Старк понял, что ждать ему осталось недолго. Голос ветра напоминал звуки громадного органа. Луна скрылась, и в башне было очень темно, лишь слабо светился снег.
Старк взглянул на мрачные стены и содрогнулся В воздухе уже витал запах смерти.
Отгоняя от себя мрачные мысли, он наклонился к огню и принялся изучать кристалл. Орнамент представлял собой ряд символов. Странный орнамент для короля варваров, жившего на заре развития Марса. Отблески огня играли на внутренних фасетках. Казалось, кристаллик
Старка захлестнула волна непонятного древнего ужаса, он отбросил кристалл прочь. Та часть его души, которая с болью познала путь цивилизации, заставила его сесть и обдумать, что делать с кристаллом, в то время как другая часть жаждала зашвырнуть кристалл в снег как можно дальше.
Талисман! Обещание давным-давно умершего короля о безопасности города. Кусок кристалла, украшенный легендой и мифической верой, – вот и все, что он собой представляет. Свет костра, смешанный с бредом Камара и приближением смерти, повлияли на его воображение.
Всего лишь кусок кристалла…
И все же он все ярче разгорался в его руке, теплый и живой. Он приковывал к себе внимание и завораживал. Ветер бормотал в каменной впадине, и скоро Старку стало казаться, что он слышит голоса, очень слабые и отдаленные, вкрадчиво и незаметно проникающие в его сознание. Старк вздрогнул, охваченный суеверным страхом, и поднял голову. Он вслушивался и вслушивался в тишину, но смог уловить лишь вой ветра, сухой шорох снега и слабое дыхание Камара.
Старк посмотрел на кристалл, заставляя себя не отводить взгляд, но при этом он отвернулся от костра, загораживая его от света.
– Воображение, – сказал он себе. – В подобном месте можно что угодно услышать и увидеть.
. Но кристалл продолжал пылать, как будто теперь, когда свет от костра стал недосягаемым для него, он питался теплом рук человека. Внутреннее свечение фасеток приковывало внимание Старка к темным глубинам, что тянулись где-то вне пространства и, возможно, вне времени.
Тихие голоса заговорили снова – зовущие звуки из неправдоподобного далека, за миллион миль отсюда, такого далека, что ни одно ухо не должно было слышать их.
Но Старк слышал. И на этот раз он слушал их достаточно долго, чтобы кое-что о них узнать, а когда это случилось, он закричал и отшвырнул кристалл от себя. Отшвырнул в животном страхе, потому что понял внезапно; откуда бы ни шел этот голос, как бы ни был связан он с Кушатом, принадлежать человеческому существу он не мог.
Кристалл упал в снег у дверного проема и исчез в нем без звука. Старк поднялся, дрожа всем телом и ругая себя за глупость. Голоса снова исчезли, и он пытался поймать их, убеждая себя при этом, что они были порождением его сверхчувствительности, стремлением найти что-то дьявольское во всем этом… Примитивный абориген был в нем все еще силен. Распознавая в себе эти черты, он часто считал их проклятием и лишь иногда благословением.
Он стоял неподвижно, вслушиваясь в вой ветра, шелест снега, дыхание Камара. Но дыхание Камара замерло.
Старк приблизился к нему и опустился перед ним на колени, страстно желая взять назад свое обещание, и понимая, что сделать это уже невозможно. Он сложил руки Камара на груди в ритуальном жесте и накрыл его лицо краем плаща.
Поднявшись, он сделал над Камаром прощальный жест и пошел к тому месту, куда бросил талисман.
Встав на колени, Старк принялся разгребать снег, но одно из животных, привязанное к стене с внешней стороны башни, пробудилось и зашипело. Застыв, он услышал ответный крик другого.
Работая с отчаянной поспешностью, Старк выкопал дыру и почувствовал гладкую поверхность талисмана.
Вытащив его, он уложил кристалл в пояс, разыскал фляжку около костра и сделал из нее большой глоток.
Потом он принялся ждать, Они подходили, осторожно ступая, мускулистые горные животные, изящно двигаясь среди обломков и руин.
Всадники, высокие мужчины с полными ярости глазами и красновато-коричневыми волосами, не проронили ни звука. На них были кожаные плащи, в руках прямые длинные копья.
Их силуэты маячили вокруг башни, и их было много.
Старк и не подумал доставать пистолет. Еще очень юным он понял разницу между отвагой и идиотизмом.
Он пошел им навстречу, двигаясь медленно, чтобы ни один из них не метнул в него копье, но и не так, чтобы выказать страх. В знак приветствия он поднял правую руку. Всадники не ответили ему. Они сидели на животных и смотрели на него. Старк понял, что Камар говорил правду.
Это были наездники Мекха, и они были волками!
Глава 2
Старк ждал, пока они устанут от собственного молчания, и наконец один из них требовательно спросил:
– Из какого ты края?
– Я зовусь Н'Чака, человек без племени, – ответил Старк.
Такое имя дали ему его воспитатели – аборигены, подобравшие его, осиротевшего после землетрясения, разрушившего общину, которая была его домом. Люди, которые вырастили его среди яркого света, грома и горьких туманов Тусклого Пояса Меркурия. Это имя казалось Старку его настоящим именем.
– Чужой, – сказал главарь и улыбнулся. Он указал на тело Камара. – Ты убил его?
– Он был моим другом. Я вел его домой, чтобы он мог умереть там.
Двое всадников спешились и осмотрели тело. Потом один из них обратился к главарю;
– Он был из Кушата, если я только понимаю в племенах, Тхорд! И он не ограблен, – он тут же постарался исправить это упущение. – Чужой, – снова заговорил главарь, – направлялся в Кушат с человеком из Кушата. Что ж, чужестранец, я думаю, ты пойдешь с нами.