Мафия
Шрифт:
Женщина пожала плечами. Видно было, что все это ей совсем не интересно. Она знала, что Стерн расколется еще до того, как она успеет заняться им всерьез. Знал об этом и Паркер. Да и Стерн тоже. Он сообщил:
— Джим заправляет клубом в Бруклине. На Кингс-Хайвей возле Ютика-авеню.
— Как называется клуб?
— “Три короля”. — Стерн опять закрыл глаза: всякий раз, как он это делал, то начинал смахивать на труп. Помолчав, он повторил: — Ты убиваешь меня, мужик. — Голос прозвучал устало, но и только.
— Значит, тот тип Меннер? — удовлетворенно отметил Паркер. — Предполагалось, ты
— Да, — ответил Стерн.
Паркер кивнул на телефонный аппарат:
— Вот телефон. Звони ему!
Стерн поднялся с пола, сел на стул, моргнул и поднес руку синяку на виске. Снова моргнул, отнял руку и горестно посмотрел на пятно крови, запекшееся на ладони.
— Может, я схлопотал сотрясение мозга, — жалобно предположил он.
— Давай-ка не тяни резину, — посоветовал Паркер. Стерн с трудом поднялся со стула, держась за спинку. Он двигался так, словно у него кружилась голова. Покачнулся, когда отпустил стул, и чуть было не упал. Поскольку это случилось по дороге к письменному столу, на котором стоял телефон, Стерн сделал несколько шагов и, пытаясь сохранить равновесие, оказался наконец у цели и с облегчением прислонился к стене. Он поднял трубку, словно та была непомерно тяжелой, и начал набирать номер, взглянув на Паркера, спросил:
— Что мне ему сказать?
— Скажи, что Паркер мертв.
Стерн набрал номер и поднес трубку к уху. Его глаза были тусклыми, пока он дожидался ответа. С середины комнаты Паркер услышал щелчок и механический шелест голоса на другом конце провода. Киллер произнес в трубку:
— Это Стерн! Можно мне Меннера?
Опять послышался шелест, затем последовало молчание. Стерн в изнеможении прислонился к стене — пот градом струился по его лицу, а глаза, видел Паркер, заметно мутнели и мутнели.
Наконец в телефоне вновь послышалось металлическое бормотание, заставившее Стерна очнуться. Он весь напрягся:
— Меннер? — Глаза его прояснились, в них загорелся лихорадочный блеск. Он облизал губы. Казалось, его насквозь пронизывала нервная дрожь.
Паркер, не сводивший с киллера глаз, догадался, что тот вот-вот выложит Меннеру всю правду-матку, и свирепо прошептал:
— Вспомни про женщину, Стерн! Тот сразу как-то обмяк и после минутного молчания наконец заговорил:
— Дело сделано. Он мертв! — В трубке раздались булькающие звуки — видимо, на том конце провода что-то уточняли. — Нет! Никаких проблем! — Голос Стерна был ровным и безжизненным, как и его глаза. — Да. Хорошо! Пока!
Проговорив это, он все еще стоял, прислонившись к стене, опустив голову и не отнимая трубку от уха. Паркер подошел к нему, взял ее и, положив на рычаг, задал вопрос:
— Куда ты только что звонил?
— “Флорал-Корт”. Рэмпон-бульвар.
— Номер дома?
— Двенадцать. “Флорал-Корт”, двенадцать.
— Сколько там еще людей?
— Пять или шесть человек, играют в покер.
— Ладно. У тебя с собой есть деньги? Стерн! Очнись! Я спрашиваю, есть ли у тебя при себе какие-нибудь деньги?
— При себе — нет!
— Где ты сможешь получить их — там?
— Да. — Киллер вел себя сейчас так, словно был накачан наркотиками.
— Думаю, тебе лучше побыстрей
— Да, — автоматически согласился Стерн.
— Уверяю, ничего хорошего не выйдет, если ты вновь попытаешься покончить со мной. Не стоит рыпаться — это просто не сработает. И для мафии в любом случае теперь это не будет иметь никакого значения. Они докопаются, что у тебя произошла с первого раза осечка, и решат, что на тебя нельзя полагаться.
— Да, — кивнул Стерн.
— А сейчас уноси-ка, парень, ноги! — распорядился Паркер.
Стерн оторвался от стены, но тут же внезапно остановился. Его зрачки закатились куда-то под лоб, и он как куль рухнул на пол лицом вниз.
Паркер раздраженно покачал головой, кивнул Бет:
— Обожди здесь!
Он натянул трусы и штаны, ухватил Стерна за плечи и поволок его к двери. Затем открыл ее и выглянул наружу. Был без пятнадцати четыре утра, в холле ни души. Паркер поволок Стерна к противоположному концу холла, открыл дверь, ведущую на внутреннюю пожарную лестницу, потом затащил Стерна на площадку и закрыл за собой дверь. Площадку тускло освещала матовая лампа, дававшая возможность увидеть нижний проем лестницы.
Паркер приткнул киллера к углу стены и нащупал пульс, бедняга еле дышал. Когда он упал второй раз, то скорее всего опять приложился синяком на виске, и теперь ссадина слегка кровоточила.
— Умирай где-нибудь в другом месте, парень! — недовольно буркнул Паркер. Он ущипнул его, ударил кулаком по ребрам, а затем зажал пальцами ноздри. Стерн слегка очухался, но по-прежнему вел себя как пьяный. Его глаза были несфокусированы, и если бы Паркер спросил, как его зовут, то вряд ли он услышал бы вразумительный ответ. Как и на другие вопросы: какое сегодня число, в каком он находится городе, когда родился... Но до него доходили простые приказы, и он мог еще заставить двигаться свое тело.
Стараясь говорить как можно тише, Паркер приказал:
— Поднимись на ноги!
Стерн попытался, но самостоятельно этого сделать не смог. Паркер помог ему распрямиться. Оказавшись на ногах, Стерн смог стоять, только опершись рукой о стену. Голова его поникла, упираясь подбородком в грудь, глаза были полуоткрыты. Слушать он тоже был в состоянии. И Паркер обратился к нему:
— Я сейчас выйду за дверь, а ты начинай спускаться вот по этим ступенькам. Ты слышишь меня? Как только я выйду за дверь, начинай спускаться вот по этим ступенькам!
Стерн понимающе кивнул.
Довольный, что добился хоть этого, Паркер отступил назад, открыл дверь, остановился в проеме и проследил, как Стерн сделал первый шаг по направлению к уходящим вниз металлическим ступеням. Затем повернулся, закрыл за собой дверь и стал уже пересекать холл в обратном направлении, когда услышал у себя за спиной глухой стук упавшего тела:
Стерн все же не удержался на ногах.
Паркер вернулся в номер и обнаружил, что он пуст. Нахмурившись, огляделся и увидел, что и пушка 32-го калибра исчезла. Но пукалка 25-го калибра с глушилкой все еще была на месте. Паркер стоял, глядя туда, где только что лежал его собственный пистолет, и размышлял, что было на уме у женщины. Скорей всего шантаж!