Шрифт:
КОРЕПАНОВ АЛЕКСЕЙ
Малая ступень
– Все, не могу больше!
– процедил Пархоменко, с остервенением расстегивая комбинезон.
– Допекли они меня, Луис, ей-Богу, допекли. Словно бьешься головой о стенку - а пользы ни на грош.
Meдведев сочувственно кивал, глядя на напарника. Пархоменко скомкал комбинезон, швырнул к дверям отсека и повалился в кресло.
– Как насчет ужина, Ваня?
Пархоменко вяло отмахнулся.
– Какой там ужин... Кусок в горло не полезет.
– Он внезапно резко подался к Медведеву, звучно ударяя себя ладонью по голой груди.
– Нет, ну сколько можно, Луис? Летаем, летаем, Помощников гоняем почем зря, а толку? Да я за год столько не наговорил,
– Насчет плана ты, конечно, хватил.
– Медведев хмуро поскреб подбородок.
– Живут-то они уж больно обособленно друг от друга. Но понять трудно, согласен. У меня ведь, как ты знаешь, то же самое. Не возбуждаю я в них особого интереса. Что-то не ладится у нас...
А как многообещающе все начиналось... Отчет киберразведки, свидетельствующий о безусловном наличии цивилизации третьего, ориентировочно, типа на одной из планет звездной системы Орфея. Предварительный анализ, не выявивший неблагоприятных факторов для установления контакта. Великолепно составленный график экспедиций Дальней Разведки, согласно которому путь в глубины Орфея надлежало держать именно связке Медведев-Пархоменко, а не кому-либо другому. Погружение "Прыжка" в подпространство и выход в расчетную точку, под янтарное небо очередной планеты - носителя жизни. Небольшое селение в уютной долине, обрамленное аккуратными прямоугольниками полей. Овальное озеро - кусок янтаря, отражающее незатейливые строения, крытые длинными широкими стеблями сухой травы. Обнаженные тела аборигенов, глядящих, заслонившись ладонями от солнца, на громаду "Прыжка", возникшую на холме...
И - конец многообещающего начала. Потому что, когда разведчики, улыбаясь, вошли в селение, готовые объяснять и демонстрировать, и вообще устраивать митинг и нерабочий день по случаю визита, оказалось, что объяснять и демонстрировать, собственно, некому. На них посмотрели издалека, когда разведчики еще шли по дороге, ведущей в селение, и вернулись к своим делам: продолжали пропалывать поля, возиться с сетями у озера, заниматься текущим ремонтом жилищ, что-то мастерить в своих дворах, раскатывать тесто, стричься, копать ямы, беседовать... Не только взрослые, но и дети, группками и поодиночке играющие рядом с домишками, тоже не обращали никакого внимания на появление "Прыжка" и слоняющихся по жаре визитеров в синих комбинезонах.
Разведчики-классификаторы в растерянности бродили по селению, не зная, что предпринять, как наладить контакт, а трансляторы ловили обрывки разговоров и детских криков, трансляторы накапливали и анализировали словарный запас и вскоре уже могли выполнять свою функцию переводчиков.
Но хорошего настроения ни Медведеву, ни Пархоменко не прибавили. Разговоры аборигенов ни коим образом не касались прибытия специализированного транспортного устройства типа "Прыжок", модель 6М модернизированная. Говорили о видах на уpoжай, о порванных сетях, о предстоящем путешествии за какие-то холмы, о погоде и еще о множестве бытовых забот, неурядиц и успехов. Создавалось впечатление, что аборигены внезапно перестали видеть пришельцев.
Это впечатление сразу же исчезло, когда Медведев и Пархоменко попробовали сами вступить в беседу. Аборигены прерывали свои разговоры, вежливо выслушивали объяснения насчет Земли, обитаемых миров, поисков разумной жизни, вежливо улыбались, щуря янтарные глаза, - и возвращались к своим пересудам о погоде, детских проказах и кулинарных рецептах...
Поначалу
И пробовали. Две недели подряд. На обоих континентах планеты. В десятках селений и городков, утром, в жаркий полдень и под вечер.
Результат был всюду одинаков и неутешителен для экипажа "Прыжка". Все вновь и вновь повторялось, как и в том, самом первом селении. Контакт не вытанцовывался: аборигенам, судя по всему, были глубоко безразличны измученные Медведев и Пархоменко, иные звездные миры и планета Земля.
*
– Что-то не ладится у нас...
– повторил Медведев. Эту фразу он произносил каждый вечер, подводя итоги очередного безуспешно прожитого дня, который разведчики проводили в бесконечных самостоятельных полетах в разные концы планеты.
– Как ни прискорбно констатировать сей факт, но, по-моему, Ваня, нам с тобой этот орешек не по зубам. Не для наших мозгов загадка.
– Так что, подмогу звать?
– вскинулся было Пархоменко, но тут же и поник.
– Выходит, сдаемся, да?
Медведев долго молчал, сплетая и расплетая пальцы. Вздохнул - длинно и тяжело.
– Пошли спать, Ваня. Может, приснится что-нибудь толковое, как Менделееву...
*
Поздней ночью Пархоменко встал и осторожно открыл дверь своей каюты. Неслышно ступая, миновал каюту Медведева и направился к выходу.
В небе, подрагивая, горели крупные звезды, и низко над горизонтом, зацепившись остриями за холмы, висели два красноватых полумесяца. Пархоменко бросил виноватый взгляд на "Прыжок", передвинул за спину прикрепленный к поясу боевой пульсатор, решительно расправил плечи и зашагал к спящему селению.
*
Утром они неторопливо завтракали в тесной кают-компании. Медведев о чем-то размышлял, рассеянно жуя бутерброд и механическими движениями поднося к губам чашку, Пархоменко ерошил волосы и посматривал на него, словно хотел что-то сказать, да все никак не мог собраться с духом. Наконец Пархоменко резко отодвинул свою чашку и, навалившись грудью на край стола, сбивчиво заговорил:
– Луис, я, конечно... ну, не по инструкции поступил, да и вообще... Но только они меня довели...
Медведев перестал жевать и на лице его появилось непонятное выражение.
– Ну-ну, Ваня, - поторопил он напарника.
– Что ты там такое учудил? Надеюсь, без необратимых последствий?
– Кто его знает... Ты пойми, Луис, должны же мы уяснить, в чем тут дело?.. Ну вот я и попытался... Ночью, когда ты спал...
Медведев издал неопределенный звук и вместе с креслом отъехал от стола, разглядывая виновато опустившего голову Пархоменко.
– Продолжай, продолжай, Ваня. Пульсатор в ход не пускал?
– Нет-нет, - торопливо ответил Пархоменко.
– Только припугнул. Продемонстрировал... на неорганике.
– И многих припугнул?
Голос Медведева звучал почти доброжелательно, и Пархоменко немного расслабился.
– Да нет, троих. Из крайних домов.
– А что выспрашивал?
– Только один вопрос и задал: неужели, спросил, вам все равно, что сюда пожаловали гости с другой планеты?
– И что же?
Пархоменко грустно вздохнул.
– А ничего. Ерунда какая-то. Один ответил, что после того, как мы с тобой здесь появились, зацвела какая-то "туболга". Я так понимаю, растение местное. Какая-нибудь местная кукуруза. Второй поведал, что каждую ночь, ровно в час скорбогрезы - это транслятор так выразился - наш "Прыжок" находится точно под белой звездой...
– Пархоменко уныло почесал за ухом. В огороде бузина... По-моему, так это называется. И ведь не шутили, пульсатора-то они уж точно испугались, уверен на все сто...