Люсипаф
Шрифт:
Пафнутий увидел лежащую Люси, и сердце его колыхнулось.
"Красива!
– екнуло у него в груди.
– И умна!" - вспомнил он Фефелины слова.
– А ведь, Люси, - говорил он, приближаясь к ней.
– Ты хотела нас всех по очереди... Теперь вот, сама.
Пафнутий не то трясся, не то ежился. Казалось, что он потерял ясные очертания. И будто все вокруг него то проникало в пределы его бренного тела, то, наоборот отступало, и тогда тело Пафнутия занимало опустевший объем. Подруга и Женечка, однако,
– Хотела, Владик, хотела, да не смогла, - появился из-за дверей Фефела.
– Итак, время! Все замерли.
– Цока!
– громко сказал Фефела.
– Готово! крикнул в ответ Лопоухий.
– Понесли!
– распоряжался Фефела.
– Да бросьте вы Владика. Он уже в порядке. Юра, беги заводи мотор, пока прогреется...
– У-гу, - хмыкнула Подруга, откинула назад волосы, поправила очки, чмокнула Женечку в щечку и грациозно выбежала вон.
– Взяли, - командовал Фефела.
– Цока со мной в ногах, вы двое, Владик, Дима - за голову. Женечка, ты с Юрой останься, чтоб он не один.
– У-гу-гу, - довольно заворочался Маргинальный Морг.
– Понесли!
– окончательно скомандовал Фефела. Они подняли тело Люси и понесли. Машина была уже заведена, и, только они погрузились, тронулась в путь.
У собора остановились. Зигфрид выскочил и сорвал замок на решетчатой калитке. Быстро подхватив тело, вбежали они по ступенькам под колоннаду. Тут уж были прочные потемки. Зигфрид отбил еще один замок, и они стали взбираться по винтовой лестнице. Глаза быстро привыкли к темноте и различали ступеньки, выемки в стене и бледную Люси, плавающую по шару.
"Сейчас как оживет!" - думал со страхом Лопоухий. "Зачем я тогда баллон надувал?!"
Пафнутий смотрел на Люси и не мог успокоиться. То ему казалось, что она его пивным настоем уходила и тащит наверх, чтобы сбросить оттуда, как мешок с дерьмом. А то, казалось ему, что он...
– Стоп!
– скомандовал неожиданно Фефела.
– Дима, здесь лестница?
– Я!
– вытянулся Зигфрид.
– Я спрашиваю, лестница здесь?
– нервничал Фефела.
– Так, - начал Зигфрид.
– Прямо сюда.
– Цока, где баллон?
– Вон, болтается в колоннаде!
– А-га, увидел Фефела.
– Вот туда мы и потащим.
Люси как будто дернулась, и все мгновенно замерли.
– Вперед!
– опомнился первым Фефела. И все, как один, послушные слову, двинулись вверх. Ветер свистел, жужжал, шелестел, стучал куском отрывавшейся крыши и вырывал саркофаг из рук. "Не спеши, Люси!
– успокаивал ее про себя Фефела.
– Сейчас прицепим тебя к баллону и полетишь. Потерпи еще чуток, девочка. Потерпи!"
Пафнутий споткнулся, и выпустил шар из рук. Тело накренилось, ветер ударил тут же вбок, но Зигфрид быстро ухватил шарик с Пафнутьевой стороны, и все миновало. Из-под ног исчезли последние ступеньки.
–
– выдохнул Лопоухий.
– Вот баллон!
– Ткнул он пальцем в раскачивающийся у всех на виду огромный шар. Потом быстро обвязал саркофаг с Люси вдоль, поперек, сикось-накось и отрапортовал:
– Готово!
– Молодец!
– похвалил его Фефела, и Лопоухий расплылся. Владик, - начал Фефела.
– Вот топорик, руби! Через тебя это сокровище вошло в нашу жизнь, ты от него нас должен и избавить. А мы тебе только советники, да помощники. Руби!
Пафнутий взял топорик и секанул по веревке. Одна, другая - лопались связи Люси с землей. И вот - последний взмах.
– Все!
– выдохнул Пафнутий. Шар качнулся и нерешительно выплыл из убежища колоннады на простор. Ударил ветер, он схватил шарик и, играя им, как игрушкой, понес его к морю. Там под шаром раскачивалось, как попало, на ветру в маленьком пузатом саркофаге тело Люси. И все было как всегда.
* * *
Спускались без приключений. Только Пафнутию показалось, что все ангелы ожили, а сам он попал в рай. Перебегая от одного к другому, Пафнутий с радостью рассказывал, что его жена, его Люсенька полетела.
– К вам полетела, - объяснял Пафнутий, - Господа Ангелы!
Но затмение это продолжалось недолго. Когда он окрестил Фефелу, Лопоухого и Зигфрида чертеносицами, то получил от последнего страшную затрещину, вмиг его отрезвившую.
– М-да, - стонал он, почесывая ухо.
– М-да-а... На земле ждала в машине
Подруга, и, усевшись, все пятеро помчались домой к Маргинальному Моргу. Подруга и Женечка быстро напичкали Пафнутия снотворным и уложили в кровать, а сами, всласть нацеловавшись, присоединились к заседанию, проходившему возле лежбища Маргинального Морга.
Пафнутий спал и снилось ему ничто иное, как одна и та же навязчивая сцена. Будто Астрал согласился ему снять порчу. Но с такою платою, что Люси станцует с ним ламбаду.
– Ну...
– начал было Пафнутий, но почему-то сразу же против своей воли сказал: "Да!"
И порча уже неизвестно где больше. А в облаках сверкает его Люси в сумасшедшем эротическом танце. И партнером у нее Астрал.
Пафнутий очнулся. Отер холодный сухой лоб, и увидел не менее, чем во сне, потрясшую его картину.
Маргинальный Морг, вскочив со своей лежанки, лихо ходил по комнате, словно куда-то торопясь.
– А как же твоя разбитая чашечка, Юра?
– спросонья пролепетал Пафнутий.
– Да не разбивал я никакой чашечки!
– закричал Маргинальный Морг и превратился в черт-те знает что и сбоку бантик.
– А-а, - протянул, исчезая, Пафнутий. И один за другим персонажи рассказа начали испаряться, будто таяли на глазах у автора, или, если угодно, лопались, как свежие воздушные шары. Так: ба-ац!