Магистр
Шрифт:
А когда она за обедом назвала красавицу дочкой, я чуть не подавился стряпней Багета. Мир точно перевернулся с ног на голову.
Только после чая мне удалось прояснить недоразумение по поводу собственного имени. Оказалось, что темные грольды, в языке которых с гласными звуками имелся явный перебор, так называют смертельного противника своего господина – Черного призрака.
Предположение, что девушка не из Долины, подтвердилось. Свой мир она назвала Яркодома, что в дословном переводе с древнего языка означало «земля, где много солнца».
Хакиса росла сиротой и воспитывалась
Два года, проведенных у хозяина деревни, показались девчушке адом. Приходилось терпеть издевательства ото всех. Каждый, от простой горничной до управляющего имением, считал своим долгом загрузить Хакису работой и наказать за недобросовестное выполнение. Но по-настоящему худо стало, когда смуглянка покинула дом барона.
К Ранкипу иногда по ночам заезжал темный грольд Ююэй поиграть в карты. Никто из прислуги в глаза не видел таинственного гостя и не заходил в гостиную во время его визитов. Однако в тот злосчастный день девушка сильно повздорила с кухаркой и по ее приказу была вынуждена отнести игрокам кофе. Конечно, девушку «совершенно случайно» забыли предупредить, что поднос нужно оставлять у двери.
Хозяин дома хотел убить Хакису на месте, но его партнер по игре предложил поставить нерадивую служанку на кон. Так год назад она стала собственностью грольда, но о своей жизни у последнего рабовладельца говорить просто не могла.
Ненависть к хозяевам и желание убежать от них смуглянка носила в себе постоянно, однако возможность реализовать задуманное появилась не скоро. Ююэй вчера ночью отправил свою рабыню к другому грольду, Июаю. Чтобы Хакису по дороге не растерзали ночные твари, сотворил над ней какое-то заклинание. Да только не посчитал нужным сказать, насколько оно долговечно. Девушку спасло лишь то, что действие черного волшебства угасало постепенно. Сначала мороки ее даже не видели, потом заметили, но не могли приблизиться, а перед тем, как лавина воды накрыла девушку с головой, самые ретивые уже начали доставать когтями одежду.
– Я шла к Июаю, чтобы передать два послания. Первое – о мракогоне, который вышел на цель, а второе – о скором прибытии в Долину какого-то Люциферга.
– Ого! – Я даже присвистнул от неожиданности. – А у нашего врага связи что надо! Про это чудовище мне в Тангоре таких ужасов наговорили, что, если они хотя бы наполовину правдивы, можно смело зачеркнуть на карте Долины все названия и оставить только одно – Гиблые пески.
– Не спеши впадать в панику. В Тангоре твой Люциферг может хоть самим дьяволом быть,
– Чем же его Черный призрак в наши края заманил?
– Ему обещали возвращение домой, – ответила девушка на мой вопрос.
– Еще одному миру грозит каюк, – сказал я. – Хакиса, ты-то откуда все знаешь? Неужели хозяин был настолько откровенен с обычной рабыней?
– Он просто не знал, что я выучила их язык. Да, чуть не забыла самое главное. Сегодня ночью Ююэй хвалился покончить с Сержем. – Первый раз красавица назвала мое имя правильно.
– Ну, это мы еще посмотрим, – с нескрываемым вызовом заявила ведунья. А когда Гарпина в сердцах…
Количество костров вокруг озера утроили. Буквально через каждые десять метров по всему периметру расположились видимые и невидимые берты. В течение двух часов один из волшебников находился на боевом дежурстве.
– Через такое оцепление мышь не проскочит, – пообещала хозяйка острова.
До вахты Эльруина, начинавшейся в полночь, мы долго разговаривали, а потом я, шнырик и Хакиса отправились в избушку. Зверьку не дали выспаться разборки женщин по поводу занавесок, а у меня, как и у беглянки, прошлая ночь выдалась бессонной, и глаза просто слипались.
– Спокойной ночи, – пожелал я смуглянке, но ответа уже не услышал, поскольку провалился в забытье.
Под ногами расстилался песок кирпичного цвета, вдалеке виднелись невысокие заросли сухого кустарника, а над головой – невообразимый хаос из массивных туч, постоянно меняющих форму и движущихся с огромной скоростью. Похоже, меня занесло в поля Инсалта – место, где я впервые увидел Соньку. Встречающих на этот раз не наблюдалось. И куда прикажете идти?
Словно в ответ на мой невысказанный вопрос раздался пронзительный свист, и в небе появилось ядро, летящее в мою сторону. Приняв горизонтальное положение, я постарался максимально вжаться в землю.
– Ну чего разлегся? Ты и так сейчас спишь, а наблюдать себя, любимого, спящим во сне – это перебор. Пора прекращать тунеядством заниматься, – раздался возле самого уха насмешливый детский голос.
Ошибочка вышла. Ядро оказалось… колобком, точно таким же невоспитанным, как и в сказке. Ни тебе «здравствуйте», ни «как поживаете?». Да еще претензиями завалил. Мне сразу стало понятно желание зайца, волка, медведя и лисицы проверить вкусовые качества этого хлебобулочного изделия. Ведь что-то же должно быть в нем хорошего?
– Куда изволишь двигать свои лапы? К его величеству? К ее высочеству? Или к Ларику? – засыпал меня вопросами пончик-переросток, когда я поднялся.
– Дуй к принцессе, круглый. – В закоулках моего лексикона тоже имелись не больно ласковые слова.
Путь до самой вершины холма мы проделали молча. Может, он обиделся, а может, предпочитал во время движения не болтать, чтобы при перекатывании не зачерпнуть чего-нибудь ртом. Заговорил колобок лишь после остановки.
– Вон она, мясорубкой работает. Дальше топай сам. У меня фобия на режущие предметы. – И хлебный шарик, взметнувшись ядром в небо, полетел обратно.