Люгер

Владимиров Денис

Стоянка же была почти забита. Разнообразной техники тут хватало. И вся она в той или иной мере адаптирована под условия Стикса. Пара тайотовских пикапов с пулеметными, сейчас пустующими, турелями в кузовах. Несколько мотоциклов. Военный «Хамви», выкрашенный в песчаный цвет. «Уралы» и «Камазы» увешанные железом и утыканные шипами, окна в решетках. От обилия и разнообразия всевозможных конструкций в глазах рябило. Практически все автомобили прошли определенную модернизацию. Логичность большинства видов апгрейда оставалась за кадром и была под вопросом.

Большим таким вопросом. По мне, осталось еще цирковые шесты прихреначить, а на них пару живых зараженных. Чем не безумный Макс? Внушает? А-то!

Но, удивляло другое. Поражало ли. Чистота, прагматичная распланированность каждой детали ландшафта на территории Форпоста, общий архитектурынй облик всех построек, прекрасный асфальт, четкая разметка, указатели. Сотни и сотни мелочей складывались в картину эдакого порядка, который у нас обычно принято было называть «немецким».

Еще откуда-то одуряюще пахло печным дымом, и сразу зачесалось все тело. А перед глазами явственно возникли клубы обжигающего пара, березовый веник, квас, много кваса. Потом же сидеть распаренному за деревянным столом с литровой запотевшей кружкой хорошего холодного пива это... Это, мать его так, райская картина!

Я закурил, а в поле зрения показались Москвич и Каштан, свежаков уже увели, да и многие рейдеры, кроме водителей, разбрелись по своим делам.

– Люгер, я все у тебя хотел спросить, да времени не было, - вполне бодро скалясь и вращая в разные стороны единственным глазом, сказал заместитель командира, дежурно стрельнув сигарету.

– Спрашивай, - милостиво разрешил я. Опять какую-нибудь хрень придумал. Но сейчас злиться ни на него, ни на Каштана, не получалось. Уже почти своими посчитал?

– Ты что, жрал кого-то?
– ткнул пальцем на мою грудь.

Кровь зараженного пусть и засохла, но все равно залит я был ей порядочно, от подбородка до пояса. С лица смог частично салфетками оттереть, но, похоже, не до конца. И к моей одежде за какие-то двое суток столько этой кровушки прилипло... А личный счет на кладбище вырос нехило.

– Он кусачу почти глотку перегрыз, еле-еле оттащил, - влез подошедший Третьяк.

– Да ну!

– Вот тебе и «да ну», - передразнил его крестный, - Пока ты там херней маялся...

И в красках поведал о происшествии, только с его слов выходило так, будто не меня он от кусача спасал, а кусача от меня.

– Третьяк, - перебил я, - Что с номерами?

– Вот!
– протянул тот ключ с биркой, - Твой семнадцатый, одиночный, должен мне шесть рублей. Я же в соседнем обосновался, там для двоих. И да, без шуточек, - посмотрел на зубоскалов, - Я очень серьезно настроен!

Похоже решил свою судьбу связать с Ирией, с которой всю дорогу ворковал. Каштан хотел было что-то сказать, но в последний момент промолчал. Крестный же продолжил.

– Сейчас покажу тебе, что и где. А вы, бездельники тоже, давайте-ка помогите честно добытые Люгером трофеи до места доставить. Нахапал он - дай дороги! Вдвоем за один раз не дотащим.

– Да, не вопрос, -

неожиданно для меня согласились оба, - С тебя пиво!

– Окей.

Мне не жалко.

Гостиница напоминала типичный американский придорожный мотель. Такое же длинное П-образное одноэтажное здание, симпатичное, будто с картинки, и новенькое. Все вызывало ощущение некой нереальности происходящего. Не ожидал такого.

Номер тоже был вполне себе неплохим. Идеальная чистота даже заставляла почувствовать некое неудобство от того, что грязь с меня только не сыпалась. Огромная двуспальная кровать занимала минимум треть пространства. Вдоль стены вытянулся стол, массивный и широкий - на таком удобно оружие чистить, скорее всего, именно в этом его и предназначение. Над ним дополнительная лампа, несколько розеток и переходники под евро. Шкаф купе. Заглянул в небольшую уборную, обычный стандартный унитаз, хотя я ожидал био, пластиковая кабина душа. Уютно, опрятно, пусть и не пять звезд.

Сумки свалили перед кроватью.

– Каштан, к тебе вопрос, - остановил я уже на выходе рейдеров.

– Жги...

– Хочу часть трофеев продать.

– Да, не вопрос. Прямо сейчас?

– Нет, разобраться надо.

– Тогда давай завтра с утреца и займемся. Цену дам нормальную, но рассчитывай, что себе в убыток я никогда не работаю. Процентов шестьдесят - семьдесят получишь. Расчет произведем в Остроге. С собой я много денег никогда не ношу. Там еще у меня в магазине посмотришь, по бартеру может что-то, можно, вообще, на реализацию товар поставить... Вариантов много, пристроим, короче.

Они вышли, а Третьяк задержался.

– Люгер, про баню я пробил - через часа два будет готова, да и наплыв немного спадет. Предлагаю сначала туда забуриться, а потом пожрать и рейд отметить. Раньше все равно у них только перекус небольшой. Готовят еще. Плюс, тебя точно никуда дальше порога не пустят, пока себя в порядок не приведешь. Вид, конечно, боевой... Но... Помойся хоть немного и переоденься...

– Договорились, - согласился я с расписанием проведения досуга.

Закрыв дверь на массивную щеколду, первым делом распаковал лэптоп и другую электронику, поставил на зарядку. Затем достал из сумки, перепачканной в засохшей крови неандертальца, упаковку с нижним бельем, масхалат, сланцы. Огромное чистое махровое полотенце уже имелось в душе, на него сразу обратил внимание.

Снял РПСку, затем скинул бронежилет. Вот интересно, его тоже выкидывать? Нет, лучше пока в отдельный пластиковый мешок под мусор упакую. Во второй без всякой жалости отправил и «Горку», и футболку, и прочую одежку, от которой только сейчас почувствовал такой густой запах гнили, пота и еще чего-то мерзкого - едва не до тошноты. И всего-то в ней находился двое суток. Освободил все подсумки от содержимого, выбросил и их. Подумал и мародерку, понятное дело пустую, вместе с ременно-плечевой системой без всякой жалости сунул поверх, напоследок водрузил ботинки. Завязал и первый, и второй пакет на узел.