Мафия
Шрифт:
Это была тесная комнатенка с серыми унылыми стенами. У одной приткнулся письменный стол, у другой — канцелярский шкаф, в углу стоял охладитель воды, и только посреди комнаты небольшое пространство на полу, покрытое черным линолеумом, оставалось ничем не занятым. Коротенький, толстый человечек с красным лицом поднял глаза из-за стола, на котором лежали раскрытые бухгалтерские журналы, и спросил:
— Ну? — И взмахнул руками, перепачканными чернилами.
— Меня послал Меннер, чтобы увидеться с вами, — ответил Паркер. Он попытался было закрыть за собой дверь, но бармен, явившийся за ним следом, уже
Краснолицый коротышка тем временем произнес:
— Меннер? Ха! Меннер? Меннер мертв!
Паркер согласно кивнул:
— Я знаю. Но Грисетти сказал, что вы его не знаете, поэтому мне следует использовать имя Меннера.
— Грисетти? Ха! А кто это такой?
— Он принял дела после Меннера.
— И он послал вас сюда? Почему? Что, во имя дьявола, мне делать с этим Грисетти? Что для меня значит этот Грисетти?
— Вы направили Меннеру того малого, Стерна, — напомнил Паркер. Бармен стоял точно позади него, прислонившись к дверной раме.
— Стерн, Стерн... — бормотал краснорожий недомерок. — Точно, я посылал его. Он скурвился, хм? Эта сволочь Паркер шлепнул его... как вам это нравится?
Паркер пожал плечами:
— Он убил и Меннера тоже. — Его пока не волновал коротышка — Паркер решал, что ему делать с барменом.
— Точно, он убил Меннера. Они говорили мне, что он, возможно, нагрянет и сюда. — Краснолицый толстяк коротышка прищурился, глядя на Паркера. — А вы как думаете?
— Нет, мне так не кажется.
— Что он может иметь против меня? Меннер вычислил его, да, а Стерн пытался убрать его с дороги, но я-то что сделал этой сволочи? Ничего. Мне было сказано послать киллера к Меннеру во Флориду. Что я и сделал. Я даже не знаю, что нужно было там делать этому киллеру, и ровным счетом не имею ни к чему никакого отношения. Поэтому, думаю, что эта сволочь не станет беспокоиться на мой счет. Я ему до лампочки, верно?
— Может быть, — неопределенно отозвался Паркер.
— А может, вы — это он? — предположил краснорожий. — Ха? Что, горячо? Вдруг он — это вы? Возможно, мне следует распорядиться, чтобы Джонни обыскал вас?
— У меня при себе пушка.
Коротышка ухмыльнулся в ответ и опустил голову, умножив тем самым количество своих подбородков. Было видно, он веселился от души.
— Вооружен? Ха!
— Это пушка Стерна, — объяснил Паркер. — Я принес ее вам назад, 25-го калибра, с глушителем. Джонни может залезть ко мне в правый карман и найдет ее там. — Паркер ждал, когда Джонни подойдет к нему сзади совсем вплотную.
Но краснорожий в ответ замахал руками:
— Не-а, зачем? Мы что, враги? Мы что, животные в джунглях? Просто снимите куртку — и это все! Здесь такая жара — зачем вам преть в куртке? Давайте мне...я ее повешу.
Паркер пожал плечами. Он снял куртку, протянул ее было Преподобному Клайру и как бы ненароком уронил на пол, прежде чем святоша Клайр успел принять куртку, из его рук. Хрюкнув, Преподобный Клайр автоматически нагнулся за ней — и в этот момент Паркер пнул его в лицо; рука его нырнула в карман костюма, когда он начал разворачиваться, и вынырнула вновь с кургузым пистолетом 38-го калибра весьма внушительного вида. Джонни сделал шаг от двери, но, завидев пушку, тут же остановился.
— Обратно к двери, Джонни! — приказал Паркер. — Прислонись
Джонни встал точно так, как ему было ведено. Лицо его оставалось бесстрастным. Преподобный Клайр недвижно валялся на полу. Паркер дотянулся до дверцы в шкафу и обнаружил, что она заперта. Он вначале немного встревожился, когда не увидел сейфа в комнатенке, но сейчас у него полегчало на душе: святоша Клайр держал наличку в запертом канцелярском шкафу. Уж очень он был самоуверен, этот Преподобный Клайр!
Паркер опустился на одно колено, следя за Джонни и обшаривая одновременно карманы святоши, пока не нашел в них связку ключей. Было бы легче завести Джонни в комнату, вырубить его и закрыть дверь, но вряд ли это выглядело бы разумно. Тот негр на кухне, должно быть, держит ушки на макушке — ему наверняка известно, что все в порядке лишь до тех пор, пока Джонни маячит в дверном проеме. Паркер во время работы любил оставлять вещи — по возможности, конечно, — такими, какими они были на самом деле.
Открыв левой рукой шкаф, он начал открывать и выдвигать ящики. В самом нижнем оказалась зеленая металлическая шкатулка. Паркер вытащил ее. Она оказалась тяжелой. Поставил на стол и нашел в связке ключ, который к ней подходил. И обнаружил там столбики мелочи сверху на подносе. Он вынул и отложил поднос в сторону — мелочь его не интересовала. На дне шкатулки лежали пачки бумажных денег. Паркер вытащил бумажник из пиджака Преподобного Клайра и бросил его в шкатулку, затем опять взглянул на Джонни:
— Давай, лапотник, и твой тоже! Джонни шевелился очень медленно, просовывая руку под передник в задний карман и извлекая оттуда потрепанный коричневый кожаный бумажник. Паркер распорядился:
— Бросай на стол, да поосторожней!
— У меня там целая куча бумаг, — сообщил Джонни. — Водительские права и прочее.
— Вот и хорошо, — отозвался Паркер. Они дополнят те документы, что достались ему от игроков в покер. Подлинные бумаги всегда пригодятся. Он бросил бумажник в шкатулку и закрыл крышку. Затем переложил пушку в левую руку, правой поднял шкатулку и опустил ее на голову Преподобного Клайра. Раздался глухой, отдавшийся слабым эхом звук. Когда Преподобный очухается, то обнаружит, что находится уже в больнице.
Паркер поставил шкатулку на пол, надел куртку и опять поднял шкатулку.
— А сейчас, — произнес он, — мы будем отсюда выбираться. Нам предстоит пройти через кухню, далее через черный ход, и тебе ну уж никак не захочется обмолвиться хотя бы словечком с тем малым, что возится у плиты, даже слова “привет” он от тебя, Джонни, не дождется. Ты понял меня?
— Пока нет, но до меня дойдет позже.
— Не стоит лезть на рожон, Джонни, ведь ты всего лишь работаешь здесь — и только.
Джонни показывал дорогу, а Паркер, нежно прижав металлическую шкатулку к груди, шел следом. Они вышли в коридорчик и свернули направо, чтобы пройти через кухню. Негр потел у моечной машины, запуская с одной ее стороны грязные тарелки и вытаскивая чистые — с другой. Мойка производила достаточно шуму, и негр даже не заметил, как они прошли мимо. Кухня была полна пара от мойки, и благодаря этому воздух на улице даже показался более сырым и холодным, нежели прежде.