Маг

Соломенный Илья

На меня с интересом пялились все встреченные нами орки. Они тыкали в мою сторону пальцами и негромко переговаривались. У большинства вид был достаточно довольный – видимо, прибытие гостя-человека частенько значит неожиданно приятный ужин. Стараясь не думать о том, что меня скоро могут сожрать (подобная мысль граничила с паникой, допустить которой было нельзя ни в коем случае), я глазел в ответ, пытаясь прикинуть – что я смогу наколдовать?

По всему выходило, что почти ничего. При желании, смогу на небольшом расстоянии порезать паре-тройке орков горло. Или поджечь что-нибудь небольшое, ускорить рефлексы и обострить реакцию на короткое

время – но не более того. И всё то, что я мог сделать, на текущий момент было абсолютно бесполезным.

По пыльным и не слишком чистым улицам (хотя по сути это было просто пространство между домами) мы добрались до «Большого дома». Здесь, как и в большинстве домов, двери не было – входной проём закрывала шкура неизвестного мне животного. Откинув полог, Баркот смело вошёл внутрь, Чемак толкнул меня в спину, и я устремился следом за шаманом. Внутри царил полумрак – немногочисленные оконные проемы были завешаны. Дом был одним большим помещением, с большой жаровней по центру, над которой виднелся люк-вытяжка. Рядом стоял грубо сколоченный длинный стол с нехитрой утварью на нем – большая глиняная кружка, бурдюк для воды, нож, несколько кривых блюд. Вокруг кто-то заботливый расставил более-менее квадратные валуны (неплохо так отполированные), видимо, игравшие роль стульев.

Чуть поодаль виднелось множество расстеленных шкур, и еще одно каменное ложе, но на этот раз с претензией на изящность. Под прямым углом в гигантской каменной глыбе было вырезано что-то вроде седалища. Все это дело было покрыто шкурами (в том числе – похожими на тигриные), и по сравнению с остальной обстановкой подобный «трон» действительно контрастировал.

На нём, кстати говоря, почивал местный лидер – это было понятно сразу по внешнему виду. Орк был выше меня и Баркота почти на голову. При его мускулатуре и свирепой роже он выглядел настоящим монстром. Предплечья вождя украшали широкие кожаные браслеты (с нашитыми стальными лезвиями) выкрашенные в красный цвет. На нем тоже были короткие штаны и жилетка, как и на шамане, но во-первых: они тоже были красными; а во-вторых – у вождя было что-то вроде нагрудника, закрывающего, почему-то, только одну грудь.

Клыки, в отличие от Баркота, у вождя были целыми – и куда как длиннее, меду прочим. Лицо уродовал старый шрам, протянувшийся наискосок через всё лицо – от правой брови к левой скуле. Видимо, в тот раз по орку серьезно попали – один глаз был открыт лишь наполовину, а вместо носа зияли две, неровно заросшие кожей, дырки. Под рукой у хозяина дома лежал массивный двусторонний топор.

– Живи, Задролл, – приветствовал вождя шаман.

– Живи, Баркот. Кто с тобой? – не стал расшаркиваться тот. Голос у него был словно рык.

– Магик. Вёсла грят, с Басога.

– От старого, а?

Шаман пожал плечами, и повернулся ко мне:

– Откуда магик?

– С последнего острова на востоке, – я махнул рукой в нужную сторону.

– Басог, – кивнул вождь, – А старый магик?

– Там, – подтвердил я, не уточняя о его частых отлучках.

– А ты?

– Ученик.

– А?

– Молодой магик. Эээ… Помощник!

Вождь кивнул, и вновь обратился к Баркоту:

– Где нашёл?

– В Кай-нор-каш. Плыл к празднику, опоздал. Подхожу с востока к острову – а там магик всех поубивал.

– Всех?! – в тёмно-коричневых глазах Задролла блеснул интерес, смешанный с яростью, когда они вновь впились в меня.

– Не, брешу, – сознался шаман, – три десятка, четыре. Вёсла

считают, я скажу потом. Заплавил в прозрачный камень столько наших, ууу! Красиво. Остальных порубил. Мясо.

– А праздник?

– Будет еще один, – пожал плечами шаман, – А это день грусти теперь.

Слушая их, я потихоньку начал понимать, о чем они говорят такими рублеными фразами. Смысл слов был ясен, но без контекста сообразить о чем речь бывает тяжело. И вот теперь я допёр до того, что случилось. А когда понял – окончательно осознал, что спастись не удастся.

Баркот не искал меня специально – он плыл на тот остров, где я столкнулся с орками, на праздник! Просто немного опаздывал. Видимо, то жертвоприношение моряков было в честь торжества! А я его сорвал – и поубивал кучу жителей деревни. Вот ведь… Гадство. Сомневаюсь, что такого урода (а в глазах орков я был именно им) отпустят под какой угодно залог. Чёрт! А я уже было придумал, на чём можно сыграть. Может быть, ещё не поздно?

Пока я думал о сложившихся обстоятельствах, Баркот закончил рассказывать вождю, что случилось в деревушке Кай-нор-каш.

– Магик твой, – махнул рукой Задролл, – Что сделаешь?

– Съедим, – решительно заявил шаман. Вот ведь заладил! Слышать подобное, да ещё и с таким спокойствием произнесенное – всё равно, что уже лежать на разделочной доске! – Но сначала говорим.

– С ним? – удивился вождь, – он же головастик, ёшак! Что хочешь он скажет тебе?

– Про Басог говорим, – Баркот был невозмутим, – Девять раз поле убирали, после быть там. Много времени.

– Много времени «прошло», – встрял я. Судя по всем, я чем-то понравился шаману, и он не стремился заткнуть меня, если я открывал рот. И если я его добыча – наверняка именно он решит мою судьбу (это следовало из слов вождя). Так не стоит ли попытаться… отсрочить момент смерти хотя бы чуть-чуть? Пока мозг не придумает, как мне спастись.

Орки одновременно повернулись ко мне.

– А?

– Много времени прошло. Пройти, назад, не вернуть, – пояснил я невозмутимо, – Правильно сказать – «много времени прошло».

– Много времени прошло, – повторил вождь, словно пробуя фразу на вкус, и повторил её ещё пару раз, – Хорош, магик, красиво говорить! Хорош! Откуда базлать по-нашему успел?

– Не «успел», а «научился», – Баркот, не утерпев, решил блеснуть эрудицией. Вождь, недовольный тем, что его поправляют, угрюмо посмотрел на шамана, и тот пожал плечами, – Магик сказал. Красиво говорить, да. Магик, где язык узнать?

– Книги читать. Про старых орков, – пояснил я.

– Каких старых? Бахшазан, Маркул?

– Таких не знаю. Знаю историю. О Шарахе «Молоте Севера». Слыхали о таком?

– Не. Кто Шарах?

– Воин-орк. Тысячи людей убил. Давно. Далеко на севере.

– Врёшь? Не слышал, – подозрительно сощурился вождь.

– Не вру. Был такой!

– Расскажи! – потребовал Задролл. И я заговорил.

Этот случай был одним из немногих, детально задокументированных в архивах истории после Перелома. С ним я ознакомился уже здесь, пока изучал оставленную мне Учителем библиотеку. Орк по имени Шарах был одним из немногих, кто выжил в череде катаклизмов, потрясших континент. Вместе с парой сотен своих соотечественников после Перелома он поселился в южной части тех мест, что сейчас называют Аластонским королевством. Несколько лет орки обживались, но неплодородные земли и отсутствие живности не позволили им остаться. И орки направились на север.