МакРив

Коул Кресли

Его собственное чувство недоверия к ней ослабевало. Одно лишь то, что она была наполовину суккубом, не делало её в точности такой, как Руэлла.

В глазах Хлои горел огонь, её упрямство кардинально отличалось от воспоминаний Манро о том, другом существе, равно как и о любом другом суккубе, с которым он сталкивался за всю свою длинную жизнь.

Это означало, что Манро по-прежнему считал Хлою подходящей парой для Уилла.

– Что на счёт беременности?, - спросила она

– У чистокровного суккуба способность к воспроизведению

проявляется несколько раз в год. Я не знаю, как обстоят дела в твоём случае. Мы можем связаться с одной прорицательницей, чтобы узнать побольше, но, скорее всего, это займёт некоторое время.

– Я сейчас проснусь, и это всё окажется плохим сном.
– Она потёрла виски.
– Тут вообще есть какие-нибудь плюсы?

– Теперь ты бессмертна. Ты можешь жить вечно.

– Жить вечно безработная рогипнольщица, шлюха-наркодилерша? Если это плюсы....

– Ты станешь сильнее. Восстановишься после любого ранения. Кроме обезглавливания, конечно.

Она оживилась:

– Сильнее?

– Давай, ударь меня.
– Он похлопал себя по плечу.

Она пожала плечами, потом ударила здоровым кулаком.

Он стиснул зубы:

– Точно. Сильнее.
– Ему была приятна эта боль. Это означало, что его вновь обретённая сестра сможет выжить в Ллоре.

Она нахмурилась посмотрев на другую руку:

– Она действительно быстро заживает.

Он потёр затылок:

– Ты и Уилл, э-э, ваше совместное утро помогло тебе в этом.

Она снова залилась румянцем:

– Что, если я больше никогда не буду этого делать? Я полукровка. Может быть, я смогу по-прежнему существовать на обычной пище. Обычно я так глушила свои худшие симптомы..

– Это возможно.

Она прищурилась.

– Если на этот счёт существует хотя бы отдалённаянадежда, я заставлю это сработать.
– Её карие глаза замерцали, затем решительно вспыхнули зеленью.
– Когда я хочу чего-то достаточно сильно, это происходит.

Хлоя была анти-Руэллой. Внезапно ситуация перестала быть трагедией. Ещё не всёпотеряно.

В этот момент в лесу раздался мучительный рёв. Повалились деревья.

Уилл. Приводит в порядок свои эмоции.

* * *

Хлоя посмотрела на близнеца МакРива.

– Это он, не так ли?
– Сможет ли она когда-нибудь забыть этот ужасающий звук.

– Да, - к её удивлению подтвердил Манро,.

Она чувствовала, что он желал ей добра. По крайней мере, он не был жесток. Колоссальное преимущество, по сравнению с тем, другим.

Ей всё ещё не верилось, что сегодняшнее утро катилось ко всем чертям. Пока не показался этот монстр, говоривший с ней на эзоповом, блядь, языке - она была счастлива, была желанна и желала сама. Ей нравился МакРив - сексуальный и волнующий любовник.

Сегодня я потеряла всё. От её вероятнойтрансформации отец пришёл в ужас.

Что-то бы он чувствовал по поводу своей дочери-выродка сейчас? Олимпиада? Недоступна навеки. Она всегда параноила насчёт флоридских допинг-проб; можно только догадываться, что показали бы анализы на текущий момент. Не говоря уж про обретённую силу и сверкающие глаза.

Хотелось винить во всём МакРива - меньшего он не заслуживал - но сейчас она осознала, что все её изменения были неизбежны. Учитывая характер её снов и уровень осведомлённости о мужчинах - рано или поздно она бы нашла парня, и спусковой механизм бы сработал - с МакРивом или без него.

– Я могу поговорить обо всём этом с другими суккубами?
– Рассказать, что для неё это слишком.

Теперь, по-крайней мере, она поняла, почему испытывала страх всякий раз, когда только обдумывала возможность пофлиртовать. Очевидно, что её первый же бойфренд своим семенем запустил бы процесс окончательной трансформации.

Возможно, её человеческая половина пыталась удержать её от превращения? Хлоя была храброй, по крайней мере физически. Однако она была слишком труслива, чтобы исследовать этот страх и попытаться его преодолеть. Всегда было легче найти оправдание.

Слишком занята. Слишком увлечена. Слишком преданна.

Тогда почему она не испытывала этот ужас с МакРивом?

– Хлоя, все суккубы, которых я когда-либо встречал, были злобными тварями, - ответил Манро.
– Я бы не советовал к ним приближаться.

Она нахмурилась.

– Значит, моя мама была злобной?

Будь это возможно, Манро выглядел бы ещё более неловко, чем во время разговора про секс.

– Не могу сказать.

Если папа презирал ллореанцев, то почему вообще связался с одной из них?

– Может, папа ненавидит бессмертных, потому что моя мать причинила ему боль?
– Она вспомнила, как он смотрел на фотографию Фьоры. Мама заставила его влюбиться в неё?

– Это возможно. Хотя более вероятно, он уже был членом Ордера. Как мы поняли, твой отец занимал этот пост на протяжении десятилетий.

Что если её мама была его пленницей? Как обычно, чувства к отцу были в смятении. Прошлой ночью она пришла в ярость оттого, что кто-то желал зла МакРиву, Ронану и другим детям Ллора.

Этим утром она поняла, почему МакРив был угрозой обществу. Была ли и её мать такой же?

Ищи плюсы, Хло. После многих лет бесконечных анализов крови можно было больше не беспокоиться насчёт рака. Нет, потенциально она может жить вечно.

Хлоя поморщилась. Она была независимой женщиной, а теперь, чтобы выжить, ей придётся полностью зависеть от мужчин - притом даже не всю жизнь, а целую вечность.

Ещё одна мысль поразила её. Те "женские инстинкты", которые она ощутила сегодня утром - это были инстинкты суккуба, который подсказывали, как получить максимальный результат. Фу!