Магия камня
Шрифт:
— До станции перехода, как будем добираться? — поинтересовалась Лена, когда вышли из кафе.
— Предлагай, — пожал я плечами, поежившись в плохо защищающим от ветра пальто.
— Поймаем тачку? — как-то неуверенно предложила та, а потом призналась: — У меня почти все деньги в банке, на мелкие расходы только беру и жутко экономлю.
— Потом рассчитаемся, если все пройдет успешно, — отмахнулся я подходя к краю проезжей части и поднимая руку, показывая таксистам о своем желании дать им подзаработать.
Всего за пару рублей доехали до
— Вот тут я и жила, — сказала Лена, когда тачка, буксуя в снегу, уехала с недовольным водителем.
Несколько стандартных пятиэтажных домов, небольшой двор, засыпанная снегом детская площадка, рядом лесная зона, что меня, как травника, не может не радовать. А так, по большому счету, ничего выдающегося не увидел, обычная глубинка.
— Веди к своей матушке, — я не стал комментировать увиденное, ничего нового не скажу, да и не для осмотра местности здесь оказались. — Кстати, ты ее предупредила о визите?
— Да, позвонила, она собралась пирожки напечь, — улыбнулась девушка.
— Ей бы лежать следовало, — покачал я головой.
— Мама у меня боевая, ее не заставишь отдыхать, — ответила Лена.
— Кстати, как ее зовут-то?
— Галина Петровна Живая.
Подъезд стандартный, как и небольшая, чистенькая двухкомнатная квартирка. Обстановка небогатая, но чувствуется, что есть хозяйка и когда-то тут жили душа в душу и радовались. Мама моей новой знакомой оказалась хрупкой женщиной, успевшей к нашему приходу поджарить пяток вкусно пахнущих пирожков с капустой. Галина Петровна приветлива, улыбается и пытается шутить, а сама испытывает сильную боль, но не желает это показывать и расстраивать дочь. Долго диагностировать не потребовалось, в почках у женщины по два больших камня, которые подпитывают ее же источник. Магия, предназначенная защищать своего владельца, наносит ему вред. В голове не укладывается, но факт остается фактом. Мало того, если правильно разобрался, то энергия в каменные отложения направляет странный посыл на их поддержание и рост.
Сидим на кухне и пьем чай. Обдумываю ситуацию и почти не участвую в разговоре. Прекрасно понимаю, почему обычные хирурги отказались проводить операцию. Отсечь связь с источником и при этом не причинив вред, они не в состоянии. Боюсь, что и целитель не сможет стандартными путями ничего сделать.
— Станислав Викторович, — посмотрела на меня Лена, — а вы будете обследовать маму.
— Обязательно, — кивнул я. — Сейчас, только чай допью и пирожок доем, а потом кое с кем проконсультируюсь. Хорошо?
— Ой, да вы кушайте, кушайте, а обо мне не беспокойтесь, — замахала руками
Что-то мне в ее интонациях не понравилось. Явно знает больше дочери, но не хочет ее расстраивать.
— Лен, а тут есть по-близости аптека? — посмотрел я на девушку.
— Да, — подтвердила та. — В супермаркете, минут пять до него, если сильно поспешить. Что-то надо купить?
— Угу, — кивнул и попросил: — Дай лист бумаги, напишу перечень ингредиентов, он небольшой, в любой аптеке продается и стоит сущие копейки. Ты за ними не сбегаешь?
Девушка чуть расслабилась, явно испугалась, что попрошу приобрести какое-нибудь импортное и дорогое средство.
— Если надо, то разумеется, — кивнула девушка, а потом сходила в свою комнату и принесла тетрадку и карандаш. — Вот, первое, что под руку попалось.
Корень валерьяны, ромашка, календула, мята, дистиллированная вода и бинт. За такой перечень недорого запросят, а мне может пригодиться. Правда, пока плана лечения не наметил, как и не понял, а справлюсь ли сам или все же попросить профессора Майнина этим случаем заняться. Уверен, Петр Борисович не откажет, впрочем, сначала со Стешей переговорить можно. Княжна побоится Галине Петровне навредить и про Майнина сама заикнется. Ну, примерно такие шаги наметил, но сначала захотел кое-что уточнить у матери Лены, а саму девушку отправить из квартиры. Боюсь, при дочери женщина не пойдет на откровенность.
— Вы уверены, что это все необходимое и больше ничего не нужно? — прочла Лена короткий список. — Бинт и ромашка у нас точно должны в аптечке быть.
— Пока этих ингредиентов хватит, — кивнул я и уточнил: — Допускаю, что потом чего-нибудь еще потребуется, но, прости, спрогнозировать заранее не могу. Да, кстати, обращайся ко мне на «ты», а то чувствую себя старым и седым дедом.
— Почему седым? — недоуменно посмотрела на меня девушка.
— Потому что! — хмыкнул я, не найдясь, как объяснить прописную истину. — Иди уже, чего время теряешь!
Галина Петровна никак не прокомментировала, что в ее доме распоряжаюсь. Женщина сидит на кухонном диванчике и молчит. Ее опять скрутил приступ боли, но она пытается не показать вида. И рад бы ей помочь, но, опасаюсь, что обезболивающий посыл не поможет. Как только у женщины скапливается в источнике немного энергии, так сразу же обостряется болезнь. Самое же интересное, тут нет сбоя источника, он работает исправно, относительно мощный, не видно, что затухает или какие-то в нем пошли деградации.
— Ох, не подадите мне таблетки, они в шкафчике, — вяло указала рукой хозяйка квартиры, когда за дочерью захлопнулась входная дверь.
Молча подошел к раковине, налил стакан воды, а потом достал блистер, в котором осталось три капсулы.
— Обезболивающее? — уточнил я, разглядывая открытую упаковку.
— Да, — хрипло проговорила Галина Петровна.
Тянуть не стал, выдавил одну капсулу и протянул женщине. Та проглотила таблетку, с шумом запила ее, а потом стала извиняться: